Древние тайны - Кир Булычев

– И чем же она кончится? – спросила Алиса.

– Она кончится нашей победой, если ты, Алиса, мне поможешь.

Алиса не поняла, что имеет в виду юный художник, поэтому он объяснил ей подробнее:

– Я долго думал, как помочь деревне, и придумал сделать дракона. Я в него спрячусь и пойду на бой с солдатами. Они же трусливые и испугаются дракона. Сначала я сделал скелет дракона из досок и палок, потом обтянул его материей, внутри построил площадку, от которой идут рычаги и канаты к ногам и морде дракона, так что им можно управлять. Но сейчас я понял, что мне одному не справиться, а помощника я себе не отыскал. Я стал просить своих товарищей, но одни испугались, а другие не умеют хранить тайну. И вот пришла ты. Помоги мне, пожалуйста!

Неужели вы думаете, что Алиса хоть секунду колебалась? Она решительно сказала:

– Поехали!

– Другого от москвички я и не ждал, – обрадовался юноша. – Девочки, которые с детства сражаются с белыми медведями и волками, вырастают настоящими амазонками. Спасибо тебе от имени угнетенных крестьян Флорентийской республики.

Алисе было и смешно и приятно слышать такие слова.

– Что я должна делать? – спросила она.

– Залезай внутрь, – сказал юноша, – а мне надо будет на минутку отлучиться.

Из дверцы в пузе дракона он вытащил небольшой мешок и убежал в кустарник. Алиса забралась внутрь дракона. Там было страшно, тесно и жарко. К тому же в драконе почему-то жило множество мух, которые возмущенно жужжали, пытаясь прогнать Алису из их убежища. Поэтому Алисе пришлось махать руками и юбкой, чтобы выгнать полчища насекомых.

Тут вернулся Леонардо. Его мешок был полон. Он осторожно положил его внутрь дракона и залез следом. Потом вытащил из мешка темный шар и спросил Алису:

– У вас в Московии такое растет?

Алиса взяла шар. Он был размером побольше теннисного мячика, и от него исходил грибной запах.

– Такое у нас растет, – сказала Алиса. – Это гриб. Пока он свежий и белый, он называется дождевик, а когда высохнет, то его называют дедушкин табак.

– И все-то у вас в Московии есть, – сказал юноша. – Это будет наше оружие.

Алиса не поняла, как можно использовать гриб вместо оружия, но спрашивать было некогда – Леонардо принялся объяснять ей, как управлять чудовищем.

Сам Леонардо лежал впереди и управлял головой дракона и его передними лапами. А вот задние лапы и хвост достались Алисе.

Сначала пришлось потоптаться на берегу речки, чтобы дракон шагал, как положено ящеру. Леонардо командовал: раз-два-три-четыре, и они с Алисой одновременно двигали правые, а затем левые лапы. При этом Алиса успевала двигать хвостом из стороны в сторону, а Леонардо раскрывал рот дракона.

Научившись ходить, дракон направился прочь от каменоломни по дорожке, которая вскоре влилась в заросшую травой дорогу.

В драконе стало прохладнее, потому что воздух влетал в щели и через пасть чудовища.

Чтобы не было скучно, Алиса разговаривала с Леонардо.

Вернее, разговаривал больше Леонардо, который любил поговорить и умел себя похвалить, а Алиса задавала вопросы.

– Я еще не решил, – говорил Леонардо, – кем мне стать. Я очень неплохо играю на лире. Мог бы стать музыкантом, и тогда бы меня приглашали играть во дворец к герцогам Медичи. Но еще интереснее быть бухгалтером или банкиром. Ты знаешь, что я сделал абаку?

Алиса знала, что абака – это старинные счеты.

– Я не только сделал абаку, но и умею считать быстрее любого банкира или менялы. А еще интереснее изобретать военные машины. Ведь мы с тобой едем в военной машине, правда?

– Такую машину уже изобретали, – сказала Алиса.

– Где? – удивился юноша.

– Когда греки осаждали Трою, то они изготовили громадного деревянного коня, спрятались в нем...

– Знаю! Мне отец читал эту поэму. Она называется «Илиада». Потом греки выскочили из коня и открыли ворота в город изнутри. Но у меня дракон лучше любого троянского коня, потому что он ходит! Может быть, я ему еще и крылья приделаю.

– Зачем?

– Тогда получится большая летающая машина. Больше твоей, Алиса! Я назову ее – самлетатель. Нет, лучше самлет. Самолет! Тебе нравится?

– Очень.

Алиса подумала, что Леонардо и в самом деле выдающийся юноша.

– Но больше всего я люблю рисовать и лепить, – сказал Леонардо. – Я хочу сделать статую выше трехэтажного дома. Это будет герцог Медичи верхом на боевом коне.

– И рисовать ты тоже любишь?

– Вот в этом моя беда, – сказал юноша. – Мне так много всего хочется, что, скорее всего, я ни в чем не добьюсь толку.

– Это бывает, – согласилась Алиса. – Вот у меня есть друг в Москве, Пашка Гераскин. Он все хочет сейчас и сразу. Он комгуся изобрел. Мы все чуть живы остались.

– А что такое комгусь? – не понял Леонардо.

– Пашка скрестил комара с гусем, чтобы комары на лето улетали в полярные страны и не кусали людей.

– А как он скрестил?

– Это сложно объяснять. Ваша наука до этого еще не доросла.

– Науку придумываю я сам, – сказал юноша. – Но если ты будешь скрещивать гуся и комара, то из них надо сделать семью, а на свадьбе гусь склюет свою жену – вот тебе и комгусь. Нет уж, лучше я буду заниматься настоящей наукой, а не сказками.

Дорога начала подниматься на холм. Алиса посмотрела сквозь щель и увидела, что они топают по узкой деревенской улочке. Дома на ней стояли тесно, и все, как один, были с красными черепичными крышами.

– Вот моя деревня, – сказал юноша. – Мы подберемся к замку с тыла, чтобы солдаты нас не увидели раньше времени. Готовься к бою! Ты не боишься, Алиса?

– Я вообще мало чего боюсь, – без лишней скромности сказала Алиса.

– Такой девчонки я еще не встречал!

Холм, на склоне которого раскинулась деревня, был увенчан небольшим каменным замком, посреди которого, как палец, торчала высокая квадратная башня.

Дорога кружила вокруг замка, и, когда она повернула в последний раз, Алиса увидела площадку перед воротами в замок, на которой столпилось несколько десятков воинов. Кое-кто из них был в кольчугах, другие – в стеганых куртках и высоких шлемах. Командовал всеми всадник гордого вида. Он был облачен в латы и шлем, коня покрывала расшитая попона. Всадник наблюдал за тем, как его воины раскачивают висящее на толстых цепях бревно, которое ударяло в окованные железными полосами ворота замка.

Видно, осаждающие трудились давно, но пока у них ничего не получалось.

Время от времени с башни, на которой стояли защитники, летел камень или стрела, но вреда они не причиняли.

– У наших уже ничего не осталось – ни пороха, ни воды, ни еды, вот-вот помрут, – прошептал Леонардо. – Главное, чтобы им удалось вырваться из замка и спрятаться в соседней деревне.