Солги мне на удачу - Кира Стрельникова

– С удовольствием, Вивьен. – Арман поднялся и предложил локоть. – Что бы вы конкретно хотели узнать?

– Ну, все. – Я с царственным видом махнула рукой, опершись на его предплечье. – Я же до сих пор жила в уверенности, что ее нет, поэтому мне интересно все, – и я бросила на Армана косой взгляд, сохраняя на губах легкую улыбку.

Надеюсь, тему женитьбы мы больше поднимать не будем и я ошибаюсь насчет планов канцлера насчет меня. Зато теперь буду осторожнее в поступках и поведении. Дразнить Армана точно плохая идея, даже в шутливом тоне. Он ведь может и не понять, что это шутка…

Вечер прошел мило и познавательно, Арман рассказал про типы магов, чему они обучаются в Академии, об отдельных женских и мужских корпусах и о факультетах, которые подбирались индивидуально. Кроме всего прочего, столичная Магическая Академия – единственное место, где нет сословных различий. Ну то есть наверняка между студентами, конечно, возникают разногласия, но деканы и кураторы строго следят за порядком. Потому что одаренный маг может родиться и в обычной семье, необязательно аристократической. И потом, такой студент может стать очень полезным, списки перспективных выпускников обязательно просматриваются одним из отделов ведомства Армана. А сам он присутствует на выпускных испытаниях. Там же при поступлении определяется уровень магии, обычно он одинаковый с рождения, ну и подбирается специализация.

– У нас есть техномаги, рунные маги, отдельно проходит шаманизм – некоторые рождаются с даром слышать природу и черпать силу через ритуалы с предметами, – продолжал рассказывать Арман. – Иногда это очень полезно.

– Как маг может перегореть? – негромко спросила, вспомнив прочитанное про кружевниц.

– Добрались до вашей разновидности? – понимающе усмехнулся Арман, потом стал серьезным. – Если маг переоценит свои силы, то лишится дара. Попытка применить силу выше своих возможностей может привести к таким последствиям.

– А моя мама, как она могла потерять магию? – тихо спросила я, глядя перед собой, пока мы неторопливо шагали по дорожке.

– Она была беременна, а переход через портал в таком состоянии может навредить ребенку, – пояснил Арман почти равнодушно. – Леди Лилиана бросила все силы на ваше спасение, Вивьен, и лишилась магии. Поэтому ваш дар теперь таков, использовать остатки чужой магии для плетения своей.

– Понятно. Спасибо. – Я помолчала, вдруг почувствовав себя усталой.

Все же день выдался насыщенным, и уж вечер особенно.

– На сегодня, пожалуй, хватит впечатлений, – правильно расценил мое молчание Арман. – Вам пора отдыхать, Вивьен.

Он проводил меня до дома и, слава… богине – пора привыкать к новым выражениям, – не стал подниматься на второй этаж. Мы распрощались в холле, и я поспешила к себе, наконец добраться до мягкой постели и уснуть. Ведь завтра мне предстоит учиться магии. Ох, аж не верится! Я немного почитала еще перед сном про божественные приключения и потом наконец заползла под одеяло, уютно свернувшись калачиком и моментально вырубившись.

– Нас точно тут не подслушают? – тихо спросила молодая женщина лет двадцати восьми, нервно оглянувшись и обхватив себя руками.

Роскошные золотисто-рыжие волосы были уложены в замысловатую прическу, украшенную шпильками с жемчугом, в голубых глазах застыла настороженность, пухлые губы имели капризный изгиб. Комната, в которой она находилась, была небольшой, но очень уютной, окна выходили во внутренний двор, и никто со стороны точно не мог увидеть хозяев.

– Об этом доме никому не известно, моя королева, – успокоила ее вторая женщина, миниатюрная брюнетка с кукольным личиком и широко распахнутыми карими глазами. – Его оставила сестра моей знакомой, а сама знакомая умерла прошлой зимой от лихорадки, – пояснила она, прильнув к королеве и заглянув ей в лицо. – Дорн три раза проверял этот дом, и еще приводил двух независимых и незнакомых друг с другом магов, не лично, через третьих людей. Тут чисто, подслушивающих артефактов нет.

Сесилия глубоко вздохнула и присела на диван, уставившись на фаворитку.

– Рини, канцлер вернулся, – беспомощно пробормотала она и прикусила губу, в голубых глазах мелькнул страх. – Он… он разлучит нас, обязательно! – Сесилия всхлипнула, ее плечи поникли. – Это страшный человек, ты знаешь? Надо с этим что-то делать, я так больше не могу!

– Никто нас не разлучит, ваше величество. – Графиня Ауриния де Мориньи присела на роскошный ковер у ног Сесилии и обняла ее колени, не сводя преданного взгляда. – Я не покину вас, будьте уверены.

– Он будет настаивать на браке, – глухо произнесла королева, закрыв ладонями лицо. – Стране нужен наследник, а… а я не могу! – с истеричными нотками выкрикнула она. – И Себастьян тоже, вдруг он решит, что трон принадлежит ему, пусть он и младший сын и написал отречение? И ведь у него могут быть дети, – с горькой улыбкой добавила Сесилия. – Он мужчина…

В гостиной воцарилась тишина на несколько минут, а потом графиня заговорила.

– Ваше величество, так вам нужен муж, который бы не был марионеткой канцлера? – задумчиво уточнила Ауриния, и карие глаза блеснули. – И наследник, закрепивший бы за вами право на трон?

Сесилия помолчала, слезы мгновенно высохли на ресницах, и королева оценивающе посмотрела на фаворитку.

– Рини? – тихо произнесла ее величество. – Ты что-то задумала?

Графиня улыбнулась, облизнула губы.

– Вы не хотите потерять трон, а я – вас, моя королева, – так же тихо произнесла Ауриния. – А если вы выйдете замуж… Еще и за того, кого выберет вам канцлер… – Она многозначительно замолчала.

– Случиться может все, что угодно, – закончила за нее Сесилия и рассеянным жестом запустила пальцы в волосы Ауринии, безжалостно разрушая прическу. – А если через положенное время не появится наследник, это породит слухи. – Королева прищурилась, в синих глазах снова мелькнул страх. – Так у тебя есть план, Рини? – вернулась Сесилия к своему вопросу.

– Есть, моя королева. – Графина довольно улыбнулась, прикрыв глаза и откровенно наслаждаясь прикосновениями венценосной госпожи.

Их разговор прервался открывшейся дверью, в которую вошел молодой человек лет двадцати пяти, неуловимо похожий на Ауринию, с приятным лицом, которое многие назвали бы смазливым. Женщины встрепенулись, и Сесилия просияла, протянув к нему руку.

– Дорн! – воскликнула Сесилия. – Рада видеть тебя!

– Взаимно, ваше величество. – Он подошел, почтительно поклонился и поймал узкую ладонь, приложившись к ней губами.

Королева ловко высвободила руку и ласково погладила Дорна, довольно улыбнувшись.

– Ауриния как раз хотела поделиться со мной своим планом. – Сесилия подвинулась, освобождая место на диване.

Дорн опустился рядом, не сводя с нее взгляда.

– И каким же? – поинтересовался он, улыбнувшись уголком губ.

Королева рассмеялась, проказливо погрозив ему пальцем.