Скользкий - Павел Корнев

— Привет.

— О, Лед, привет, — удивился Адвокат. — Где пропадал?

— Дела были.

— Ну ты, блин, деловой, — протянул мне руку Волков и вышел на улицу вслед за Адвокатом.

— Ты ж с Адвокатом вроде на Нижнем хуторе оставался? — спросил я не обратившего на парней никакого внимания Шурика. — Чё не здороваетесь?

— Веришь — нет, они все мне за полгода вот где встали, — перехватив арбуз одной рукой, Ермолов выразительно ткнул себя двумя пальцами в кадык, подумал и добавил: — Да и я им тоже…

— Весело, я гляжу, у вас там было.

— Ага. Расскажу — обхохочешься. — Шурик победно поднял арбуз и через весь зал продемонстрировал его двум парням, занявшим стол в углу. — Это… Макса, говорят, застрелили?

— Угу, — промычал я.

— Жалко, неплохой парень был. — Ермолов гордо подошел к без особой радости наблюдавшим за его приближением парням и выставил арбуз в центр стола. — Ну, Татарин, с тебя флян. Сам спорить начал, за язык никто не тянул.

— Я не татарин, я нагайбак. — Адик, черноволосый невысокий мужичок неопределенного возраста, не обратил никакого внимания на заявление Шурика насчет бутылки, поправил стоячий воротник белой рубашки и достал из кармашка кожаной жилетки зажигалку. — Что-то давненько тебя, Лед, видно не было.

— Ой, Адик, и не говори. Привет, Валя, — усаживаясь за стол, поздоровался я с Валентином Горбуновым, который щелчком отправил Адику по столу пачку «Беломора».

— Здорово. — Валентин постучал костяшками пальцев по арбузу и цыкнул зубом: — Несладкий.

— Да что ты понимаешь?! — возмутился оскорбленный до глубины души Шурик. — Раз такой умный, сам бы и шел выбирать!

— А я не умею, — засмеялся Горбунов и сдвинул на затылок клетчатую кепку. С зелено-сине-белой мастеркой и синими с широкими красными лампасами спортивными штанами кепка несколько не сочеталась. Но Вале на это было по большому счету начхать. А на чужое мнение о его прикиде ему было начхать два раза. Не отличавшийся особой силой и богатырским сложением парень мог заговорить зубы любому, что вкупе с наглостью и ничем не прошибаемой уверенностью в себе давало просто удивительные результаты. — А чё бухла не взял?

— Да не кури ты здесь эту гадость. — Шурик выхватил у Адика папиросину, бросил на стол и достал пачку «LM». — А тебе я на фига деньги оставлял?

— А толку-то? Что покурил, что воздухом подышал, — скривил рожу Адик, но сигарету взял.

— Тебя ждали. — Валя поднялся из-за стола. — Жрать кому чего брать?

— Мне возьми чего-нибудь, — попросил я.

— Ты водки, главное, возьми. — Шурик вытащил из кармана складной нож, с сомнением посмотрел на него и протянул руку Адику. — Дай тесак, Татарин.

Тот молча выпустил в его сторону струю дыма.

— Адик, не нервируй меня! Дай нож — арбуз разрезать.

— Вон, у Льда сабель возьми, — кивнул на меня Татарин.

— Ага, щас. — Я поправил ножны. — А от сока ее кто потом чистить будет?

— Ну чё ты как маленький? Я этой бандурой себе что-нибудь отрежу. Или тебе…

Адик хмыкнул, протянул Шурику рукоятью вперед длинный нож, и тот одним движением раскромсал арбуз напополам.

— Красный, — с удовольствием заметил Ермолов, вырезая середину.

— И пахнет неплохо, — принюхался я, уловив знакомый аромат.

— Но не сахарный, — не смог не поддеть Шурика вернувшийся Горбунов.

— Ты чего несешь? Какой сахарный? Ты где сейчас найдешь сахарный? — взорвался тот.

— Арбуз кто пошел выбирать: ты или я? — Валентин достал из карманов штанов по бутылке водки. — А раз ты пошел, то это твоя забота сахарный найти, а не моя.

— Чё так мало? — Ермолов крутнул бутылки водки этикетками к себе. — Я тебе денег бутылок на пять «Золотой» оставлял.

— А на пожрать? — не принял претензии Валя. — И Гоша еще базлать начал, что мы вчера ему должны остались. Пришлось три рубля отдать.

— Ты б ему лучше в дыню дал, чтоб не базлал, — расстроился Шурик.

— Ему — легко. А на его мордоворотов у меня здоровья уже не хватит.

— Мы хоть действительно вчера в долг брали? — вздохнул Шурик.

— Я не помню, — честно сознался Горбунов и задумчиво посмотрел в сторону бара.

— Брали, — успокоил парней Адик. — Три водки и два портвейна для девок.

— Тогда ладно. — Шурик скрутил пробку с бутылки водки. — Ну что, за возвращение Скользкого?

Выпили. Меня всего перекорежило, но водка оказалось лучше, чем та, которой вчера угощал Петрович. Или эта просто холодная? А арбуз хорош. Очень они с водкой замечательно сочетаются. Только руки теперь все липкие.

— Ну и где тебя черти носили? — поинтересовался Валя, забирая у подошедшего официанта, а по совместительству и вышибалы, поднос с закуской.

На подносе дымилось блюдо с пельменями и тарелка с лапшой быстрого приготовления. Никак для меня расстарались? И когда здесь нормально кормить начнут? А никогда. Народ сюда не за этим ходит. А на закусь и дрянь быстрого приготовления сгодится. Лишь бы подешевше.

— Да не помню я, — не стал я ничего выдумывать.

— Здорово, — загоготал Валя. — Вспомнишь, скажи. Я тоже такой дрянью обдолбаться хочу.

— За встречу? — предложил Адик, наливая еще по одной. Я быстренько дохлебал тарелку лапши, взял вилку и, нацепив пельмень, выпил. О, вторая получше пошла.

— Ха, какие люди! — вышедший из второго зала Кот уже собирался пройти мимо, но, заметив нас, подошел к столу. — Пьете?

— Пьем, — усмехнулся я и предложил: — Ты как? Налить?

— Не, спасибо.

— Ты еще скажи — не пьешь, — неодобрительно посмотрел на него Шурик. — Стакан хватай.

— Почему не пью? Пью. — Кот натянул кожаную кепку и прищурился. — Я пью мало, но редко. И мое мало за мое редко выпить сможет не всякий.

— Ой, да не грузи ты. Вали уже. — Горбунов выгреб из кармана горсть банкнот. — У кого как с деньгами? У меня кропали остались.

— Да не суетись ты. — Ермолов убрал пустую бутылку под стол. — Деньги не проблема, да и водка пока есть.

— Ничего понять не могу. То ли лыжи не едут, то ли со мной чего-то не в порядке. — Я оглядел постепенно заполняющих «Реверс» патрульных. Даже из роты дальней разведки белые люди подвалили. — А чего все здесь собираться стали?

— А где еще? — Адик вытер о скатерть липкий от арбузного сока нож и убрал его в чехол. — В «Весне» дорого.

— А в «Берлоге»?

— Ну, ты вспомнил! — выпятил нижнюю губу Валя. — Ее, как Крис пропал — это с полгода уже получается, — Семера к рукам прибрала.

— Да ну? — удивился я.