Последний выдох - Тим Пауэрс

На фоне страха, от которого у него взмок лоб и участилось дыхание, он ощущал легкое раздражение, подозревая, что эти деловитые парни, возможно, справляются лучше, чем когда-то они со Сьюки.

Тяжело поднимаясь по ступенькам стремянки, Деларава все еще всхлипывала.

– Пусть пара бойцов отведут… ребенка и старика вперед, а Пита Салливана, парня в белой рубашке… в комнату, которую нам разрешили использовать под офис. Девице и однорукому воткните кляп и пусть пока сидят на прежнем месте.

Салливан посмотрел на неуклюже сидящего рядом Шермана Окса. Однорукий, казалось, был без сознания, а его дыхание походило на шумный и дребезжащий вой автомобильного двигателя с изношенными приводными ремнями и подшипниками. Но ткань на его мешковатых коричнево-зеленых штанах двигалась, собираясь и растягиваясь, словно ее месила невидимая рука.

«Интересно, есть ли у него ногти на этой руке? – подумал Салливан. – Если да, то достаточно ли они крепкие, чтобы сорвать изоленту, которой примотана его физическая рука из плоти и крови? Если он высвободится, а рядом будет только Анжелика, он ее тут же убьет и съест ее призрак».

Нужно ли рассказать Делараве о незафиксированной – нефиксируемой! – руке Окса? Если да, то он в ответ может рассказать ей о том, что на мне находится призрак моего отца, и тогда она притащит какую-нибудь маску и тут же съест его.

Элизелд сидела справа от Салливана, ее связанные лодыжки стояли рядом с его собственными, и он повернул голову, чтобы посмотреть на нее. Ее худенькое лицо выглядело напряженным, губы побелели, но глаза она прищурила в слабой, испуганной улыбке.

– Я бы забрал и доктора Элизелд, – сказал Салливан. Краем внимания он отметил усиливающуюся в левом запястье боль: его пальцы нервно пытались отломить толстый зуб расчески – занятие бесполезное, потому что расческа была алюминиевой.

– И зачем же мне забирать доктора Элизелд? – изумилась Деларава.

– Она не только психиатр, но и лечащий врач, – наобум выдал Салливан.

С каждым царапающим выдохом Шерман Окс шепотом, совершенно не шевеля губами, напевал песенку, а его голос звучал, подобно целому хору детей: «Наш Вилли дело заварил и всех друзей позвал на пир, такой веселой детворы еще не знал крещеный мир…»

– В таком случае ведите всех! – вскричала Деларава. Правда, Салливан решил, что она изменила мнение из-за жутковато звучавших напевов Окса, а не в ответ на его предложение. – «В кофе кошку кладите, – неожиданно запела она сама, – а в чай – комара, трижды тридцать Келли ура!»

Салливан узнал этот стишок: это была цитата из концовки книги «Сквозь зеркало и что там увидела Алиса» – когда Алису собирались короновать.

Деларава по-прежнему направляла пистолетик на пленников, а в кузов запрыгнул один из бойцов и ножом освободил лодыжки пленников.

– Вам нужен адвокат из «Чероки»? – спросил мужчина.

– Пусть там посидит, – ответила Деларава. – Адвокаты обычно нужны позднее.

Неожиданно пальцы левой руки Салливана с большим усилием потянули за край карманной алюминиевой расчески, и она с глухим щелчком сломалась, порезав костяшку пальца. Когда громила выпрыгнул из кузова и перебросил ноги Окса через бампер, Салливан зажал отломанный кусок в ладони.

Окса поставили, прислонив к грузовику, затем наступил черед Салливана, и когда его спустили, он отошел в сторону, чтобы освободить место для Элизелд и Кути… и Брэдшоу – чтобы перебросить его тяжелое тело через борт кузова, пришлось звать второго громилу.

Когда его наконец-то поставили на палубу, Брэдшоу тяжело подпрыгнул, чтобы поправить штанины шорт.

– Похоже, эти парни были геями, – пробубнил он.

– Не пытайся ускользнуть, Пит! – резко бросила Деларава, и Салливан отчетливо понял, что прямое обращение означало одно: она намерена убить его в ближайшее время.

– Да не собирался, босс, – кротко ответил он.

Когда Брэдшоу наконец встал на бетонной палубе рядом с Кути и Элизелд, Деларава изобразила неуклюжий пируэт и жеманной походкой направилась по белому коридору, пленников же громилы погнали вслед за ней.

– Зазеркальный народ! – визгливо бросила через плечо Деларава. – «Это редкое счастье, великая честь – за обеденный стол с Королевою сесть!»

На ходу Салливан успел переглянуться с Элизелд и оптимистично подмигнул ей.

Обнадеживающий жест был не совсем необоснованным: до него только что дошло, что выглядывающие из его манжет руки скорее всего принадлежали Гудини. «Маска» была неполной, – на нем не было пиджака со съемными рукавами, – наверное, потому что отсутствовал полный комплект: не хватало сушеного пальца мага. И все же после прикосновения к гипсовым рукам, еще в задымленной квартире, они исчезли, а теперь чья-то левая рука сжимала кусочек отломленного металла.

Пошатывающийся впереди процессии Шерман Окс был довольно высок ростом, и ему пришлось пару раз пригнуться, проходя под трубопроводной арматурой, пропущенной под низкими потолками, но в итоге Деларава завела их в просторное помещение размером с телестудию. Флуоресцентные лампы заливали белым светом два низких дивана у стен и металлический стол в центре комнаты, в углу один на другом стояли деревянные ящики с катушками кабеля. Деларава показала рукой на один диван, а сама тяжело прошагала к столу и поместила свою массу на приставленный к нему стул.

– Протяните кабель через наручники, однорукому – под мышкой, усадите на диван и зафиксируйте кабель в таком месте, куда им не дотянуться, – приказала Деларава двоим бандитам, которые привели ее пленников в комнату.

После того как Салливана связали и затолкали на диван, где он снова оказался между Элизелд и Оксом, он ощутил, как его палец снова принялся расшатывать один из редко расположенных зубчиков расчески, которая отломилась с толстым торцовым зубчиком.

Чтобы оправдать движение плечами, он наклонился вперед и посмотрел направо: Элизелд перешептывалась с Кути, а Брэдшоу, который сидел на другом конце длинного дивана, хмурился и щурился на стены, словно осуждая их покраску.

Деларава махнула пистолетиком, жестом приказав своим громилам выйти из комнаты. С пола, из-за стола, она подняла большую кожаную сумку и свободной рукой вытряхнула содержимое на стол. Оттуда выкатились три банки рутбира «Хайрс», две из них были полными, а одна пусто громыхнула. Рядом с ними упал коричневый бумажник, а за ним и кольцо с ключами.

– Узнаешь вещички, Пит? – спросила Деларава, глядя на предметы на столе.