Возвращение королевы - Линн Флевеллинг

— Кузен, ты готов сдаться?

Тобин поднял руки, показывая, что он безоружен.

Слишком просто.

— Из него такая же девушка, как из тебя, — фыркнул Албен.

— Корин, тут что-то не так, — предостерег Калиэль, хмуро глядя на молчаливую фигуру.

Тобин медленно встал и шагнул в сторону Корина.

— Ну, здравствуй, кузен!

Неприкрытая ненависть в его тоне потрясла Корина. И голос был совсем не похож на голос Тобина, он звучал низко и хрипло. Тобин расстегнул ремешок под подбородком и снял шлем, и Корин услышал легкий скрип кожи и звяканье металла.

Никогда в жизни Корин не видел такой лютой злобы на лице двоюродного брата и не видел его таким бледным и изможденным. Глаза Тобина провалились и казались почти черными. Это был тот самый Тобин, которого Корин видел в своих кошмарных снах.

Калиэль схватил его за руку.

— Корин, это не…

Прежде чем он успел договорить, из-за деревьев на другой стороне поляны выскочили люди и Корин услышал знакомый голос, кричавший:

— Тамир, вернись!

Следом за незнакомцем в плаще и шлеме Тобина на поляну со всех ног выбежали Ки и Лута.

— Потроха Билайри, что это? — выдохнул Порион, рассмотрев лицо под шлемом.

Ответил ему Калиэль:

— Это и есть Тамир.

— Смотри, это же Тобин! А вот Ки! — Танил рванулся вперед, радостно маша им рукой, — Где вы были?

Корин успел поймать его, схватив за плащ.

— Нет, стой, они теперь наши враги.

Взгляд Танила затуманился.

— Нет, они же твои компаньоны…

— О боги! — Корин негромко застонал. — Калиэль, как мне…

— Танил, посмотри на меня, — сказал Калиэль, бросая меч на землю.

Когда же оруженосец повернулся к нему, Калиэль с силой двинул ему кулаком в подбородок, и юноша без звука рухнул к его ногам.

* * *

— Проклятье! — воскликнул Ки, бросаясь вперед, чтобы прикрыть собою Тамир.

Лута и Лисичка сделали то же самое, защищая королеву своими телами. Корин стоял прямо на виду, на дальнем краю поляны, рядом с ним были Порион и Калиэль, и все они находились на расстоянии полета стрелы. За деревьями Ки уловил какое-то движение.

Но Тамир смотрела только на Брата, одетого в ее одежду и латы.

— Ты!

Призрак чуть повернул голову и ухмыльнулся, скосившись на Тамир. Как всегда, лучи солнца не проникали сквозь него, но и не освещали, как освещали бы живого человека. Его черные волосы не отражали свет. Ки нервно сглотнул, вспомнив, что именно сказала Тамир жрица в Афре. Будто бы она и есть он, а он и есть она… Но сейчас они выглядели совершенно непохожими друг на друга.

— Это еще что за трюк? — громко спросил Корин. — Ты что, привел все-таки своих некромантов?

Брат начал медленно подкрадываться к Корину, шипя:

— Сын Эриуса, я не Тобин и я не Тамир!

— Он пришел за Корином! — прошептал Ки.

Если бы Брат убил Корина, все бы кончилось разом…

— Брат, стой! — закричала Тамир. — Не трогай его! Я тебе запрещаю!

К изумлению Ки, Брат остановился и, обернувшись, уставился на Тамир.

— Это моя битва! Уходи прочь! — приказала Тамир таким же тоном, каким говорила с братом в детстве.

Брат презрительно скривил губы, но все же растаял.

— Что это за шутки? — снова требовательно спросил Корин.

— Это я, Корин, — ответила Тамир. — А то был мой брат, то есть он должен был стать моим братом… Его убили, чтобы защитить меня от твоего отца.

— Нет!

— Это обман, лорд Нирин так и говорил, — фыркнул Мориэль.

— Ты ошибаешься, — крикнул ему Лута.

— Ты! — На лице Мориэля появилось почти комичное потрясение.

— Кому, как не тебе, разбираться в некромантии, прихвостень Нирина! Где твой хозяин, подлипала? Как же он отпустил тебя одного?

Мориэль ядовито ухмыльнулся.

— А вот насчет тебя он не ошибся, ведь так, предатель?

Ки встретился взглядом с Калиэлем. Тот едва заметно кивнул.

— Проклятье… — пробормотал Ки, поднимая руку в жесте приветствия.

— Кто ты на самом деле? — крикнул Корин. — Покажи свое лицо, если ты не трус!

Тамир стащила с головы шлем и подняла край кольчужной шапочки.

— Это я, Корин, именно такой я и должна была стать. Калиэль может подтвердить. Спроси его. Мы не должны больше сражаться. Давай поговорим. Позволь мне представить тебе доказательства…

— Ложь! — бросил Корин, но Ки показалось, что это прозвучало не слишком уверенно.

— Я должна стать королевой, Корин, но ты мой кровный родственник. И биться с тобой — все равно что биться с родным братом. Прошу тебя, давай решим все мирно раз и навсегда. Клянусь честью, ты займешь рядом со мной достойное тебя место. И я дарую прощение всем, кто поддерживал тебя.

— Честью? — взвизгнул Албен. — И это слово произносит тот, кто нарушил все клятвы?

Ки схватился за меч, когда из-за деревьев за спиной Корина вышли еще люди, вооруженные мечами.

— Какого черта ты раздумываешь, Тамир, почему медлишь? Их втрое больше, чем нас!

— Он выслушает меня, ведь теперь он сам все видит, — негромко сказала Тамир. — Он должен понять!

* * *

Все еще потрясенный недавним общением с призраком, Корин пристально смотрел на девушку, утверждавшую, будто она — его двоюродный брат.

— Тобин? — прошептал он, отказываясь верить собственным глазам.

Ее неожиданная улыбка — улыбка Тобина — почти убедила его.

— Я Тамир, как я и писала тебе. Лута говорил, ты получил мое письмо.

— Ложь!

— Нет, Корин. Ложью был Тобин. Я — дочь Ариани. Я клянусь тебе в этом, клянусь Великим Пламенем, всей Великой Четверкой!

У Корина перехватило дыхание.

«Просто мальчишка в женском платье», — прозвучал в его голове голос Нирина. Корин, как за соломинку, отчаянно цеплялся за эту мысль, хотя слабое осознание правоты стоящего перед ним человека уже поселилось в его душе. Если Тобин… если она говорила правду, значит, и Калиэль всегда был прав. Нирин действительно лгал ему и делал с ним, что хотел. Калиэль готов был отправиться на виселицу, лишь бы у Корина открылись глаза, а Корин чуть не убил его за правду…

— Мы можем снова стать друзьями, — сказал Тобин.

— Это обман! — настаивал Мориэль.

«Обман! Обман! Обман» — твердил ледяной голос Нирина в памяти Корина.