Холодное сердце пустыни - Вера Волховец

— Ох, Мун… — Пауль зажмурился, прикидывая имеющиеся варианты. Выбора у него на самом деле было немного, девушка была права — с каждым часом духи просыпались все больше. — Ты точно уверена, что он меня не сдаст?

— Да, — Мун улыбнулась, будто заражая Пауля своим спокойствием.

— Хорошо. Я тебе поверю, красивая, надеюсь, мне не придется перерезать твоему другу глотку, — Пауль коснулся пальцами рукояти кинжала, — магов ведь тоже можно убить, ты же знаешь?

Мун тихо вздохнула. Будто бы даже с легкой тоской.

То ли сегодня пустынные духи решили, что Пауль заслужил, чтобы прикрыть глаза на его “прогулку”, то ли в принципе, в кои-то веки ему улыбнулась удача, но до высокого здания, похожего на пузатый гриб, обмазанный белой глиной, он и Мун дошли без приключений.

И в синюю деревянную дверь Мун застучала, даже не особенно церемонясь о соблюдении тишины.

Нужно сказать, барабанила она довольно долго. Потом дверь приоткрылась, и на улицу высунулась заспанная мордашка девушки. Не очень похожей на чью-то жену, потому, в основном, что выглянула на улицу она, не накинув на волосы покрывала, видимо, она приходилась магику служанкой. Или сестрой… Она была симпатичной, ей шли распущенные по плечам тяжелые волосы, да и черты лица были весьма приятны, но Пауль сравнил её с Мун, и чаша последней перевесила. К этой новой девице у него не шевельнулось ровным счетом ничего. В ней не чувствовалось ни ума, ни задора.

— Мун? — девушка глянула на рабыню, глянула на Пауля, удивленно вытаращилась. — Ты что тут делаешь в такой час?

— Падме, мне очень нужен господин Аман, — торопливо и ужасно подобострастно выпалила Мун, — этому господину нужна его помощь, а господин Аман обещал мне одну услугу. Он не спит?

— Обещал? Услугу? — брови Падме удивленно вздрогнули. — Хорошо, я его сейчас позову. Он в лаборатории.

Господин Аман, явившийся в окружении шести желтых светляков-оберегов от духов, оказался тощим парнем, обритым наголо. И что в нем было примечательно — так это его глаза. Яркие, очень редкого лилового оттенка. Он вышел на крыльцо дома с трубкой в одной руке и шелковым тюрбаном в другой.

— Здравствуй, прелестница, — усмехнулся он Мун, и Паулю пришлось напоминать себе, что вообще в восточных городах все эти комплименты собеседнику — часть этикета, — чем обязан удовольствию тебя видеть своими глазами?

— Господин Аман, — девушка рухнула на колени и чуть ли не лбом в песок уткнулась, — вы обещали мне помочь. Помните?

Маг задумчиво уставился на девушку у своих ног, прикусил губами мундштук трубки и щелкнул пальцами, поджигая в ней курительную смесь. И не сказать, что он выглядел каким-то довольным подобным унижением, но ничего в его лице не дрогнуло.

А Паулю хотелось наклониться, взять эту дурную девчонку за шиворот рубахи и вздернуть на ноги. Потому что не стоило ради него творить вот это.

— Одну услугу? Припоминаю что-то такое, — помолчав с пару минут откликнулся Аман и перевел взгляд на Пауля. — Кого ты привела, сахарная? Беглого?

Пауль не схватился за меч только потому, что Мун, севшая на пятки, вцепилась в запястье Пауля своими пальцами. Маг же, глядя на этот резкий рывок только нахмурился.

Ох, так можно было испортить все. Хотя, куда еще хуже?

— Господин сегодня спас меня от бандитов, — дрожащим голосом сообщила она, и Пауль аж удивился. Он и не думал, что произвел на неё такое впечатление, а Мун тем временем не замолкала.

— Кто знает, что было бы со мной, если бы господин не подоспел вовремя. Мне верно боги его послали, — тут девушка сделала паузу, но только для того, чтобы набрать в грудь воздуха и продолжить причитать. — Но вот беда, пока Анук лечил господина — настала ночь, и теперь господину совершенно негде укрыться от духов. Пустите его на одну ночь, господин Аман, вы обещали, что выполните одну мою просьбу.

Пауль поморщился — на его вкус в этой речи было слишком много господ. Когда Мун называла его по имени, было лучше. Да даже её “герой”, произносимый то с теплом, то с иронией, грел как-то сильнее.

— Твой друг может сломать мне хребет одним ударом, Мун, — тем временем без лишнего обливания медом комплиментов заметил маг.

— Такой благородный воин? — переспросила Мун с неприкрытым удивлением. — Господин Аман, я не верю, что господин Ландерс поступит с вами настолько вероломно. Прошу. Одну ночь. Вы же человек слова, про вас все так говорят.

Лиловые глаза чародея уперлись Паулю в переносицу.

Ему совершенно незачем было помогать чужаку, которого притащила даже не его рабыня.

Было вообще разумно предположить, что сейчас он просто сделает шаг назад, вернется в свой дом и захлопнет за собой дверь, оставив Мун и Пауля на расправу ночным духам.

А Аман чуть склонил голову набок и протянул Паулю руку.

— Ну что, обет дадите, господин Ландерс? — неторопливо поинтересовался он. — Вы не убиваете меня и мою служанку никакими доступными вам способами, я не сдаю вас страже.

— Дам, конечно, — от неожиданности Пауль ответил громче, чем следовало.

Кажется, этот Аман и вправду был человеком слова…

Ладонь у чародея была сухая и по ощущению — “спокойная”.

— Чьим именем будете клясться, гость мой нежданный? — чуть щуря свои яркие глаза поинтересовался Аман.

— Именем эффинского Поссея?

— Поссей велик, но живет далековато от наших песков, счет за нарушенное слово будет спрашивать долго, — Аман ухмыльнулся и покачал головой — не годится, мол, — выбери кого-то из наших судей, дорогой будущий гость. Кто тебе по нутру? Мудрейшая Шии-Ра? Безжалостный Эльяс эль Мор? Справедливая Сальвадор?

У Пауля от последней фразы свело лицо в неприязненной судороге. Вот именно поэтому он не любил заговаривать с пустынниками о тех, в кого они верят.

Она? Справедливая? Ох, сколько он мог сказать по этому поводу.

Впрочем, пустынники — очень многие пустынники — Паулю бы не поверили.

Сальвадор действительно славилась в этих краях не только как Королева Ядов, но и как Пустынная Судья, безжалостно истребляющая то, что она считала несправедливостью. Именно поэтому, даже при том, что богиней она не была — её именем клялись, часто предпочитая девушку-духа богам. Мол, боги слишком заняты, а Сальвадор-то точно найдет время спросить за нарушенную клятву.

— Вижу, Сальвадор тебе не по нутру? — протянул Аман. — Что-то личное, господин Ландерс?

— Пожалуй, даже слишком, — выдохнул Пауль, — заверь обет именем Эльяса эль Мора, господин Аман, Шии-Ра на мой вкус слишком милосердна.

— Что ж, пусть так и будет, — огонь светляков причудливо плясал в лиловых глазах магика, казалось, что он смотрит не на Пауля, а куда-то вглубь, пронизывая до самого дна души.

— Именем Эльяса эль Мора приглашаю тебя в свой дом, господин Ландерс, и ты пробудешь моим гостем до той самой поры, как сам не шагнешь за порог. Даешь ли ты слово никакими известными тебе способами не вредить мне, хозяину, что готов тебя принять?