Владычица Подземелий - Дэвид Аллен Дрейк

— Интересно, она появилась просто так или это было предупреждение для нас? — Талемус старался говорить спокойно. Пережитое минуту назад волнение выдавали лишь нервно сжатые руки.

— По крайней мере теперь нам не придется строить лодку, — заметил Вескей.

Он повернулся и направился назад к кладбищу.

— Пойдемте, друзья, — позвал он, обернувшись к Гаррику и Талемусу. — Мастер Метрон должен ответить на все наши вопросы. И будет лучше, если он сделает это прямо сейчас.

— Мастер Кэшел, мы можем отпустить тебя, — доброжелательно обратился к юноше толстяк в зеленой шляпе, с которой свисали вниз черные ленточки. — Но обещай, что не причинишь зла госпоже Лимэй и не нанесешь ущерба ее заведению.

Этот человек пришел в «Гиацинт» с четырьмя парнями. В руках они держали сети, похожие на те, которые вчера лишили Кэшела возможности двигаться.

Через открытые двери внутрь трактира с любопытством заглядывали прохожие. Их взгляды привлекал привязанный к столбу чужестранец. Несколько посетителей, сидевших за столами и у стойки, тоже смотрели на Кэшела во все глаза.

Лимэй вышла из-за стойки и встала рядом с мужчиной в забавной шляпе. Как понял Кэшел, это был мэр города или, как все его называли, бригадир.

— Мастер Кэшел, — льстиво промолвила она, — я очень сожалею о том, что здесь произошло. Сегодня ты можешь питаться и ночевать в «Гиацинте» совершенно бесплатно. А можешь оставаться здесь и дальше, если пожелаешь.

Трактирщица зажгла в комнате лампу и два больших железных фонаря. В этих краях даже днем было пасмурно и сыро. Но Кэшел уже знал, как мерзко и жутко здесь ночью…

— Отпустите меня и верните мои вещи, — обратился он к Лимэй. — Клянусь Дузи, больше вы все никогда меня не увидите!

Его голос напоминал рычание тигра. Мэр от испуга отскочил назад, парни схватились за сети. От их движений огонь в фонарях заколебался, как на ветру. Только Лимэй стояла неподвижно. Она согласно кивнула.

— Если ты изменишь решение, мое предложение остается в силе.

Кэшел встретился с женщиной взглядом, но промолчал. Больше сказать было нечего.

— Развяжите его, — кивнула трактирщица в сторону юноши.

Мэр посмотрел на нее с тревогой:

— Ты уверена? Может быть, лучше завтра…

— Развяжите его, — повторила Лимэй, чуть повысив голос.

Кэшел понял, что никто из местных жителей не осмеливается перечить хозяйке трактира. И, кажется, он даже знал истинную причину такого отношения к ней.

— Хорошо, — согласился мэр и обратился к сопровождавшим его мужчинам: — Разрежьте сети.

— Пусть Сестра заберет тебя! — крикнул, выскочив из-за стола, рыбак, помогавший вчера вязать Кэшела. — Не будет этого. Пусть сначала власти Сунга заплатят мне за две сети!

Он встал на колени и принялся ловко развязывать туго затянутые веревки. Кэшел не двигался, ожидая, пока ослабнут его путы. Если бы он напряг мускулы и задвигался от предвкушения свободы, то лишь бы продлил пытку. Кэшел знал, что надо спокойно ждать.

Рыбак потянул за сеть, стаскивая ее с пленника. Кэшел с трудом поднялся и стряхнул с ног вторую, стремясь поскорее освободиться. Он с наслаждением потянулся и наклонился к земле, стараясь размять занемевшие мышцы. Мэр и посетители трактира с опаской следили за его движениями.

— Если вы вернете мне посох, — заговорил наконец Кэшел, слегка растягивая слова, чтобы справиться с гневом, который рвался наружу, — то я сразу же уйду из трактира.

