Война и сердце - Доминика Арсе

А у меня улетучился страх. Только злоба. Как же я вас тварей ненавижу!! Снова являю лук, обычная женщина в образе леди на прогулке с оружием в руках в чистом поле против трех сотен орков. Тьфу.

Натягиваю тетиву с этой дистанции, с уверенностью, что успею поразить десяток, а то и больше прежде, чем поймут направление угрозы. Позади падение и отчаянный человеческий рев, конь без всадника проносится, едва не задев меня. Оборачиваюсь с холодеющей грудью. Рыцарь на коне вынимает копье из упавшего орка, что живой и еще бьется в агонии. Этот меня и заарканил, тварь! И шел со спины добить. Но подоспели свои! Четыре рыцаря, которые каким–то образом сумели вырваться или обойти вражеские силы.

– Где рыцарь в черном?! – Ревет мужчина за моей спиной.

– Да все, сгинул, пора уходить, баронесса у ворот, – отвечает другой. – Хватай ее, она с ума сошла.

– Как вообще тут оказалась?!

Спокойная, что в спину не ударят, решаюсь утащить с собой побольше уродов. Стрела улетает за стрелой в гущу бронированной нечисти. Крики свидетельствуют, что попадаю хорошо. Руки холодеют, отдавая луку энергию на стрелы. Натягиваю, что есть силы. Ноги подкашиваются, посматриваю на орчьего коня с намерением взобраться на него, как только враг ринется на меня. Знаю, что и эти четверо не оставят.

– Уходим! Быстрее! – Кричат позади.

– Да хватай ее уже! – Раздается бешеный ор другого. Рывок  и меня перебрасывают через коня. Запах пота и стали с кровью. Рыцарь, свой… Мчимся в сторону замка. За нами табун нечисти скачет. Обиженный и готовый мстить, еще бы! Десятка четыре я успела положить, если не больше.

Лошадь пошла в гору рысью, рыцарь запыхтел, лошадь захрипела. Три всадника вперед нас понеслись. Стена замка показалась и башню увидела! Чувствую, догоняют нас орки назойливые! Гремит железо, кричат безобразными голосами устрашающе. Хочу подняться, но мужчина держит крепко.

– Лежи смирно! – Рычит. – Откуда ты взялась вообще?! Магичка шальная! Жить надоело?!

– Заткнись, Керьян, она возможно наши задницы спасла! – Гаркнул впередиидущий. – Шевели копытами!

– Вообще–то у Ветерка в заднице стрела, я не знаю, как он ее не почувствовал, но до ворот мы не дотянем, судя по тому, как хлещет кровь.

На живот давит неприятно. Кое–как извернулась, назад посмотреть через ногу рыцаря. Орки метрах в шестидесяти на подступах к пригорку. А мы плетемся по узкой тропке, с обеих сторон склон резкий, насыпь явно искусственная, но довольно крепкая, утрамбованная временем. Хватаюсь за рыцаря, ногу через шею лошадке раненной перекидываю. Теперь мы с рыцарем лицом к лицу, как парень с девушкой. Еду задом. Смотрю на его ошалевшее лицо. Усатый, молодой, волосы черные ко лбу прилипли, глаза карие смотрят с удивлением. Потеплело мое сердце к рыцарю.

– Спасибо, милый, – говорю ему кокетливо. – Можно я за спинку твою перелезу, постреляю малость.

Кивнул, слова в горле застряли у бедного. А вот рука ухватила меня и давай в сторону отводить вокруг себя, да еще и с поворотом корпуса. Железо скрипит. Замечаю, что у рыцаря доспехи в пробоинах, да посечено все. Ногой цепляюсь, руками, как обезьянка перелажу.

– Держишься? – Спросил и за ляжку ухватил без церемоний железной хваткой. А я уже лук материализовала и тетиву натягиваю. Некогда строить из себя недотрогу! Тридцать шагов до первого орка!!

