Месть прошлого - Екатерина Гичко

«Майяри, ты слабая, неловкая и руки у тебя из жопы! Но ты быстро бегаешь, не хуже любого оборотня. Так что в бою используй следующую тактику: бегай от противника до тех пора, пока кто-то не придёт и не спасёт тебя!»

И Майяри, круто развернувшись, бросилась бежать.

– Эй, ты куда?! – завопил Хным.

– Лови её! – завопил Олешка, уклоняясь от удара. – Она самая слабая, прихлопни её!

Выругавшись, Хным бросился за Майяри, но куда ему было угнаться за её быстрыми ногами. Под хохот и улюлюканье зрителей девушка пробежала один круг по полю и зашла на второй. Хным больше не ругался, только яростно сопел. Фир, назвав товарища придурком, бросился навстречу Майяри, шугнув её. Лирка воспользовалась этим и пинком под зад отправила парня на землю, но Майяри уже сменила направление, метнулась в одну сторону, обнаружила, что упирается в угол ограждения полигона, опять развернулась, но Хным бежал к ней, широко раскинув руки. В замешательстве помявшись на месте – если бы парень присмотрелся, то увидел бы, что оно несколько наиграно – и подпустив оборотня ближе, Майяри что есть сил побежала к ограждению. Хным уже предвкушал, что вот-вот схватит её, деваться-то некуда, но не вышло.

Майяри была ещё и сумеречницей. Не сбавляя темпа, девушка взбежала вверх по стене на четыре шага, оттолкнулась от неё и, перевернувшись в воздухе, приземлилась на корточки за спиной парня. И сразу же сделала ему подножку и откатилась в сторону, чтобы её не придавило тяжёлым телом. Но вот ударить оборотня по шее она не успела. Тот слишком быстро собрался, и ей пришлось как ошпаренной отскочить и замереть на безопасном расстоянии.

– Майяри!

Окрик Лирки запоздал. Фир пихнул Майяри в спину, прямо в липкие руки Хныма, и опять сцепился с разъярившейся Лиркой. Майяри отчаянно брыкнулась, пытаясь вырваться из толстых рук хохочущего оборотня, но он крепко притиснул её спиной к своей груди и только морщился, когда она всё же попадала по его ногам.

– Кончай с ней! – завопил Олешка.

– Не тяни! – поторопил Фир.

Одновременно блокировав друг друга скрещённым руками, Род и Олешка сдуру схватили друг друга за грудки и теперь мялись на месте, пинаясь и плюясь. На спине у девчонки уже краснели пропитанные кровью разодранные лохмотья рубашки, её противник лишился рукава, и одежда в их пальцах трещала по швам. Фир умудрился схватить Лирку со спины и теперь пытался придушить её сгибом локтя.

– Да ладно вам, – крикнул в ответ Хным, – отправим на трибуны целенькой! Да не брыкайся, пообжимаемся и пойдёшь к своему Вотому.

Толстые пальцы словно невзначай коснулись её груди. Майяри замерла и медленно повернула голову. Насмешливый прищур сказал ей о многом. Не невзначай. И она, улыбнувшись в ответ, отвела руку за спину и безжалостно сжала пальцы на промежности оборотня. Лицо того мгновенно переменилось, из горла вырвался жалкий сип, и он дёрнулся, стискивая девушку сильнее. Ну и она сжала пальцы ещё чуть сильнее.

– Отпустил меня, ничтожество, – сквозь зубы выдавила Майяри, – иначе, клянусь богами, вырву всё со всеми жилами и поднесу в дар Хрибному.

В глазах Хныма мелькнул ужас, и девушка подогрела его ещё чуть-чуть. Так, что сип перешёл в хрип.

– Ну же, тварь, или они тебе не нужны?

До слуха донёсся сдавленный рык. Лирка, борющаяся с Фиром, заметила, что именно сжимает Хным, и пришла в бешенство. Алая пелена опустилась на её разум, и девушка вцепилась зубами в руку, что её душила. До мяса, до крови вцепилась, едва ли не выгрызая плоть. Фир завопил, отшвырнул её от себя, и девушка даже разжала зубы, но тут же развернулась и, схватив парня за ворот, по пыталась вцепиться зубами ему в шею. Тот упёрся ладонями в её плечи, и Лирка, в бессильной ярости рванув на нём рубашку, укусила туда, куда смогла дотянуться. В грудь.

– Вы посмотрите, что творится?! Это нарушение правил! Ведь нарушение? Что? Бить в пах не запрещено?! Это должно быть запрещено, это же невообразимое зверство! О-о-о… чьё-то сердце сейчас выгрызут прямо из груди!

Хным наконец отпустил Майяри, и девушка, не разжимая пальцев, повернулась к нему лицом и что есть сил ударила ребром ладони по шее немного ниже уха. И только после этого разжала пальцы, позволив закатившему глаза оборотню грохнуться к её ногам. И воззрилась на его тело с радостным изумлением. Мастер Лодар бы ею гордился!

– В команде дана Олешки есть первый выбывший. Дана Амайярида Мыйм, в ближайшем будущем Вотый, поразила меня до глубины моего мужского естества! На месте её жениха я бы крепко задумался, а так ли он хочет такую жену! А её подруга продолжает пожирать заживо своего противника. Парень явно перетрухнул. Мне бы тоже не хотелось оказаться лицом к лицу с этой сумасшедшей.

Майяри задумчиво посмотрела на Род и Лирку, пытаясь сообразить, где её помощь будет совсем не лишней, и решила не вмешиваться. Кости у неё всё же хрупкие. Не успеет увернуться и очнётся в объятиях господина Шидая.

Фир предпринял очередную отчаянную попытку отпихнуть вцепившуюся в него девушку и схватил её за волосы, открыв живот. И Лирка с хрустом засадила ему кулак в солнечное сплетение.

Олешка, увидев, что остался один на поле боя, так тряхнул Род, что одежда затрещала по швам. А девчонка с рыком подалась вперёд и вмазала ему лбом в нос. Парень охнул, объятиях их расцепились, и Род было отскочила, но оборотень опомнился и успел схватить её за воротник. Но девчонка упёрлась, и без того подранная когтями рубашка не выдержала и с треском содралась с её тела, оставив только рукава на руках. Несколько секунд Олешка тупо смотрел на полосу белой ткани, пересекающую узкую спину, а затем на его затылок опустились сложенные в замок руки, и он упал к ногам Лирки.

На полигоне, трибуны которого были заполнены сотнями зрителей, повисла звенящая тишина. Помертвевшая Род попыталась руками закрыть одновременно и повязку, и живот, чьи очертания были слишком уж женскими. Она стояла под перекрестьем сотни взглядов каких-то десять секунд, но они растянулись в минуты. А потом перед глазами что-то стремительно мелькнуло, и обозлённый Мадиш рывком натянул на неё свою рубашку. И сразу повернулся к трибунам, сияя широкой улыбкой и поигрывая грудными мышцами.

Но даже это не могло отвлечь зрителей от скрытой за его спиной девчонки. Шум потрясённых голосов разорвал тишину, а на преподавательской трибуне вскочили на ноги все мастера.

– Ну всё, нам крышка, – не переставая улыбаться, мрачно предрёк Мадиш.