Сделка с Ведьмой - Татьяна Михаль

Лима посмотрела на время.

Так, ее обед подошел к концу. Пора начинать тренировать Макса на тренажерах.

— Ладно, хорошие мои. Я пошла работать.

— Уда-учи! — махнул лапкой Фома.

— Спасибоси тебе ведьмоська, что помогаесь. Кусь-Кусь оцень сцястлив!

Лима послала им воздушный поцелуй и напевая себе под нос песенку:

«В море ветер, в море буря

В море воют ураганы

В синем море тонут лодки

И большие корабли, ха-ха-ха

Корабли на дно уходят

С якорями, с парусами

На морской песок роняя

Золотые сундуки,

Золотые сундуки…»

— Я смотрю у тебя хорошее настроение, — едко заметил Макс, как только Лима вошла в комнату.

Лима широко улыбнулась мужчине.

— Ты даже не представляешь, какой подарок я для тебя приготовила! — «обрадовала» его Лима.

— Мне уже начинать заикаться и кричать о помощи? — сложил руки на груди Максимилиан.

— Пф-ф… так говоришь, будто я тебя уже достала. Что-то рановато, Макс.

Она подошла к изножью кровати и, кокетливо похлопав глазками, сказала:

— Скоро в этой замечательной комнате появится чудеснейший аквариум с морскими обитателями.

Она окинула взглядом стену напротив Макса и задумчиво ее оглядев, снова сказала:

— Думаю, аквариум во всю стену здесь будет замечательно смотреться. И тебе приятно будет, а телевизор можно перенести в тот угол.

— Ты совсем с катушек съехала? — подал голос Макс. — Мне не нужен аквариум, поняла? Давай без лишней самодеятельности, я и так тебя уже еле перевариваю в своем доме, не беси меня еще больше.

Ведьма сверкнула своими глазами и хитро улыбнулась.

— Считай, что аквариум уже тут.

Макс открыл рот в возмущении.

— И даже не вздумай возмущаться! Лучше давай займемся делом!

* * *

Спустя тридцать минут…

— Твою ма-ать! прекрати эту пытку! — Вербицкий начал даже заикаться.

Лима попыталась согнуть ему колено под прямым углом, но нога не поддавалась.

— Прекрати упоминать мою маму… не к добру это.

Лима надавила сильнее.

Макс заскрипел зубами.

— Тебе больно? — невозмутимо спросила она.

К сожалению, за все приходится платить, особенно, когда в процесс включается магия. И небольшая боль и дискомфорт — незначительная плата за возможность снова ходить, бегать, прыгать и быть полноценным.

— Да! — Выдохнул он. Их взгляды встретились. — А это хорошо?

Лима улыбнулась.

— Да, Макс. Это прогресс, который с каждым днем ты будешь видеть все больше и больше. Давай теперь потрудимся вместе, чтобы согнуть ногу. Настанет тот самый день, когда ты будешь пытаться ее согнуть, а я стану тебе мешать. Вот тогда ты меня по-настоящему возненавидишь, Макс.

— Сделай так, чтобы я начал ходить, Лима, как ты и обещала, и я тебя полюблю…

На мгновение их взгляды встретились.

Олимпиада первая отвела глаза.

Она еще несколько раз попыталась согнуть оба его колена. Им обоим пришлось изрядно попотеть.

Потом они с Русланом перенесли Макса на наклонный стол, и он провел на нем еще полчаса в положении стоя.

— Ты молодец, Макс. Мне нравится, что ты начал верить в меня и мои силы.

Он улыбнулся, гордый собой.

— Как только ты привыкнешь к этим милым упражнениям, мы приступим к более серьезным…

Когда Максимилиан, наконец, растянулся снова на кровати, он с облегчением вздохнул.

— Я рад, что мы закончили…

— Не расслабляйся, Макс. Мы еще не закончили. Это была лишь разминка.

Вербицкий взволнованно посмотрел на нее.

— Что еще ты задумала?

Лима коварно улыбнулась, сверкнув зелеными глазами.

Дошла до двери, театральным жестом открыла ее и так же театрально скрылась за ней. Вернулась она, сидя в инвалидной коляске.

Макс сильно нахмурился, на его лице появилось выражение искреннего ужаса и отвращения.

— Убери эту мерзкую штуку прочь с моих глаз!

— Ты чего, Макс? Я думала, ты будешь в восторге.

— Мне плевать, что ты там думала! Я не собираюсь так унижаться — с трудом выбираться из кровати, и только для того, чтобы оказаться в этом чертовом кресле. Ты сама сказала, что я и так уже делаю успехи. Этого достаточно.

— Этого не достаточно, Макс. — Лима встала с кресла и склонилась к нему. — Ты что, собираешься всю жизнь провести в постели?

— Если придется, то проведу. Не твоего ума дело.

Она упрямо покачала головой:

— Что ж, может быть, ты и решил сдаться, но я нет.

— А тебе-то какое до этого дело?

— Ты мой пациент.

— Ну и что?

— Пока ты не сможешь меня выгнать, ты в моей власти.

— Что ты имеешь в виду?

Вместо ответа Лима размашистым шагом подошла к двери, распахнула ее и рявкнула командным голосом, прямо как в армии — настоящий командир:

— Руслан! Поднимись сюда!

Спустя несколько минут, поднялся Руслан.

— Что такое, Лима?

— Помоги мне пересадить Максимилиана Александровича в это кресло и помоги спустить его с лестницы.

— Э-э-эм…? — промычал Руслан. — А зачем нам спускать его с лестницы? Зачем же так жестоко?

— Что? — Лима распахнула удивленно глаза и расхохоталась под гневным взглядом Макса и недоуменным Руслана. — Ты не так понял, я не собираюсь скидывать Макса с лестницы. Мы будем спускать его в коляске, пока он сам не научится это делать. Здесь есть специальная функция для спуска и поднятия по лестницам, но ее нужно освоить.

— Я хочу выгулять Макса на солнышке и свежем воздухе, а то засиделся в четырех стенах. — Лима указала головой на Макса.

Тот сидел с каменным лицом, упрямо сжав губы.

— Я не собираюсь садится в эту коляску и не хочу наружу.

— Да-да, конечно, ты находишься здесь, в этой комнате и тупо ждешь смерти. Ты предпочитаешь валяться здесь и жалеть себя, а между прочим, вот эти великолепные мускулы на ногах уже начали оживать. — Она ткнула его кулачком в грудь. — Я тебе не позволю уничтожать начальные результаты моего труда, понял?

— Ты не можешь заставить меня делать то, что я не желаю делать.