Асфоделия. Суженая смерти - Серина Гэлбрэйт

Кили, спешно вытаскивающую из-за колонны замотанный в тряпку продолговатый предмет.

Она ведь так и не пояснила, чем же ей моя физиономия не угодила.

Эветьен говорил, что артефакт, ещё хранящий воспоминания о предыдущей хозяйке, можно разыскать путём притяжения подобного к подобному.

Соединение энергии.

Или через кровь.

А у меня тут как раз кровушки полно.

Протянула подрагивающую руку с криво прижатой к ране красной салфеткой и позвала.

Иди сюда, мой хороший, моя пре-е-елесть.

Одна из молний ударила в колонну, возле которой стояла Кили, плюнула каменной крошкой, расползлась трещинами. Девушка проворно отскочила, повернулась ко мне.

– Хочешь вернуть его? – с вызовом крикнула Кили. – Так забирай, всё равно он испорчен тобою, – и швырнула артефакт мне под ноги.

Жезл со звоном прокатился по полу, верхняя часть с целой сферой в оголовье выбилась из-под тряпки и прежде тусклый шар внезапно вспыхнул ярким светом, знакомо ослепляя до рези в глазах. Я застыла, попробовала отвернуться, но что-то с силой ударило под дых, отбросило назад, на жёсткую поверхность.

Затем наступила тьма.

* * *

– Делия?

Чьи-то руки удерживали меня на весу, незнакомый, исполненный тревоги мужской голос звучал над головой.

– Делия!

Незнакомец осторожно уложил меня на что-то мягкое, коснулся кончиками пальцев моего лица. Я поморщилась, недовольная тем, что меня щупает кто-то посторонний, открыла глаза.

Первое, что увидела – привлекательное лицо молодого мужчины, склонившегося ко мне. Тёмно-каштановые волосы, обеспокоенные карие глаза, аккуратная короткая бородка – именно бородка, а не бородища а-ля канадский лесоруб.

Что за?..

Вторым я разглядела потолок.

Белый, теперь кажущийся непривычно низким потолок комнаты в моей квартире.

Я… вернулась?

Приподнявшись на локтях, пыталась осмотреть себя.

Моё тело.

Мои джинсы и серая трикотажная водолазка.

Моя кровать, на которую меня и уложили.

Неопознанный мужчина помог мне встать и, едва утвердившись на своих двоих, я отступила от него. Высок, как Тисон. Одет в чёрную кожаную куртку, тёмно-синий свитер и джинсы, то бишь он здесь гость, не жилец. Ещё и в уличной обуви по комнате шастает…

– Делия? – повторил незнакомец и нахмурился, поймав мой настороженный взгляд. – Алёна?

Так странно слышать собственное имя из уст постороннего… словно я успела отвыкнуть и от него тоже.

Затем я сообразила.

– Вы знаете?! И кто вы вообще такой? Что вы тут делаете?

– Зашёл к тебе… м-м, к Делии, – ответил мужчина совершенно спокойно, точно подобные странности были для него вещью обыденной. – Мы разговаривали, и вдруг ты вскрикнула и потеряла сознание. А я… пусть будет Борис.

Пусть будет?!

– Какой ещё Борис? – я попятилась.

– Друг.

Отлично! За каких-то полтора месяца Асфоделия не только освоилась в моём мире, научилась пользоваться смартфоном и послала на три буквы Свету, но и с мужчиной познакомилась. С подозрительно красивым типом, которому откуда-то известно, что Делия и Алёна две разные личности.

Я сделала ещё шаг назад и застыла, не в силах шевельнуться. Хотела отойти от загадочного Бориса подальше, однако тело внезапно отказалось подчиняться. Хотела напомнить, что у меня друзей с таким именем никогда в жизни не водилось, но язык будто к нёбу приклеился. Хотела…

Именно. Я хотела.

Асфоделия нет.

Она мотнула головой, словно отталкивая меня в сторону, загоняя в глубину подсознания, подняла левую руку, и я увидела белую полоску шрама, рассёкшую ладонь надвое. Прежде у меня его не было… или это новый?

Или… след от пореза Кили?

– Уходи, – процедила Асфоделия сквозь стиснутые зубы.

Куда? И самое главное, как?

Она протянула руку Борису, тот шагнул к ней, подхватил узкую ладошку.

И всё исчезло.

Выключилось, превратилось в чёрный экран, какой бывает иногда в кино между сценами. Только растянулся он не на секунды, а, казалось, на целую вечность.

– Куда мы идём и с кем… кого встречаем на нашем пути и с кем расстаёмся навсегда…

Голос Асфоделии я слышала чётко, пусть и не вполне понимала, её ли прежний – и мой нынешний, – или голос Алёны.

– Да, теперь я вижу…

Хорошо. Потому что я не вижу ни зги.

– Вот она, ошибка. Не в моих расчётах, но глупая, фатальная случайность из тех, что невозможно ни предугадать, ни предотвратить. Какой-то арайн забрал жезл и фактически отправил весь ход ритуала коту под хвост…

Асфоделия уже нацепляла выражений моей родины.

– И я оказалась в твоём мире, а ты в моём. Случайным образом свершилось невероятное – две души вырвались из границ своих миров и перенеслись в другие, заняли места, изначально им не предназначавшиеся.

Чернота рассеялась, и я оказалась в небольшой комнате, где никогда не была в реальной жизни.

Но видела тесное это помещение с маленьким закрытым окном в воспоминании Асфоделии. Видела неярко светящуюся огнёвку и стол с разложенными на нём бумагами. Записи на элейском. И жезл, ещё целый, прислонённый к стене, подмигивающий огоньком в верхней сфере.

Асфоделия – настоящая Асфоделия, – в простом голубом платье, с распущенными волосами, стояла возле него, с затаённой печалью рассматривая своё сокровище, но прикоснуться не пыталась. Или не могла.

– Отец привёз жезл из иных земель, когда мне было семнадцать, и с той поры я почти не расставалась с ним. Я была сильна, и артефакт стал верным моим помощником и даже другом. Я специально оставила его в другом месте… во дворе у ограды… не слишком далеко, чтобы он помог мне во время ритуала, и не чересчур близко, дабы эмиссары не сразу поняли, что происходит, и уж всяко не забрали его после. Кто ж знал, что кому-то придёт в голову прокрасться за спинами в чужой двор и взять то, что ему не принадлежит?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