Утренний свет отражает его морду страшную в шлеме литом. Доспехи заостряются на плечах и локтях, ну прям ежик. Правда здоровенный, как мой Оскар. Под ним конь такой же страшный, морда в доспехе с шипами на лбу налепленными невпопад. Наверное, тоже себя орком считает.

Пускаю стрелу, целя в нагрудник, с желанием проверить его на прочность. Из–за тряски слегка промахнулась. Рикошет прошел… Орк ухмыльнулся, немного отстающие его собратья в таких же доспехах радостно взвизгнули. А я пустила прямо в глаз следующую. Затем начала расстреливать и остальных. Отряд позади пополняется и набегает, а впереди шествующие почему–то валятся, создавая пробку. Трупы орков сползают по сторонам склона. Какое же удовлетворение я сейчас испытываю!

Орки коней не жалеют, поднимаясь в гору. А наша кляча со стрелой в ляхе уже хромает. Враг не отстает, несмотря на то, что я простреливаю через одного. Нагрудники через раз пробиваются, в мягкие места на ходу тоже попадаю не всегда.

Стрелы засвистели над головой! Со стороны замка стреляют! Рядом с лошадью воткнулось три стрелы. Недолет и разочарование. Косоваты лучники на стенах. Заскрипели ворота. Закричали солдаты, поторапливая нас.

– Эй! Каши мало ели! – Огрызнулся один из рыцарей. – Стреляйте дальше, немощные!

– Да силов нет! Провизия кончилась! – Раздалось со стены. – Баронесса в безопасности! Скорее! Орки с другой стороны склона лезут уже!

Стрелы из–за нас полетели прямо, видимо лучники из ворот вышли. Орки стали отступать. А мы с рыцарем Керьяном нырнули под арку ворот самыми последними. Заскочили, ворота задвинулись двухстворчатые, решетка сверху еще упала. Поражаюсь безалаберности солдат, отвечающих за ворота, в четверти метра от конской попы раненной упала железяка, сбив воткнутую стрелу.

Только я собиралась слазить, лошадь повело, рыцарь меня хватает, сам падает. В итоге его животинка и придавила. А меня солдатик поймал.

Встала на ноги. Карета неподалеку, во дворе небольшом. Все люди в основном на стенах. Кричат, бегают, служанки чаны дымящиеся да связки стрел таскают по лестницам.

Керьян поднимается, как ни в чем не бывало. Смотрит на меня с восторгом.

– Женюсь! – Заявляет так браво, что прыскаю со смеху. Истерика началась. Обниматься лезет, а я отталкиваю. Хватит с тебя ляжки, наглая мордаха. Зато живая мордаха, желающая жить и радоваться…

К нам, вновь прибывшим, рыцарь невысокий лет сорока пяти спешит, прихрамывая. В серых изрубленных доспехах, кровью хорошо залитых. Еще волосы светлые слиплись от припекшейся крови. Ну, полный набор.

– Барон Норд! – Восклицает один из рыцарей.

– О, владыки! Азиз! – Отвечает барон, обнимаются мужчины. Прослезиться бы, да некогда. – Как вы спаслись?!

– Не поверите, рыцарь в черных доспехах возник из ниоткуда. И вот эта девушка помогла, не иначе как маг она.

Отпрял барон. Посмотрел на меня внимательно. А мне грустно так стало и невыносимо горько. Из полусотни всадников, что защищали карету с баронессой осталось четверо. И скорее всего те остались, что на подмогу шли из замка. А группа, ринувшаяся погоню задержать первой, на дороге и осталась.

– Барон Норд Реентский, – представился рыцарь.

– Маркиза Валерия Балейская, – произнесла важно. – Я до ночи у вас посижу, потом дальше по своим делам.

Остолбеневшие рыцари рты усатые и бородатые раскрыли. Особенно Керьян, которому я, видимо, сердце разбила, сама того не желая.

– Орки! – Завизжали мужчины со стен, как резанные. – Орки на приступ идут!!