Обманы Локки Ламоры - Скотт Линч

— Нисколько не сомневаюсь, господин Аврильяни. Какая жалость, что крысы не говорят по-терински. Они бы обеспечили вам превосходное алиби.

— Шесть крон, — скрепя сердце, поднял цену Локки. — Я умоляю вас, мастер Магрис!

— «Пик-пик-пик» — вот все, что они могут сказать. А какие бы это были кругленькие, жирненькие свидетели! Они дали бы показания и снова вернулись на борт талишемского судна, завершать свое пиршество. Ваш Стролло с сыновьями получили бы самых верных работников. Хотя, пожалуй, для настоящих дел они мелковаты…

— Мастер Магрис, но это же…

— Сознайтесь: вы ведь вовсе не из Талишема?

— Пожалуйста, мастер Магрис!

— Это всего лишь очередная небольшая проверка Мераджио! Вроде той, на которой в прошлом месяце посыпалась бедная Вьелла, — Магрис больше не мог сдерживать смеха. Судя по всему, он был чрезвычайно доволен собой и своей проницательностью. — Можете доложить Мераджио, что моя порядочность устояла против соблазна в шесть крон. Так и сообщите: Арманд Магрис никогда не опозорит его предприятие участием в подобных авантюрах. А заодно передайте ему мои наилучшие пожелания.

Это было отнюдь не первое разочарование в жизни Локки, поэтому ему удалось в корне придавить желание одним прыжком взлететь на стол и придушить этого идиота-клерка. Тяжело вздохнув, Локки отвел глаза от несчастного Магриса, посмотрел по сторонам… и где-то на уровне галереи второго этажа увидел самого Мераджио.

На Джанкано Мераджио был прилегающий в талии распахнутый камзол из тончайшего бархата — по последней моде и явно сшитый мастером высокого класса. Манжеты и планки на нем были сделаны из мерцающей тафты, серебряные пуговицы с «алмазной огранкой» взблескивали в самых неожиданных местах. Бриджи и сам камзол были того глубокого, насыщенного темно-синего оттенка, какой имеет каморрское небо перед появлением Лжесвета, а шейный платок, уложенный каскадом складок и сколотый звездочкой из темного хрусталя — из той же мерцающей ткани, что и отделка камзола. Немного банально, о да, однако весь ансамбль свидетельствовал о тонком вкусе и солидном достатке владельца, даже о богатстве, но без кичливой и вычурной роскоши недавних богачей. Даже не зная Мераджио в лицо, Локки ни на секунду не усомнился в том, что перед ним сам хозяин банка. Об этом свидетельствовала приколотая справа на груди орхидея — единственная деталь, которая вносила оживление в изысканный и строгий наряд.

Вокруг него суетилась толпа секретарей и советников. Они поминутно закрывали фигуру Мераджио, но Локки все же сумел рассмотреть, что рост и вес банкира близки к его собственным.

В его голове мгновенно созрел план, явился ниоткуда и сразу же завладел мыслями Локки — подобно тому, как абордажная команда в мгновение ока захватывает намеченный корабль. План был гениален и настолько прост, что казалось невероятным, как он мог не возникнуть раньше.

— Сдаюсь, мастер Магрис, вы меня переиграли, — отбросив ненужный уже талишемский акцент, Локки дружески улыбнулся клерку. — Готов признать, что такой проницательный противник мне не по зубам. Похоже, вы слишком умны, чтобы попасться в ловушку. Примите мои поздравления. Вы повели себя абсолютно правильно и с честью прошли проверку. Я обязательно доложу об этом Мераджио, причем немедленно. Позвольте откланяться…

4

В задней части здания банка имелся служебный вход, которым пользовались для доставки продуктов на склад и кухню. Он вел в просторное помещение, где обычно отдыхали официанты между сменами; для новичков это были считанные минуты, в то время как старшие официанты выкраивали по целых полчаса, чтобы перекусить и отдохнуть. Этот вход охранял единственный стражник, да и тот стоял в скучающей позе, прислонившись к стене и позевывая. Оживился он лишь при виде приближающегося Локки.

— Что за дело? — рявкнул он.

— Ничего особенного, — ответил Локки. — Просто хотел потолковать с кем-нибудь из официантов или с кухонным распорядителем.

— Тут тебе не городской бульвар. Ступай болтать в другом месте.

— Да ладно тебе, приятель. Всегда можно договориться, — примиряющим тоном проговорил Локки. В подтверждение своей точки зрения он снова показал фокус с монетой — на сей раз это был серебряный солон, который благополучно перекочевал в руки охранника. — Я просто ищу работу. Хочу поговорить об этом с кем-нибудь из здешних, кто сейчас свободен. Увидишь, я никому не помешаю.

— Ладно, смотри поаккуратнее там, — смилостивился охранник. — И чтоб недолго!

Локки прошел в зал — совсем простой, с низкими потолками и не слишком свежим воздухом. С полдюжины официантов стояли по углам или прохаживались туда-сюда. Кто-то прихлебывал чай из кружки, остальные просто наслаждались краткими минутами, когда можно на законных основаниях ничего не делать. Окинув их быстрым взглядом, Локки выбрал ближайшего мужчину лет тридцати с лишним, вполне удовлетворившего его по своим внешним данным, и быстрыми шагами приблизился к нему.

— Мне нужна ваша помощь, — проговорил он вполголоса. — Это не займет много времени и принесет вам пять крон.

— Какого черта! Кто вы такой?

Локки схватил официанта за руку и сунул ему в ладонь золотую монету. Тот испуганно отдернул руку и лишь потом рассмотрел, что в ней находится. От удивления глаза у него полезли на лоб.

— Идемте на улицу, — сказал Локки. — Нам надо поговорить.

— О боги, мы уже разговариваем, — пролепетал официант, лысеющий человек с отечным лицом.

Они вышли через служебную дверь и остановились в сорока футах от охранника — так, чтобы тот не мог подслушать их разговор.

— Я работаю на герцога, — сообщил Локки, помахивая свернутым в трубку пергаментным свитком перед носом у ошеломленного собеседника. — Мне необходимо доставить это послание господину Мераджио, но я не хочу появляться в банке в своей одежде. Боюсь, если меня узнают, могут возникнуть осложнения.

— Пожалуй, я мог бы передать его вместо вас, — предложил тот.

— Исключено, — отрезал Локки. — Мне велено передать сообщение в руки господину Мераджио, только так и никак иначе. Я должен незаметно проникнуть на этаж… всего на пять минут. Лучше всего — в виде официанта. Я уже говорил, что готов заплатить за это пять крон, причем прямо сейчас.

— О черт! — воскликнул официант. — Обычно у нас имеются запасные комплекты одежды — куртки, фартуки… Мы могли бы вам что-нибудь подобрать. Но сегодня, как на грех, день стирки, и все отправили в прачечную.

— Это не страшно. У вас есть все, что мне нужно.

— Но постойте… — испугался официант. — Это невозможно!

Локки снова схватил его руку и вложил в нее остальные четыре монеты.

— Послушай, парень, я готов спорить, что таких денег ты не видел за всю свою жизнь.

— О святые Двенадцать! Конечно, нет, — прошептал бедняга, облизывая от волнения губы. Секунду или две он колебался, затем едва заметно кивнул. — Что я должен сделать?