Арлекин - Лорел Гамильтон

- Пахнет ночным воздухом, - сказал Мика своим рокочущимголосом.

- Действительно, - хором подтвердили Натаниэль с Ричардом.Они даже не взглянули друг на друга. Все трое оборотней, казалось,всматривались в то, что я не слышала, не видела и не ощущала на запах. А потомя это почувствовала - прохладный порыв ветра, пахнувший сырым ночным воздухом,но не дождем. Сырым, но не дождем. Я сделала глубокий вдох.

- А где жасмин?

Половина освещения на той стороне церкви была погашенаизвилистым потоком живой темноты. Вампиры и люди из паствы прижались друг кдругу на другой стороне, по возможности дальше от этого - насколько позволялизакрытые двери.

Реквием натянул на голову капюшон, но подошел поближе ксцене.

- Такая тьма убила моего мастера.

- Как она это сделала? - уточнил Мика.

- Она накрыла его, скрыла из вида. Он жутко закричал, акогда мы снова увидели его, он был уже мертв.

- Что именно его убило, Реквием? - спросила я.

- Его глотка была вырвана, как будто каким-то огромнымзверем.

Между нами и всепоглощающей тьмой оставались только двасветильника.

- Я чувствую волка, - сообщил Мика. Я покачала головой.

- Матери Всей Тьмы волки не подвластны, ее звери - коты,много видов, но не собаки.

Натаниэль с Ричардом тоже принюхались к воздуху.

- Волк, - уверенно заявил Ричард, и Натаниэль согласнокивнул.

- Пули причинят этой твари вред? - окликнул меня Эдуард. Яснова покачала головой. - Дайте мне знать, когда появится мишень, - сказалтогда он.

- Мы тоже можем стрелять, - выкрикнула Клодии.

Тьма была уже почти на сцене, но не ощущалась, как Мать. Яне чувствовала присутствия Марми Нуар. Отгородившись от теплого и пушистогозапаха ardeur’а, я призвала свою силу, некромантию. И потянулась ею не к надвигавшейсятьме, а к той точке возле потолка, откуда она появилась. Марми Нуар не быланастолько застенчива. Будь она здесь, она дала бы нам об этом знать. Так что,или кто, это был? Кто заключал в себе частицу тьмы?

Я прочесала пространство меж балок высокого сводчатогопотолка. Мне послышался чей-то голос, похожий на громкий шепот: «Не здесь. Нездесь. Я не здесь». И я едва уже не отвернулась, когда поняла, что происходит.Что-то было в углу потолка, кто-то прятался там.

Тьма перевалилась через край сцены и начала пожирать яркиеогоньки, которые, по обыкновению, освещали кафедру. Коломбина засмеяласьвысоким, радостным и жестоким смехом.

- Тьма пожрет вас всех.

- Не ты призываешь эту тьму, Коломбина, и не твой Джованни,- сказала я.

- Мы - Арлекин, - ответила она.

- Скажи своему маленькому дружку, что висит возле потолка,чтобы показался… или показалась.

Ее тело застыло. Это говорило больше, чем любое выражение начеловеческом лице. Там действительно кто-то был, и она не предполагала, чтокому-то из нас об этом может стать известно. Замечательно, теперь бы узнать,как это может нам помочь.

Тьма была уже совсем рядом. Она пахала влажной ночью, землейи волком, и имела легкий острый привкус на языке. То был не волк в обычномпонимании, но у меня не было времени размышлять об этом.

Я завопила:

- Эдуард, стреляй в тот угол! - я указала туда, где, как язнала, прятался вампир.

Эдуард с Олафом моментально вытащили пушки и прицелились.Тьма метнулась к нам, целясь в Жан-Клода. Я вытащила пистолет и встала перед ним.Ремус встал рядом.

- Тебе тоже нужны телохранители, припоминаешь?

С другой стороны неуловимым движением подошел и встал Хэвен.

- Наконец-то можно пострелять.

- Пока нет, - ответила я. - Он пока еще не здесь.

- Кто не здесь? - спросил Ремус.

Эдуард с Олафом открыли огонь, и тьма поглотила мир -черная, безлунная ночь.

- Черт, - выдохнул Хэвен. Они с Ремусом подошли ко мнепоближе. Я положила свободную руку на плечо Ремусу, чтобы знать, где он стоит.Ногу подвинула так, чтобы прикасаться к ноге Хэвена, но он свободной рукой уженащупал мою спину. По крайней мере, теперь мы не пристрелим друг друга. Мыстояли, тесно прижавшись в кромешной тьме с пистолетами наголо, но не видели низги. Куда стрелять, если не видно мишени?

Я услышала крик Эдуарда:

- Анита, ты меня слышишь? На стене кровь, но мы не видимпока, во что попали.

- Я слышу! - крикнула в ответ я.

- Мы уже идем, - сообщил он.

Не знаю, что бы я крикнула в ответ, поскольку Ремуспроизнес:

- Волк.

- Близко, - добавил Хэвен.

Послышался мокрый, шлепающий звук, похожий на звуквынимаемого из тела кинжала. Не напрягай я свои уши до предела, я бы его нерасслышала. Впрочем, это ничего бы не изменило, потому что Ремус с Хэвеном тутже обернулись на звук, словно единое целое, и повернули меня вместе с собой,как партнершу по танцплощадке. И мы начали стрелять в том направлении, откудадоносился горьковатый запах волка. Стреляли до тех пор, пока он не нанесответный удар.

- Когти, - предупреждающе крикнул Хэвен.

Ремус неожиданно оказался передо мной, загораживая менясвоим телом. Я почувствовала, как он резко содрогнулся, и завопила:

- Хэвен!

- Анита! - откликнулся он справа. Я высунула пистолет из-затела Ремуса и выстрелила в тело по другую сторону от него. И давила на курок,пока магазин не опустел. Но Хэвен уже был там и стрелял туда же. Тело Ремусаснова дернулось, и на секунду я решила, что Хэвен случайно попал в него, но тутже услышала звук. Жуткий звук, сырой, звук рвущейся плоти. Я завизжала. Когтидостали мою одежду. Я вытащила нож, потому что боеприпаса больше не оставалось.Когти прошлись вдоль моей груди, я ножом оттолкнула лапу. Руки Ремуса сжалисьвокруг меня, не давая мне отпрыгнуть от когтей. Я не видела, что происходит, иничего не могла понять. Откуда бралась эта лапа?

Хэвен потерял со мной контакт. Я слышала звуки драки.

- Уходи, Анита, уходи от него, - произнес Хэвен.

- Уходить от кого? - переспросила я и ударила ножом лапу,которая явно принадлежала не Ремусу. Мне удалось ее зацепить, но и ей менятоже. Я снова завопила, скорее от растерянности, чем от чего-либо другого.Ремус прошептал:

- Извини.

Его руки соскользнули с меня, а колени подогнулись, но онвсе же не упал. Я подхватила его, стараясь поддержать в горизонтальномположении, и только тогда обнаружила, откуда появлялась та когтистая лапа.Этого не могло быть.