Призраки Марта - Татьяна Солодкова

Маг знал, что Мирта – добрейшая женщина, но сейчас он полюбил ее еще больше.

– Никому не нужно уезжать, – заверил он. – Пока мы точно останемся здесь. А Сипкер был? Я отправлял ему вчера письмо, чтобы заехал.

Мальчик снова замотал головой.

– Пока нет. Были только эти.

Слушая невысокого подростка, Март шел, склонившись к нему; теперь же вскинул голову и увидел то, на что не обратил внимания сразу, отвлекшись на Пьетро – входная дверь была цела. Вернее, это была новая дверь – точная копия старой, но блестящая, без единой потертости, только что от краснодеревщика.

– Серьезно? – Он даже не поверил тому, что увидел.

– Угу, – закивал Пьетро, делая большие глаза. – Сказали, приказ его величества… Внутреннюю дверь еще доделывают, – заговорщически сообщил воспитанник.

Мартин усмехнулся: а король действительно серьезно настроен на его счет, раз утруждает себя даже такими мелочами, как выбитые двери.

Уже следующим утром ему доставили пакет документов, опечатанный сургучом с королевской печатью. Он принял посылку и отпустил посыльного; вскрыл сургуч кончиком ножа.

«Всего лишь бумажная волокита», – так назвал это Лионар.

И оказался прав.

Так просто: утром с постели встал Мартин Халистер, а сейчас посреди холла стоял…

Маг удивленно моргнул, прочтя имя на лощеной бумаге с гербом королевской канцелярии и множественными оттисками печатей разных ведомств, подтвердивших подлинность документов.

В бумагах значилось: «Лорд Мартин Викандер».

Ему не позволили увидеться с сестрой до казни. Король отдал однозначный приказ, и спорить с ним было бесполезно. Март лишь вежливо спросил дозволения – ему отказали. И тему закрыли.

Его величество должен был побеседовать с Витой сам и лично обрисовать ей возможные варианты. Зная сестру, Март опасался, что та взбрыкнет и откажется от предложения, гордо предпочтя костер. Однако она согласилась.

Казнь назначили незамедлительно: на третий день после ареста. На следующий день после того, как Мартин официально был признан лордом Викандером.

За Мартом прислали экипаж и охрану. Он выходил из ворот дома под выкрики представителей прессы, стремившихся за редкой сенсацией, но не имевших возможности приблизиться из-за оттеснившей их стражи.

Весь город гудел. В мгновение ока Мартин Викандер стал знаменитостью. План короля успешно исполнялся.

Он ехал в тишине, смотря в окна экипажа на проносившийся мимо город, и думал о том, что порой мечты исполняются совсем не так, как себе представляешь. Ему следовало бы радоваться, однако испытывал маг что угодно, кроме этого чувства.

Как бы то ни было, Март предал сестру, и этого факта уже ничего не изменит. Предал и продолжал предавать – с новым титулом, с новыми перспективами… отправляясь на ее казнь.

Площадь с помостом, построенным всего за ночь, была полна людей. Его провели кружным путем, словно он был венценосной особой, прикрывая щитами и широкими спинами стражи. Белые заблаговременно накрыли всю площадь мощным куполом, и можно было не опасаться применения магии из толпы. Но и обычного нападения никто не исключал, а потому король велел охранять Марта как зеницу ока.

– Лорд Викандер, рад видеть! – Он даже удостоился личного приветствия от его величества, так же в окружении охраны стоящего недалеко от помоста со стороны, обращенной к дворцу, и готовящегося подняться, чтобы произнести речь перед своими подданными.

– Взаимно, ваше величество, – сдержанно отозвался Мартин, осматриваясь. Ему нужен был Приуз, но тот пока в зоне видимости не появлялся. Должно быть, лично осуществлял контроль над приговоренной.

Взгляд наткнулся на Брэнигана. Всего миг – глаза в глаза – и Март понял: друг уже в курсе всего. Возможно, его просветил брат, возможно, как и предполагал король, эмоции схлынули и тот догадался сам.

Рикхард кивнул ему, приглашая подойти. Мартин не имел ничего против: стоять поблизости от его величества точно не доставляло ему удовольствия.

Если бы он мог, то встретился бы с Брэниганом раньше. Но ему запретили покидать дом и окружили таким количеством охраны, что даже Мирте пришлось эти дни ночевать у них – не выпускали.

Люди с другой стороны помоста шумели, обсуждали происходящее, высказывали предположения. Казалось, от их голосов качается площадь; сильнее развеваются флаги. Громко, торжественно, жутко. Мартин никогда не присутствовал на публичной казни и совершенно точно никогда не пожелал бы повторять подобный опыт.

Благо Брэниган стоял в отдалении, и тут было значительно тише.

– Я должен извиниться, – первое, что сказал Март.

Друг прожег его взглядом.

– Должен, – и без замаха ударил мага кулаком в лицо. Стража, тащившаяся вслед за Мартином, встрепенулась. – Без вас разберемся, – раздраженно бросил им Брэниган, разминая ушибленную кисть руки. – Извинения приняты, – подытожил угрюмо.

Март потер челюсть. Немного выше – и заплывший глаз на потеху публике был бы ему обеспечен.

Маг отошел чуть в сторону, молча вынул из кармана платок и промокнул кровь с лопнувшей от удара губы.

Брэниган искоса следил за его действиями.

– Ты мог сказать правду, – произнес наконец.

Мартин спокойно покачал головой.

– Не мог, – убедился, что трещина незначительная, и убрал платок обратно в карман. – Ты сделал официальный донос. Это заставило зашевелиться всех: и твоего брата, и Совет, и гильдию.

– Я мог бы притвориться и сделать все то же, зная правду, – не согласился Брэниган.

– Мог бы, – пожал плечами Март. – Или не мог. Я думал, что меня казнят. Лучше стало бы, если бы ты защищал меня, когда все доказательства моего общения со Шкипером были бы уже налицо? Не думаю.

Брэниган фыркнул.

– Права была Нелл: ты идиот, который считает, что имеет право принимать решения за других.

Маг заинтересованно повернулся к другу.

– Она так сказала?

– О да. – Рикхард мстительно прищурился. – И еще много чего, что с удовольствием повторит при встрече. – (Март криво улыбнулся: звучало многообещающе; он соскучился.) – Ты как? – Брэниган вдруг заговорил серьезно; между его бровей появилась морщинка. Он кивнул в сторону пахнущего свежей стружкой помоста, не произнося вслух: «Ведь твоя сестра сейчас умрет».

– Лучше, чем могло бы быть, – ответил Мартин. – Этот помост мог бы быть моим.

Глаза Брэнигана удивленно скользнули по его лицу, а брови окончательно сошлись к переносице.

– Что ты?.. – Он что-то почувствовал, заподозрил неладное.

– Ничего, – заверил Март. – Давай все обсудим позже? – Маг хлопнул друга по плечу, прощаясь. – Извини, мне нужно поговорить с Приузом. Вон он идет.