Моя Песня - Алекс Найт

– Как прошла поездка?

– Крестьяне, – скривился он. – Я уже говорил, что думаю по поводу помощи им. Слабые, так пусть дохнут, – зло выплюнул.

– Я считаю это неправильным.

– И ты все-таки устроил этот праздник, – на лицо гармонта набежала тень злости.

– Да, устроил, – я поднялся из-за стола, аккуратно расправив крылья, чтобы ненароком не порвать пиджак. В горах, где мы жили, не приходилось так извращаться с одеждой.

– Мы заняли Древо, можем еще расширить границы. А ты пытаешься со всеми подружиться.

Этот разговор поднимался уже не раз. Марек был представителем сильного рода, у него были свои сторонники. И он был за войну, завоевание новых территорий. Похоже, он не осознавал, что если Древо погибнет, завоевывать будет нечего.

– Я налаживаю связи с соседями. Будущее гармонтов не в войнах, а в союзе с другими народами.

Сегодня во дворце проводился прием в честь завершения переговоров с Валирией и Аркентумом – соседними человеческими странами. Минувшая неделя прошла в душных кабинетах за обсуждением торговых соглашений.

Я потянулся к артефакту-ключу, лежащему на столе, но отдернул руку, когда в столешницу вонзилось лезвие меча. Мой меч оказался в руке даже раньше, чем я подумал. Но Марек отступил, опустив голову, не намеренный бросать мне вызов. Импульсивный, не способный продумывать шаги наперед. Наверное, только поэтому он еще жив. Ну и еще из-за того, что я когда-то считал его другом.

Дружба закончилась, как только наши взгляды на дальнейшее направление политики разошлись. Вместо ожидаемой поддержки я получил возможного врага. Всегда считал и до сих пор считаю, что любой гармонт – воин на вес золота. Но от некоторых стоит избавляться, сегодня я в этом убедился.

– Ты вызовешь меня на бой, – сообщил, а точнее приказал.

Ладони Марека сжались в кулаки, он коротко кивнул. После чего стремительно развернулся и покинул кабинет.

Я вновь потянулся к артефакту. Меч разрубил цепь. Придется носить ключ в кармане. Глупо, но я привык доверять своему чутью. А оно подсказывало, что оставлять ключ в сейфе еще более глупая затея.

/Айлирана/

Прошла неделя с того дня, подарившего мне надежду. Но я так и не продвинулась в своих поисках. Казалось бы, безмолвная прислуга может пролезть, где угодно и когда угодно. Но не когда у тебя в начальниках Мегера. Всю эту неделю с утра до вечера я намывала полы посадочной. Каждый раз удивляясь, откуда гармонты умудряются приносить столько грязи. Но Ниннет ответила на мой философский вопрос быстро и просто. Гармонты тренировались, много и каждый день. Валялись в грязи, которую я потом оттирала.

Ниннет вообще очень помогала мне. Подсказывала, делилась сплетнями, снабжала целительной мазью. А я искренне радовалась подруге, возможности взглянуть со стороны на простую и полную радостей жизнь девушки. И даже ощутить свою причастность, ведь Ниннет уже позвала меня на свою свадьбу.

Та ночь в подвалах вернула веру в мою душу. Ответы пока не найдены, план не составлен, но это вопрос времени, который я собиралась решить. И сегодня у меня должен был появиться шанс на проникновение в покои Повелителя гармонтов. Ведь сегодня во дворце уже с утра суета, готовят грандиозный прием в честь заключенных торговых соглашений. В этой сутолоке я смогу затеряться и пробраться в пустые покои. Но, кажется, я рано радовалась.

– Лира, – строгий голос Офелии догнал меня, когда я входила в столовую на ужин.

Сегодня в честь праздника гармонты не устраивали тренировки, потому и со своей работой удалось справиться быстро. Я обернулась к нагнавшей меня начальнице. Она придирчиво оглядела мою фигуру, даже зачем-то чуть сжала ладонью талию, после чего приказала:

– Следуй за мной. Будешь работать на разносе.

Пришлось послушаться. Офелия отвела меня в комнату, где в первый день мне выдавали форму. Здесь уже переодевалось несколько девушек, среди которых была и Ниннет. Она мне ободряюще улыбнулась.

– Примерь это, – Офелия жестом указала на единственный оставшийся сверток формы.

Когда я надела платье, стало понятно, почему выбор пал на меня. После голодной жизни в Деаполе я так и не отъелась, когда появились деньги. Откладывала на переезд. А платье шилось то ли из остатков ткани, то ли на подростка. Даже мне оно было мало в груди и чересчур сильно стягивало талию. Но в целом выглядело оно неплохо. Строгое, бежевое, под горло, с красивым белым воротничком.

– Худющая. Так и знала, что влезешь, – констатировала довольная собой Мегера. Кажется, ей не приходило в голову, что мне еще нужно и дышать. – Ниннет, объясни своей подруге, что от нее требуется. Пусть только попробует опозорить меня, вылетит отсюда утром же.

Постаралась подавить злость. Офелия говорила так, будто я не немая, а глухая и тупая в одном флаконе. Пришлось напомнить себе, что Мегере мне нечего противопоставить. Наоборот, возможно, если хорошо выполню работу, она перестанет ставить меня на мытье полов в посадочной.

Стоило Офелии уйти, как ко мне подлетела Ниннет.

– Не расстраивайся ты из-за нее, – подруга похлопала меня по плечу, пытаясь поддержать. Кажется, сразу распознала мое настроение. – Не переживай, ничего сложного не требуется. Просто разносить еду, провожать гостей в покои.

Вскоре я убедилась в ее словах. Прием проводили грандиозно, в том же зале, где когда-то проходил мой последний бал. Даже оформление с тех пор не изменилось. Разве что без пения иллеми было не так живо. Да, играла живая музыка, но ее не наполняли эмоции и сила. Гости облачились в дорогие одежды, нацепили украшения. Здесь собралась знать, желающая продемонстрировать свое богатство.

Гармонты, одетые строго и без излишеств, с черными крыльями за спинами, сильно выделялись на их фоне. Кроме того, выяснилось, что горный народ не пьет алкоголь. И даже я видела, что они посматривают на пьющих чуть ли не с презрением. За время, нахождения во дворце, я больше узнала о них. Суровые воины, казалось, они презирают каждого, кто слабее них. Внутренне меня трясло от злости, ведь гармонты праздновали, веселились, когда мой народ лежал в темном подземелье, погруженный в сон, почти без надежды на пробуждение.

Я лавировала среди гостей, подносила напитки и еду, уносила грязную посуду. Уже к середине вечера ноги и спина болели от усталости. А ведь пир мог продолжиться до утра. Но вскоре меня подозвала к себе Зои. Покидая зал, я заметила, что девушек на разносе сменили женщины старше.

– Устала? – Зои с улыбкой потрепала меня по щеке. Я кивнула, не совсем понимая, что происходит. – Иди в комнату, отдохни, поспи. Мы позовем, когда понадобится помощь с уборкой. Нечего вам молоденьким среди пьяных мужиков делать.

Благодарно улыбнувшись женщине, я сжала ее ладонь и кивнула. К лестнице я шла с другой горничной. И она мне поведала, что смена прислуги проводится по приказу Повелителя. В прошлый прием возникло несколько неприятных ситуаций, и было решено лишний раз не провоцировать мужчин. Я жестами спросила про Ниннет. Девушка поняла меня не с первой попытки, но вскоре выяснилось, что подруга отправилась провожать гостей в покои.