Бог не Желает - Стивен Эриксон

Нечто, что вполне могло быть Бледом, уплывало в сумрак.

Камень смачно коснулся лба, почти оглушив ее.

Водичка снова открыла садок, пока следующий камень не выбил дух; выплюнула воду, катясь по жесткой сухой почве. Кашляя, задыхаясь. Ноги почти не чувствовались.

Почти - уже хорошо, подумала она, пытаясь глянуть на ноги и причиненный им ущерб. Она лежала на животе - отличная позиция, если хочешь выкашлять еще воды из легких, добавив и желудочной жижи.

Земля дрожала.

"Чтоб меня!" Водичка встала, шатаясь, и постаралась прийти в себя.

Блед был в двух сотнях шагов - вниз по течению, если мерить ином миром -медленно вставал на дрожащие ноги. Поднял голову, круглые глаза отыскали ее.

Водичка побрела навстречу Гончей. - Правильно! Сделаем еще раз, жирная свинья! - Она была чертовски уверена, что громко выкрикивала вызов, хотя в голове было безмолвие. Похоже, уши лопнули изнутри.

Неважно. Она надеялась, что Блед способен слышать, особенно следующие слова. - Снова и снова! Тысячу раз! Туда-сюда! Туда-сюда! Будет очень весело!

Водичка побежала, шатаясь. К ее удивлению, Блед попятился.

- Вернись! - взвизгнула Водитчка.

Блед попятился сильнее, развернулся и убежал.

- Вернись, тварь драная! О боги, как голова болит! Я сломана! Ранена! Умираю! - Она споткнулась о какую-то кочку, упала, но руки тянулись к далекой Гончей. - Вернись! - застонала она.

Тень упала сверху, она заморгала, силясь поднять голову.

Аникс Фро почти умерла. Засмеялась так, что огромный кусок жвачки скользнул и закрыл глотку. Пока она билась в судорогах, головка Твари выглянула между грудей и снова пропала. Глиняному Тазу пришлось сжать ее в объятиях, обхватив сзади, ритмично сжимая грудную клетку (и Тварь вместе с ней), пока Бенжер засовывал палец в рот, пытаясь вынуть пробку из ржавого листа.

Когда они преуспели в извлечении комка бурой слюнявой дряни, Аникс Фро лишилась чувств. Глиняный Таз склонился над ней. - Будет жить, - провозгласил он и уставился на грудь.

- Ты чего, Глина? - спросил Бенжер.

- Чертова ласка жива, прокляните мои руки.

- О, понял. Прости.

Тем временем Дай смотрел на равнину. - Куда она пропала? - сказал он.

Бенжер обернулся. - Что?

- Я о том, - зарычал Дай, явно теряя самообладание, - куда она пропала? Забрала Гончую с собой, потом они вернулись, и Гончая сбежала, а она упала и снова пропала.

Он был прав. Бенжер встал и осмотрелся. Ни Гончей, ни Водички.

- Дерьмо, - буркнул Глиняный Таз. - Она бросила нас? Не могу поверить - она бросила нас!

- Бессмыслица, - возразил Бенжер. - Она не вернулась бы в потоп по своей воле. Может, ее утащила другая Гончая, а мы пропустили?

- Я ничего не пропускаю, - бросил Дай, - я следил все время. Она села, как бы помахала руками в пустоту и пропала.

- А нам конец, - захрипела Аникс Фро, без сил лежавшая на спине.

Вздыхая, Бенжер всматривался в сумрачные тени. - Пойдем к остальным. Скажем, Водичка избавилась от Гончей. Но не больше.

- Мог бы не добавлять про "больше", - посетовала Аникс, медленно садясь. Она тут же начала набивать в рот новую порцию листа. - Дети до смерти напуганы твоей рожей, к чему множить ужасы?

Моргая, Водичка села и огляделась. Ее объяла какая-то тень, и она была уже не там, где была мгновением раньше. Вершина холма, опоясанная низкой стеной, камни покрыты лишайниками. В середине торчала колонна, столь ветхая, что казалась лишенным коры сухим стволом. Перед ней стоял довольно симпатичный мужчина в легком кожаном доспехе, брюках оленьей кожи, в поношенных сапожках; на боку простой нож, на другом моток веревки. Он улыбался, черные волосы были длинными и оскорбительно чистыми.

Насквозь промокшая Водичка дрожала. - Ты меня слышишь? Я нет.

- Не нужно кричать, леди Тероза Дешар.

Она неуверенно встала, отряхивая грязные лосины. - Леди? Какого хрена ты имеешь в виду и откуда знаешь мое имя? Я оставила его позади. Но погляди на себя! Кем себя вообразил? Котиллионом? Ловкая попытка, но я видела статуи. Ты вполне неплох, но он куда красивее.

- Титул ваш, леди Дешар, если решитесь вернуться в семейное поместье и повести прежнюю жизнь. Как и наследственное место в Совете магистратов Анты...

- Я отказалась от адвокатства и всяких законов, - сказала она. - Слишком жестокое занятие, на мой вкус. Я грежу? Я умираю? Или уже умерла, ведь Гончие прекращают охоту только в таком случае? Я мертва! Оставь меня! Погоди? Ты Искар Джарек? Не может быть, его статуи я тоже видела. Он тоже куда красивее, если только ты не сбрил бороду, что - я лишь стараюсь дать совет - было явной ошибкой.

Мужчина медленно склонял голову набок. - Это представление?

- Какое представление? Что я здесь делаю? Мне нужно спасать людей. Это Эмурланн? Похоже на Эмурланн.

- Эмурланн. Любопытное именование. Смею догадаться, вы случайно подхватили его в кургане, в который вовсе не должны были соваться. Что, сами не соображали? А теперь называете садок на языке Тисте Эдур.

Водичка пожала плечами. - Меанас, Эмурланн, как угодно. Ты что, бродяга? Жалкий скиталец, вроде Ходящего-по-Краю, только не так прогнил?

- Бродяга? Сойдет и так. Мое любопытство далеко не удовлетворено, но уступает спешке. Водичка, хочешь вернуться к спутникам? Этой группе нарушителей границ? Отлично. Я отвлеку Гончих. Нескольких дней хватит?

- Если этого хватит, чтобы уйти от клятого океана, который на нас обрушился, то хорошо. Идеально. Иди отвлекай Гончих.

Он поднял руки и помешкал. - Кстати, Блед восхищен тобой, и благодаря этой татуировке вокруг шеи отныне тебе разрешено посещать Эмурланн. С ограничениями. Например, не влезай в древние могилы.

- Даже не подумаю, - сказала она, широко открыв честные глаза.

Он всмотрелся в нее.

Она старалась не моргать, сохраняя искренний вид.

Он сделал жест и пропал.

Нет, пропала она. Ведь она снова была на равнине. Все еще дрожащая, в синяках, голова кружится, уши не слышат. Подняла голову и сказала: - Весьма благодарна за пустяковую услугу, Котиллион.

Затем Водичка поглядела на лес. Никого. - Типично. "Ох, бедная Водичка мертва! Валим отсюда!" - Она принялась искать свои следы.

В древнем круге, известном как Последний Обет Сильха, бог Котиллион стоял, обдумывая странную беседу.

Тени сплелись рядом