Люди и нелюди - Олег Бубела

Этого-то я и боялся! Но рассказать придется. Стыдливо опустив взгляд, я признался:

– Я подумал, что все вокруг может оказаться сном, и испугался, что когда-нибудь мне придется проснуться.

– Сном? – Дар не поверил своим ушам. – Откуда эта бредовая теория?

– Почему бредовая? На мой взгляд, внятная и логичная. Особо не напрягаясь, я могу привести десятки доказательств в ее пользу. А факт, способный ее опровергнуть, всего один. Причем, обиднее всего то, что с точки зрения здравого смысла, именно он является самым невероятным из всех, и если хоть на миг усомниться в его достоверности…

– Ник, ты меня поражаешь! Как можно сомневаться в реальности окружающего мира?

– Задремал как-то один мудрец, и приснилось ему, будто он – бабочка. Проснулся он и никак не может понять: то ли он мудрец, которому приснилось, что он – бабочка, то ли бабочка, которой снится, что она – мудрец… Да не смотри ты на меня так! Я эту историю в одной философской книжке вычитал и до недавнего времени тоже считал неправдоподобной. И вообще, разве у тебя самого никогда не было слишком реалистичных снов? Пусть даже кошмаров? Разве ты ни разу не просыпался с мыслью «слава богам, это был только сон»?

Ушастик задумался и прошептал:

– И какой же факт не дает тебе окончательно уверовать в то, что ты спишь?

– Я отчетливо помню момент своего появления в этом мире, – продолжил я резать правду-матку.

– Что?

– Ты не ослышался, я из другого мира.

Странно, но раскрыв свой секрет, я почувствовал облегчение. Потом радость, затем удовлетворение и лишь тогда догадался, что это все – не мои эмоции.

– И что же тебя осчастливило?

– Я наконец-то получил объяснение всех твоих странностей, – ответил Дар.

– И все? – не дождавшись продолжения, разочарованно уточнил я.

– А ты надеялся увидеть, как я лишаюсь чувств от осознания того, что нахожусь рядом с иномирянином? – иронично спросил Ушастик.

– Нет, конечно. Но ты как-то чересчур спокойно отреагировал на живое доказательство существования нескольких обитаемых вселенных.

Эльф терпеливо, словно ребенку, пояснил:

– Ник, если Мать сотворила наш мир, что мешало ей создать рядом еще несколько? Меня больше удивляет другое: что у служителей Ахета хватило силы, чтобы перенести тебя к нам. Я изучал узор обычного портала и знаю, что воспользоваться им могут лишь могущественные маги, а тут даже не портал, а проход в иной мир! И зачем? Чтобы забрать оттуда человека для ритуала извлечения жизни? По-моему, дешевле купить сотню рабов на невольничьем рынке.

Ага, вот и еще один пункт в копилку доказательств «бредовой» теории!

– Значит, расспрашивать о моем мире ты не станешь?

– Позже! – решительно заявил Дар и пояснил: – Вчера из-за ваших любовных игрищ я не успел толком выспаться и сейчас надеюсь наверстать упущенное.

Ну-ну, так я и поверил! Ясное дело, эльфу нужно время, чтобы обдумать полученную информацию и сформулировать вопросы.

– Тогда не мог бы ты напоследок подкинуть мне еще одно доказательство реальности происходящего? Чтобы я тоже мог заснуть спокойно.

– Что ты хочешь услышать? У меня есть множество весомых аргументов, но я подозреваю, далеко не все из них тебя удовлетворят.

– Расскажи, как в этом мире учитывают время.

Доказательство вышло так себе. О том, что в местных сутках, аналогично земным, насчитывается двадцать четыре часа, разделенные на шестьдесят минут, по шестьдесят секунд в каждой, я узнал еще в Тертосе, рассматривая найденный хронометр. Но на этом сходство не заканчивалось. Месяцев в году тоже было двенадцать, по три десятицы в каждом, за исключением последнего, ветровоя, дней в котором было чуть меньше – двадцать шесть. Дни в десятице названия не имели – все так и говорили: «третьего дня прошлой десятицы» или «к восьмому будущей».

Дар сообщил, что данную систему в глубокой древности придумали эльфийские ученые, а остальные расы воспользовались их наработками, включая простейшие механизмы измерения времени. Сейчас в Империи повсеместно встречаются солнечные, песочные и даже водяные часы. Механические также давно изобретены, однако остаются дорогим удовольствием, доступным немногим. Разумеется, о наручных речи не ведется – до такого местные умельцы не дошли, но в домах имперских аристократов, как правило, имеется резной ящик с маятником, циферблатом и парой стрелок, а в крупных городах на центральной площади обычно стоит башня с часами и колоколом. Что любопытно, магические хронометры из-за своей дороговизны и неточностей в работе, от которых не удается избавиться магам-изготовителям, распространения не получили.

Времена года были те же, хотя и назывались по-другому. Новый год начинался с приходом зимы, но традиции отмечать его празднествами и народными гуляньями не было ни у одной из рас. Сейчас на дворе шла первая десятица лета. Впереди был сбор второго урожая, к которому готовились все, занимавшиеся сельским хозяйством, впереди была жара, обещавшая осушить все мелкие ручьи в округе и превратить бо́льшую часть Проклятых земель в выжженную пустыню, впереди была дождливая осень… Эх, что-то меня на лирику потянуло.

Поблагодарив Ушастика и пожелав ему спокойной ночи, я улегся на свое место. Но едва закрыл глаза, рядом заворочалась орчанка. Повернувшись на бочок, она пробормотала нечто невнятное, обхватила меня рукой и затихла, получив уверенность, что я никуда от нее не денусь. Притворщица! Так замечательно прикидывалась спящей, что мы с Даром ничего не заподозрили. Вот только забыла о супружеском амулете, который исправно транслировал мне эмоции девушки.

Накрыв своей рукой ладошку Вики, я прошептал:

– Я рад, что тебе тоже не важно, из какого я мира.

В эмоциях супруги появилась тревога:

– Ты же не собираешься возвращаться?

– Нет. Мое место здесь.

Орчанка успокоилась и вскоре заснула, тихо посапывая мне в ухо, а я еще поразмышлял на тему иллюзий и реальности и додумался до того, что обе наши вселенные с таким же успехом могут оказаться всего лишь сновидением какого-то высокоразумного существа. После чего приказал себе не маяться дурью и вслед за Викой скользнул в мир снов.