Сделка с профессором - Полина Краншевская

Беатрис в полуобморочном состоянии крепко держалась за локоть максиса Джентеса и затравленно оглядывалась по сторонам, в каждом посетителе клуба подозревая злоумышленника. Селеста и Фрэнк с невозмутимыми лицами разыгрывали мило шушукающуюся парочку, пришедшую развлечься.

Как только мужчины отдали верхнюю одежду лакею и получили номерки, к ним подошел метрдотель.

– Максис Привис, добрый вечер, – с поклоном проговорил он. – Рад видеть вас в нашем клубе. Вы сегодня планируете играть? Или, может быть, я могу предложить вам столик в ресторане?

– Приветствую, медин Райт, – отозвался Эдман. – Прежде всего, я бы хотел представить вам моего приятеля и коллегу, максиса Итона Корвина. Он здесь впервые, но я много рассказывал ему о заведении.

– Добрый вечер, – открыто улыбнулся Тарак. – Я давно искал подобное место для игры в бридж. Если клуб меня не разочарует, то можно будет поговорить и о членстве.

Метрдотель с подозрением оглядел его и с неприступным видом ответил:

– В настоящий момент прием новых членов клуба приостановлен. Но если вы, профессор, поручитесь за максиса Корвина и внесете дополнительный взнос, то, я думаю, мы решим эту проблему.

Эдман усмехнулся.

– Сейчас мы бы предпочли поужинать, но позже непременно найдем вас и все обсудим. Мне бы не хотелось обременять наших спутниц подобными вопросами.

– Безусловно, – поклонился метрдотель. – Прошу за мной.

Бетти сразу же узнала медина Райта, в чьем доме она ночевала после побега из Камелии. Она хотела шепнуть максису Джентесу, что метрдотель связан с Атли, и даже сжала его руку, но потом решила подождать. Страх снова испытать действие наложенных на нее древних чар глубоко проник в ее душу и прочно укоренился, прорастая сомнениями и тревогой.

«Если я расскажу про медина Райта, – подумала Беатрис, – и чары активируются, то про Атли никто так и не узнает. Придется промолчать. Пусть сначала поймают главного негодяя, а потом уже и о медине можно будет сказать».

В ресторане Эдман и Фрэнк заказали несколько легких блюд и бутылку игристого вина. Сидя за столиком, все делали вид, что оживленно беседуют, но Бетти было не до этого. Ее усадили лицом к залу, и она методично всматривалась в каждого присутствующего гостя. Ей казалось, что вот-вот появится Атли, и она непременно его разоблачит, и от этого тягостного напряженного ожидания в любом светловолосом мужчине она видела бывшего благодетеля, вздрагивала, сжимала браслет, но вовремя останавливалась и с разочарованием убирала пальцы с красного кристалла.

Перекусив, Эдман вопросительно взглянул на Беатрис, но она лишь отрицательно качнула головой.

– Предлагаю перейти в бальный зал, – сказал он и помог Сонар подняться.

Среди танцующих пар Бетти также выискивала высокого мужчину с длинными прядями почти белых волос, но вновь вынуждена была признать, что его нигде нет. Тарак, видя отчаяние на ее лице, пригласил Беатрис на танец и увлек в хоровод скользящих по паркету гостей.

– Не расстраивайтесь, – шепнул он, вальсируя с Бетти. – Сегодня мы всего лишь вышли на разведку.

– Я понимаю. Но так хочется, чтобы все поскорее закончилось.

Фрэнк с сочувствием улыбнулся и постарался ее утешить:

– Немного терпения, и вы сможете вздохнуть спокойно. Мы непременно отыщем его.

– Надеюсь, – пробормотала Беатрис в расстроенных чувствах.

Пока Тарак пытался развеять охватившую Бетти тоску, Эдман стоял в стороне возле Селесты и проклинал полученное пять лет назад ранение. Танцы для него теперь были недосягаемой роскошью, и пригласить Сонар он при всем желании не мог.

– Долго мы еще будем здесь торчать? – с раздражением спросила Селеста. – Ясно же – в этом зале его нет. Давайте поднимемся на второй этаж.

Эдман покосился на нее и с изумлением заметил, что дайна Грей с мрачным видом сверлит недобрым взглядом танцующих Тарака и Сонар.

«Ничего себе! – поразился он. – Вот и ее проняло. Даже на человека стала похожа, а не на протухшую селедку. Только не понятно, на что она рассчитывает. Фрэнк не идиот, чтобы заводить интрижку с дайной своего начальника».

О том, что Тарак вполне может приударить за Сонар, поскольку та отношения к Иксли не имеет, он старался не думать. Слишком уж неприятными и тревожными были эти мысли.

– Сейчас дождемся эту парочку, и сразу наверх, – сказал он, с некой долей легкого злорадства наблюдая, как скривилась дайна от его слов.

Но вскоре Эдман понял, что Тарак даже не собирается выпускать Беатрис из своих цепких рук, кружа ее уже в следующем танце и увлекая все дальше к сцене. Не на шутку разозлившись на неугомонного парня, Эдман подхватил под руку Селесту и процедил:

– Нам действительно пора. Пошли.

Они обогнули зал по периметру и, улучив подходящий момент, привлекли внимание Фрэнка, помахав ему.

Тот нехотя подвел к ним Сонар, и они все вместе двинулись в сторону лестницы. Беатрис снова шла под руку с Эдманом, и теперь он не собирался отпускать ее от себя даже на полметра, ненавязчиво поглаживая и перебирая ее пальчики. Селеста же вцепилась в локоть Фрэнка и повисла на нем точно неподъемный груз ответственности на шее у отца многочисленного семейства.

Побродив по второму этажу, компания окончательно пришла к выводу, что ни хозяина, ни важных персон, ни преступника этим вечером в клубе нет. Тарак сыграл пару партий в бридж, с легкостью обставив противников, и вновь присоединился к своим спутникам. Эдман на этот раз от карт воздержался и приглядывал за девушками, сидя в одной из гостиных и слушая игру на фортепьяно дайны какого-то пожилого максиса.

Ближе к полуночи он нашел метрдотеля и договорился с ним о принятии Фрэнка в члены клуба, заплатив немалую сумму за это. После оформления надлежащих бумаг все четверо собрались в холе, получили вещи и покинули заведение ни с чем.

«Столько времени потрачено впустую! – думала с сожалением Беатрис, сидя в экипаже возле окна и вглядываясь в освещенные редкими фонарями улицы Финара. – Неужели мы будем приезжать сюда каждую неделю? А вдруг Атли вовсе и не собирается снова посещать клуб?»

Пока она переживала о несостоявшейся встрече с Баренсом, Эдман и Фрэнк расположились друг напротив друга и вели молчаливый диалог, переглядываясь и не собираясь уступать в ожесточенной борьбе противнику.

Молодой помощник главы департамента настойчиво косился на Сонар и всем своим видом показывал, что считает себя вправе и дальше проявлять интерес к ней. Эдман же расчленял его хмурым взглядом и демонстрировал, что не потерпит подобного в своем присутствии. Селеста, наблюдая за этим со стороны, едва сдерживала слезы и молила всевидящую Идану, чтобы та вразумила Фрэнка, и он обратил бы наконец внимание на нее.

И никто из них даже не догадывался, когда же им посчастливится поймать преступника.