— Мастер Кэшел, — всполошился мэр, — думаю, что лучше мы вернем его завтра утром, когда ты будешь покидать Сунг.

— Если вы не отдадите мне сейчас посох, тогда вы хуже, чем шайка разбойников, — медленно заговорил Кэшел, задыхаясь от злости. — Прошлой ночью я пришел сюда не один. Со мной была моя подруга. Хозяйка трактира убила ее, а меня велела связать, наврав, будто я сошел с ума от горя. Я никому не собираюсь мстить, кроме нее, — кивнул он в сторону Лимэй. — Потому что никто из вас не виноват в смерти Тильфозы.

Он оглядел комнату. Присутствующие уткнулись глазами в пол. Только один из помощников мэра смог выдержать его взгляд.

— Поэтому отдайте мне посох, — гремел Кэшел. — Или я воспользуюсь этим… — Он кивнул в сторону барной стойки. — Тогда уж достанется всем. И на этот раз вам меня не остановить!

— Что? — Перепуганный насмерть мэр обернулся в сторону помощников. — Я не верю, что он сможет поднять ее! Она же прибита к полу!

Кэшел сделал шаг к тяжелой деревянной стойке. Посетители трактира бросились врассыпную, чтобы не попасть ему под горячую руку.

— Дженгм! Отдай ему эту чертову палку! — крикнул из угла рыбак. — Боюсь, сегодня нам с ним не справиться!

— Хорошо, хорошо… — пролепетал мэр. — Я только подумал…

— Когда тебе доводилось размышлять в последний раз? Да еще не о том, что ты здесь самый главный? — зло усмехнулся рыбак.

Лимэй встала и закрыла двери в трактир. Затем она вышла в кладовую и принесла посох. Должно быть, все это время он и лежал там, где его уронил Кэшел, когда выносил Тильфозу.

Юноша протянул руку к дубинке. Лимэй намеренно коснулась его пальцами и улыбнулась, когда он отпрянул.

— Возвращайся, если тебе понравилось мое гостеприимство, мастер Кэшел, — громко захохотала она. — Я уж тебя приласкаю.

Мэр и его помощники вышли из трактира, не дожидаясь, пока юноша направится к двери. Кэшел дождался, пока они освободят проход, и двинулся следом. Лимэй продолжала смеяться, и это ему совсем не нравилось. Оказавшись на улице, он захлопнул за собой двери трактира, чтобы не слышать ее смеха.

Кэшел глубоко вздохнул. С тех пор как ночью его разбудили крики Тильфозы, он не мог ни дышать, ни спать. Хотя связали его не сильно, да и с воздухом в трактире все было в порядке, но…

Все кончено. Вот если бы на его месте оказалась Илна, то не только Лимэй, но и все жители города поплатились бы так, как им не привиделось бы и в кошмарном сне. Но этим Кэшел и отличался от сестры. Он никогда не наказывал невиновных.

Юноша пересек набережную и направился к пристани. Здесь уже никого не было. Похоже, все жители разошлись по домам. Несмотря на то что Сунг был большим городом, с наступлением темноты он вымирал, как деревня. Кэшел вспомнил, что в Вэллисе движение не прекращалась даже ночью. Быки, лошади, запряженные в обитые железом повозки, бродили и ездили взад и вперед по вымощенной камнем дороге.

Деревянный причал тянулся по берегу медленно текущей реки до каменной дамбы. На воде слегка покачивались привязанные к нему лодки. Одна из них оказалась такой большой, что у Кэшела не хватило на руках пальцев, чтобы сосчитать, сколько для нее нужно гребцов. Все остальные суденышки были маленькими с плоским дном и двумя уключинами для весел.

В сгущавшихся сумерках юноша рассмотрел в одной плоскодонке мужчину, который распутывал там сеть. Кэшел подошел ближе, держась за перила причала. От его веса доски качались и скрипели под ногами.