Рапсодия: Дитя крови - Элизабет Хэйдон

— Нет, конечно! Скорее, речь пойдет о небольших вылазках. Разобщенный народ вряд ли сможет оказывать серьезное сопротивление. Прогуливаясь по Бет-Корбэру, я слышал, как городские стражники обсуждали традиционный ритуал, который называется «Весенняя чистка». Солдаты Роланда каждый год устраивают рейды в близлежащие деревни фирболгов. Они жгут их дома и убивают всех, включая женщин и детей. — На лице Рапсодии появился ужас, однако Акмед не счел нужным уделять этому внимание. — Это происходит год за годом. Как, по-твоему, это характеризует болгов?

— Глупость?

— Ничего подобного. На самом деле они умнее, чем принято считать. Болги сообразили, что если они пожертвуют некоторым количеством слабых и старых, армия Орландана не будет заходить в глубь их земель. Кстати, они называют эти земли «Илорк». И потому они каждый год восстанавливают одну и ту же разрушенную деревню и поселяют в ней тех, кому не повезло стать будущими жертвами солдат Роланда. Те приходят, поджигают деревню, убивают беззащитных «жителей» и радостно возвращаются к себе домой, гордясь своей храбростью и отвагой.

— Полагаю, ты намерен положить этому конец? — спросила Рапсодия. Она так и не оправилась от потрясения.

— Разумеется.

— Ублюдки, — проворчала Джо. — Можешь на меня рассчитывать. Я с удовольствием спущу шкуру с парочки орланданских солдат.

— Не спустишь! — возмутилась Рапсодия. — Акмед, ты рассуждаешь так, будто мы вчетвером сумеем подчинить себе сотни тысяч болгов.

— Правильно.

— Нет, не правильно. Я не против того, чтобы помогать тебе, хотя лично я считаю, что четверо против сотен тысяч — не совсем разумное соотношение. Только нас будет трое. Джо в этом не участвует. Я взяла ее с собой не для того, чтобы ее убили.

— А кто тебя спрашивает? — сердито поинтересовалась Джо.

Рапсодия резко повернулась и увидела, что ее сестра в ярости.

— Ты ведешь себя как глупая наседка! — закричала девочка. — Хватит, мне надоело! Я уже не ребенок, я всю свою жизнь провела на улице. Меня не нужно учить, я прекрасно могу постоять за себя. Если ты не прекратишь свои глупости, я подожгу твои прекрасные волосы.

— Не выйдет, — сказал Грунтор, — огонь ее любит. Но если она не оставит тебя в покое, Ой с удовольствием удумает что-нибудь эдакое… — Он весело посмотрел на Рапсодию: — Слушай, твоя милость, кончай к ней привязываться. Ою наша крошка ужасно напоминает другую малышку, с которой Ой познакомился в одном большом городе. — И он подмигнул Певице своим большим янтарным глазом.

Сама того не желая, Рапсодия расхохоталась.

— Ладно, — она обняла Джо. — Пожалуй, мне все равно не удастся вечно тебя оберегать. С чего начнем?

— Ну, Джо начнет с того, что отдаст корону и все остальные ценности, которые она прихватила с тела Гвиллиама, — сказал Акмед.

— Что? — Рапсодия отодвинулась и заглянула в лицо Джо, которая изобразила невинность и непонимание.

Певица перевела взгляд на стол. Короны действительно нигде не было видно, а на теле не осталось ничего ценного, даже пуговиц.

Грунтор с укоризненным видом протянул к девочке свою могучую лапищу. Рапсодии, впрочем, показалось, что в его глазах мелькнул веселый огонек. Джо, смущенно глядя в пол, вернула корону.

— А теперь гони остальное, маленькая мисси, — потребовал великан.

Джо подняла голову и, увидев суровое выражение его лица, неохотно вытащила из карманов горсть драгоценностей и прочих мелочей.

— Ну, все возвернула?

Джо кивнула.

— Неправильный ответ, — прозвучал язвительный голос у нее за спиной.

Быстрый, точно молния, Акмед выбросил вперед руку и оторвал карман жилетки, которую Рапсодия купила для Джо в Бет-Корбэре. Рапсодия уже открыла было рот, собираясь возмутиться, когда на каменный пол выпало золотое кольцо.

Акмед наклонился и поднял его.

— Ты плохо разбираешься в ценностях, Джозефина, — сказал он, сознательно произнося ненавистное девушке пышное имя. — На вырученные за кольцо деньги ты смогла бы купить приличную лошадь или десять акров земли в Бет-Корбэре. Однако теперь тебе придется заплатить за него чересчур высокую цену. Ты лишилась моего доверия. Ты получишь свою долю сокровищ, но ты должна понимать, что ценности и тела, которые мы обнаружили здесь, являются ключом к нашему выживанию. Я восхищаюсь твоей уверенностью в собственных силах, но в качестве спутника ты опасна, а я не могу рисковать. Слишком многое поставлено на карту, чтобы мы могли позволить себе зависеть от вздорной девицы, которая не в состоянии усвоить простые правила. Завтра мы найдем тебе лошадь, и ты отправишься в Бет-Корбэр.

— В таком случае тебе придется поискать и вторую лошадь, потому что я отправлюсь с ней, — заявила Рапсодия, которая изо всех сил старалась держать себя в руках. Она посмотрела на свою сестру и увидела, как отчаянно та сражается со слезами. — Кроме того, разговаривай со мной. Не смей больше обращаться к ней.

— Ты хочешь разделиться прямо сейчас? — холодно поинтересовался Ахмед. — Ты готова оставить нас ради нее?

— Если потребуется.

— Почему?

Рапсодия перевела взгляд с дрожащей девчонки на спокойное лицо Акмеда:

— Она нуждается во мне больше, чем вы.

— Слушай, сэр, может, придумаем, как это… а, вспомнил — компро… миз, — предложил Грунтор. — Крошке тяжеловато привыкнуть к тому, что с нами ей будет хорошо. Правда, Джо? Ой поручается за маленькую мисси. Она больше так не будет, верно, милашка?

— И не пустим ее в библиотеку. Пусть остается там, где мы решим устроить свою базу, — добавила Рапсодия.

— Извините, — прошептала Джо.

Все трое изумленно на нее уставились — ничего подобного они от Джо не ожидали.

— Ну, Акмед? Еще один шанс?

— Похоже, я остался в меньшинстве. Хорошо, сдаюсь. Но я все равно продолжаю считать, что мы совершаем ошибку. Ты упряма и безрассудна, Джо. Похоже, это у вас семейное. — Он глянул на Рапсодию, которая, улыбаясь, смотрела в пол. — Но я хочу, чтобы ты поняла — тебе дается последний шанс. Мы не можем иметь в нашем отряде человека, который ненадежен. Либо ты с нами — и тогда имеешь право на все привилегии, — либо сама по себе. Я не намерен рисковать жизнью из-за твоей глупости. Так же как жизнью Грунтора или Рапсодии. Ты их не стоишь.

— Хватит! — резко прервала его Рапсодия. — Она все поняла.

Акмед посмотрел на Певицу и произнес на болгише:

— Помяни мое слово — ты пожалеешь.

— Странно слышать это от человека, который намеревается противопоставить четырех человек целой куче горных чудовищ! — заявила Рапсодия и, обняв Джо за плечи, подвела ее к стулу.

Джо так сильно сжала челюсти, что на щеке выступил крошечный желвак.