Рыжее пророчество - Сергей Платов

Селистена, судя по всему, также оценила размах вечеринки и осторожно дернула меня за рукав.

– Может, не надо такое же устраивать на день рождения дочек?

– Может, и не надо, – пожал я плечами. – Там посмотрим.

Выпитая медовуха давала о себе знать, душа просила праздника, и поэтому я решил взглянуть на разгромную картину несколько под другим углом. Судя по результату, угол был выбран правильно.

– Знаешь, а мне даже немного завидно.

– Чему? – удивилась Селистена.

– Да вот всему этому, – ответил я, указывая на бывшее Симино хозяйство. – Чтобы в таком возрасте и так чудить… Это сколько же жизненных сил и задора молодецкого нужно иметь? Молодец бабанька!

– А…

– А дом можно и новый построить, – пожал я плечами, – зато на всю жизнь такой праздник запомнится. Вона у твоего батюшки недавно юбилей был, и что?

– И что? – не поняла боярыня, но на всякий случай встала в боевую позу, уперев кулачки в бока.

– И ничего. Приперлась вся боярская дума в полном составе, всучила подарки, расселась по лавкам, поела, попила, отбарабанила дежурные поздравления, погорланила срамные песни и с сознанием выполненного долга разбрелась по домам. И осталась после всего этого веселья только гора грязной посуды, дюжина флаконов с ароматной водой, четыре бритвы, пяток кинжалов и с десяток кубков. И это при том, что именинник бороду уже годков двадцать не бреет, одеколоны эти на дух не переносит, а оружия в доме столько накопилось, что уже свободного места на стенах не осталось, чтобы повесить.

– Ты забыл про кубки, – ехидно бросила Селистена. – Которые ты взял на минуточку посмотреть одним глазком и пополнил ими свою коллекцию.

Тему заныканных кубков я поддерживать не собирался. Да и о чем тут говорить, собственно? Антипу они ни к чему, а у меня удачно заняли достойное место на комоде.

– Дело не в никчемных подарках, а в том, что уже через дюжину дней об этом дне рождения никто и не вспомнил, в том числе и сам Антип. А такое зажигалово, как сегодня у Симочки, запомнится навсегда.

Зная характер Селистены, я ни капельки не сомневался, что она тут же затеет спор. Также не вызывал никаких сомнений и результат этого спора: я ее убалтываю, она начинает путаться в показаниях, забывает первопричину спора, переходит на личности, я ее целую, и мы оба успокаиваемся. Но на этот раз тратить время попусту я не собирался, мы и так припозднились, так что перешел сразу к последнему пункту, то есть к поцелую. Как я и ожидал, он подействовал как нельзя лучше.

– Может, ты и прав, – философски заметила Селистена. – Ну чего стоишь? Пошли!

И мы отправились в избушку, а если быть точнее, то в то, что от нее осталось. Сделав несколько шагов, я обо что-то споткнулся и еле устоял на ногах. При ближайшем рассмотрении это что-то оказалось дверью, которая некогда использовалась по назначению, а ныне в весьма плачевном состоянии валялась в траве.

– Тук-тук-тук, – тут же выдал я и лихо отстучал на ней простенькую мелодию.

– Танцы вроде как еще не начались, – заметила Селистена.

– Так я и не танцую.

– А что ты делаешь?

– Я стучу.

Селистена удивленно уставилась на меня, явно рассчитывая на разъяснения.

– Чего тут непонятного? – удивился я. – Как воспитанный человек, прежде чем войти, я должен постучаться в дверь, что сейчас и проделал, и теперь моя совесть чиста. А то, что дверь сорвана с петель, это уже не мои проблемы, а принимающей стороны.

С моей точки зрения, обсуждать тут было нечего, и я решительно шагнул в дверной проем.

– Симочка, с дн…

Вообще-то зря я на себя наговаривал, мол, на княжеской службе обленился, хватка уже не та, да и реакция тоже. Та самая у меня реакция! Огненный вихрь только показался в дверном проеме, а я уже во второй раз за день сшиб мелкую с ног, надежно прикрыв ее своим телом и нас обоих мощным защитным заклинанием. Конечно, в этот момент больше всего на свете мне хотелось шарахнуть внутрь чем-нибудь кардинальным, но уже было вскинутая рука с посохом опустилась сама собой. Если даже у Симы на старости лет съехала крыша, так некультурно поступать с кормилицей я не мог. Не такое у меня воспитание (кстати, Симина заслуга)!

– Ну да, пришли без приглашения, так чего сразу огнем-то? – обиженно протянул я, осторожно приподнимаясь с Селистены. – Не хочешь нас видеть, так и скажи, небось понятливые, настаивать не будем.

– Даромир? – еле слышно раздалось из недружелюбной избушки, которую я до последнего момента считал отчим домом.

– А кто еще может примчаться к тебе среди ночи, чтобы первым поздравить с днем рождения? – закипело во мне возмущение. – Конечно, я!

– И я… – робко подала голосок Селистена. – Ты слезешь с меня или нет?! Чего разлегся-то?!

Как вы понимаете, последнее высказывание относилось уже ко мне.

– Вот вернемся домой, сядешь на диету! – проворчала мелкая, с трудом поднимаясь на ноги и потирая ушибленный локоть.

– Зачем это?

– А затем, что ты меня чуть не раздавил, причем два раза подряд.

– Так я же тебя спасал, – резонно заметил я. – Кстати, а что такое диета?

– Мог бы спасать как-нибудь поделикатней. А диета– это такая штука, на которой сидят и худеют. Я в заграничной умной книжке прочитала, да только повода на практике применить не было, вот на тебе и испробуем.

От возмущения на какой-то миг я даже забыл, что только что мне чуть не колданули промеж глаз и по большому счету неплохо было бы выяснить за что, собственно. Вместо этого дал волю эмоциям.

– Что значит – на мне попробуем?! А вдруг мне станет плохо? И что это нужно съесть, чтобы похудеть?

– Так в том-то все и дело, что есть ничего не надо!

– Это как это не надо есть?! – до глубины души возмутился я. – Сейчас ты еще скажешь, что и пить не надо?!

– Ничего с годами не меняется, опять поцапались из-за ерунды, – раздался звонкий голос Серафимы.

Мы и не заметили, как она показалась на пороге, и с улыбкой на усталом лице следила за нами.

– Мы в общем-то и не цапаемся, – пожал я плечами.

– Так, разговариваем, – буркнула Селистена. – Просто кто-то в последнее время слишком много ест. Здравствуй, Серафима, с днем рождения!

– Что значит – в последнее время? – удивился я. – Я всегда много ем. Привет, Сима, с днюхой тебя! Кстати, чей-то ты меня прибить задумала?

– Да не тебя, – отмахнулась Сима, – и не я.

– А кто? – удивился я, хотя уже знал ответ на свой вопрос.

– Я… – раздался хриплый голос из недр полуразрушенной избушки. Без всяких сомнений, он принадлежал моему наставнику, а по совместительству давнишнему воздыхателю моей Симочки, белому колдуну Серогору…