Война углей - Кэтрин Ласки

— Затяжной полет? — переспросил Гвиндор.

— Что? — спросил Бубо.

— Как? — пролепетал Крепыш. — Затя… какой?

Корин укоризненно посмотрел на Отулиссу, пробормотавшую что-то насчет крошечного словарного запаса Крепыша, а Гильфи бросилась объяснять:

— Это такая особая тактика, позволяющая незаметно пробраться в какое-нибудь место. Сначала нужно дождаться пасмурного дня, когда небо затянуто тяжелыми тучами. Потом врезаешься в тучу на большой высоте — летишь вместе с ней какое-то время — и опускаешься в нужном месте.

— Понимаете, к чему я клоню? — Сорен обратился ко всем собравшимся, но при этом смотрел только на Гильфи. — Завтра обещают наступление фронта осадков. Кстати, погода будет стоять просто отвратительная — проливные дожди, косматые тучи, черные, как дым лесного пожара, а также все прочие прелести. Если мы забросим во Дворец туманов трех сов с углями-живцами…

— Что? — переспросил Бубо. — Нет, разумеется, вы можете брать из кузницы любые угли, которые вам приглянутся, но я не пойму, зачем вам понадобились… — Внезапно в янтарных глазах филина зажегся яркий огонек. — Уф, понял! Старая игра в поддельный уголек?

— Точно! — кивнул Сорен. — Пусть поиграют в игру «угадай, у кого уголь Хуула»! У нас будет три совы, у каждой совы тубус, в каждом тубусе несколько живцов. Насколько мы знаем, по своему строению живцы практически неотличимы от угля Хуула. Только очень опытный глаз сможет отличить подделку! — Он посмотрел на Бубо, для которого, разумеется, это не составляло никакого труда. — Пусть попробуют отыскать настоящий уголь!

— Блестящий план! — одобрил Копуша. — Но я все-таки выскажу еще одно соображение. Совы, которые отправятся на это задание, не должны быть… скажем так, высокими профессионалами.

— Иными словами, они не должны быть членами стаи, — подвела итог Отулисса.

— Правильно, — согласился Сорен. — Не члены стаи и, разумеется, не Корин. — Он помолчал и добавил: — Кажется, у меня появилась еще одна мысль. Никто из этих троих не должен знать, кто несет настоящий уголь.

— Это еще почему? — ухнул Сумрак.

— Потому что на задание отправятся очень молодые совы. Мы не знаем, как они себя поведут, если их захватят в плен. Кроме того, вообще всегда лучше, чтобы никто из исполнителей не знал всего задания целиком. Информацию следует разделять, в таком случае можно будет меньше опасаться разглашения. Этого требует безопасность. Допустим, если сову X захватят в плен и потребуют выдать уголь, сова X сможет с чистым сердцем сказать: «Простите, но я понятия не имею, есть ли он у меня. На задание были посланы несколько сов, и только одна из них несет настоящий уголь».

— Гениально! — восхитился Копуша. — Это спутает карты нашим врагам.

— Именно этого мы и добиваемся, — кивнул Сорен.

— Я думаю, — продолжал Копуша, — что гонцов следует выбирать из сов, работающих в двух клювах одновременно.

Таких сов было немного даже среди Ночных стражей. Только наиболее одаренные и смышленые юные совы распределялись сразу в два клюва, обучаясь двум профессиям одновременно. В свое время Сорен и Отулисса были именно такими совами.

— В таком случае выбор очевиден — Фритта и Венцель, — сказала Отулисса. — Они оба вполне смогут справиться с заданием.

— А третий гонец должен быть постарше, чтобы приглядывать за молодыми, — вслух подумал Сорен. — Нам нужен кто-нибудь опытный.

— Может быть, Руби? — спросил Корин. — Ее, конечно, не назовешь непрофессиональной, однако вне острова ее знают гораздо меньше, чем остальных членов стаи. Кроме того, она летает лучше всех на свете.

— А вдруг ее узнают? — встревожился Сумрак. — Она же такая заметная — маленькая и рыжая.

— Никто ее не узнает, если мы выкрасим ей перья молочниковым соком, смешанным с настоем погадок, — прошипела Октавия, очень старая и очень тучная домашняя змея, незаметно вползшая в дупло.

— Что? — хором переспросили сразу несколько сов.

Клив задумчиво склонил голову набок.

— Разумеется, вы правы! Я слышал о таком способе. Краска. В очень слабых дозах это средство используют для борьбы с желудочными отравлениями. Оно вызывает сильную отрыжку.

— Вы полагаете, Октавия, — пробормотал Сорен, поворачиваясь к слепой змее, которая уже успела свернуться в довольно толстое колечко на полу дупла, — что Руби сможет выкрасить свое оперение в другой цвет?

— Разумеется, и никто ее не узнает, — прошипела Октавия и добавила: — По крайней мере, по перьям.

— Любопытная мысль, — пробормотал Копуша.

Сорен повернулся к нему.

— По-моему, мысль блестящая! Руби — это как раз то, что нам нужно. Кроме того, у нас уже есть Фритта и Венцель — молодые и очень талантливые совы. Фритта немного постарше и поопытнее, зато Венцель великолепно разбирается в метеорологии и, самое главное, наделен богатым художественным воображением.

— Никак не пойму, причем тут художества, — пробурчал Сумрак.

— А кто совсем недавно восхищался художественным финалом драмы во Дворце туманов? — усмехнулась Гильфи. — Когда Бесс отправила мохноногого сыча в хагсмир вместо глауморы?

— А, так это я! — обрадовался Сумрак.

— Значит, решено. Фритта, Венцель и Руби отправятся во Дворец туманов и устроят нашим врагам игру в угадайку.

— А теперь давайте подумаем, куда они должны будут доставить настоящий уголь? — задал вопрос Корин.

— Прежде чем мы перейдем к этому вопросу, — начал Сорен, — мне хотелось бы остановиться еще на одной части плана. Если за нашими гонцами кто-то погонится, хорошо было бы узнать, кто это будет. Главная прелесть надвигающейся непогоды заключается не только в том, что она станет отличным укрытием для затяжного полета гонцов, но и в том, что она столь же прекрасно скроет наблюдателей. То есть нас.

— Нас? — переспросил Сумрак.

— Да. Я хочу спрятаться под покровом тучи и проследить как за нашими гонцами, так и за теми, кто захочет на них напасть.

— Но ты же сам сказал — туча будет служить тебе укрытием. Как же ты сможешь что-нибудь увидеть сквозь нее? — спросил было Сумрак, но тут же сам понял ответ.

— Я не увижу. Я услышу, — ответил Сорен.

Разумеется, ведь Сорен, как мы знаем, был сипухой. Всем известно, что амбарные совы отличаются несравненными слуховыми способностями, намного превосходящими возможности любой другой совы.

— Я сразу узнаю звук крыльев Ниры. Неужели вы забыли, сколько раз нам приходилось встречаться с этой совой в бою?

— Слишком много, — вздохнул Копуша.