Королевский двор - Жанна Стужева

— Простите, лэри Сатияра, — присела в книксене одна из служанок, видимо, главная. — Сделаем все в лучшем виде. Прошу, пройдемте теперь в малую столовую, вас ждут.

Я удовлетворенно кивнула и последовала за одной из девушек.

— А меня зовите лэр Баяний, — проговорил позади меня фамильяр. Потом он, наверное, подумал, что погорячился, и исправил свою ошибку. — Впрочем, можете звать и просто Баянием, а уж если подсобите с едой и портвейном, то зовите хоть Баяном, хоть кем, куда уж там. Бонусом разрешу почесать мне за ушком и животик.

Служанки не ответили, но было видно, что едва удерживаются от смеха.

Три поворота направо, один — налево, подъем на один этаж вверх, и мне любезно указали на украшенную серебряными вставками дверь. У нее также дежурили несколько стражей.

Благодарно кивнув провожающим, я подняла руку, чтобы открыть дверь, но меня опередили:

— Наследная принцесса Сатияра Шалия Муркус Беруар Эль Даор, — объявил лакей. Что-то было тут нечисто: сперва обязательные горничные и их обращение «принцесса», теперь вот это.

Хмурая я сделала шаг внутрь. Когда Баян последовал за мной, лакей уточнил:

— Допускаются только люди, всю живность рекомендуется оставить снаружи.

Пони уже открыл, было, рот, чтобы возмутиться, но я точным движением руки хлопнула его по носу. Обиженный Баян звучно чихнул, а я в это время тихо ответила:

— Баяний мой фамильяр, а фамильяры, как вы помните, сотканы из частички души хозяина и живностью не являются.

Пусть я сейчас и лгала: ведь, по сути, пони явно был сделан из чужой души — я даже догадывалась, что из неупокоенной. Но из своей прошлой жизни я четко знала, что уличить меня во лжи или запретить что-либо делать слуги не вольны. И все же я не хотела становиться напыщенной эгоисткой, как Робертина, а уж как не хотелось порочить имя мужа! Поэтому я и дала пояснение. Пусть и не совсем верное.

Лакей подтвердил мои знания, он покрылся красными пятнами, сделал шажок ко мне, так что стражи за дверью занервничали, и сказал мне шепотом:

— Простите, принцесса. Рекомендации я обязан озвучить, но подчиняться им или нет, решаете только вы. — И снова отошел.

Я вежливо кивнула и пошла дальше. Пройдя сквозь арку, очутилась в просторном помещении, выдержанном в мягких оливковых тонах. Стены были украшены картинами весенних оттепелей, посередине стоял белоснежный стол персон на десять и стулья в тон. За столом меня уже ждали.

— Здравствуйте, моя дорогая дочь! — поприветствовал меня принц Шалий и, встав с места, подошел ко мне, взял за руку и проводил к столу. Помогая мне усаживаться, «добрый отец» бросил парочку совсем не добрых взглядов на Баяна. Но пони, к счастью, повел себя идеально: он медленно засеменил за мной и уселся сразу же за моей спиной, подперев стул боком.

— Живность не допускается в королевские столовые, — «великодушно» поведал Шалий и покосился на Баяна.

— Баян мой друг, — не моргнув, ответила я. Принц ласково улыбнулся и вернулся за стол.

— Что ж, дорогая дочь, нам нужно многое обсудить.

Обсуждать что-либо без мужа мне безумно не хотелось, если честно. А еще я никак не могла поверить, что этот молодой улыбающийся мужчина, с виду почти ровесник мне, на самом деле мой отец.

— Вижу, тебя что-то беспокоит, дорогая дочь. — Принц сложил руки в замок на груди и требовательно посмотрел на меня. — Поведай, что опечалило мою драгоценную малышку?

От слова «малышка» меня передернуло: в устах Шалия это звучало как-то пошло. Нахмурившись, я хотела было нагрубить ему, но вовремя вспомнила, что я же лэри, у меня же манеры, и не стала. Слегка прочистив горло, обратилась к принцу.

— Я не давала согласия на принятие меня наследной принцессой, — на одном дыхании выпалила я и посмотрела строго в улыбающиеся добрые глаза «отца».

— Признайся, ты и не рассматривала этот вариант, так? — спросили меня.

— Вы и сами знаете ответ, — протянула я. — Потому я прошу… нет, я требую, чтобы меня оставили в покое.

Я была воинственна как никогда.

— Что, вы…что, ты уже требуешь значит? Сразу видно: моя дочь. Однако же разочарую тебя: это так не работает, — добродушно хохотнул Шалий. Он щелкнул пальцами, и уже через пару минут в комнату вошел один из мужчин, присуствовавших вчера на ужине. Высокий худощавый брюнет был бледен донельзя, он шел быстро и смотрел лишь себе под ноги, боясь поднять взгляд. В руках мужчина нес старинную толстую книгу в кожаном переплете. Дозволение присесть гость не спросил, он просто молча остался стоять возле стола с книгой в руках.

Я удивилась странному гостю и его болезненному виду, в мыслях уже придумала сотни объяснений, но вслух не сказала ни слова, лишь молча сверлила взглядом Шалия. На мой пронзительный взгляд принц ответил:

— Это знаменитейшая книга, на которой держится вся Мерсия, — «Сборник статутов королевства Мерсийского».

Я все еще ничего не понимала, но ощущения были, что меня хотят обдурить. Ранее я была твердо уверена, что у нашего королевства есть конституция, я даже учила ее, пока находилось на домашнем обучении. А тут мне зачем-то предъявляли какую-то старинную книгу. Определенно, это какая-то игра. О своих догадках я хотела поведать, на что принц снова весело хохотнул и пояснил:

— Конституция, конечно, есть, но она основана на сборнике статутов, а его, в свою очередь, никто из оборота не выводил.

— Я все еще не понимаю, к чему вы клоните, Ваше Высочество, — чуть сердито сказала я и погладила украдкой для успокоения нервов плюшевую голову Баяна. — Для чего вы принесли книгу?

— Для того, дорогая дочь, что есть в сборнике статутов один прелюбопытнейший момент. — И, повернувшись к гостю, Шалий приказал: — Квинт, зачитай.

Мужчина украдкой бросил на меня виноватый взгляд, а потом подчинился:

— «В случае военного положения в государстве право выбирать наследниками очередность наследования исключается в угоду сохранения большего количества наследников и стабильности в продолжении королевского рода».

Голос мужчины звучал ровно, но очень тихо, словно он делал это из последних сил. Едва Квинт дочитал, как Шалий кивком отправил его восвояси.

— Благодарю, мой дорогой друг, вы рассчитались со мной. — После слов принца мужчина удалился.

— Это как понимать? — чуть громче обычного спросила я, когда мы снова остались наедине, и сложила руки на груди. — В смысле?

— Коромысле, — ехидно передразнил меня принц, и на секунду выражение его лица стало безумным, а потом снова заулыбался, весь такой счастливый и добрый. — Дорогая дочь, вчера вечером твой светлейший дядя отдал приказ о введении военного положения в Мерсии, а это значит…

— Это значит?.. — с сомнением спросила я, и так понимая, что мне поведают.

— Хочешь ты того или нет, но отныне являешься наследной принцессой Мерсии. Вот и будь добра, следи за своим языком. Принцессе не пристало говорить, как простолюдинке.