Наследник Альфы - Екатерина Лира

Вздохнула с облегчением. Иногда маленький город — это не так и плохо. Вот только приключения на этом не закончились. На меня несколько раз накричали в очереди, что иду без записи. Маша и Миша очень устали и начали капризничать. Доктор, когда мы к нему наконец попали, отчитал за то, что дети слишком худые и мне нужно обязательно сводить их к стоматологу.

Домой мы приехали только вечером, в очередной раз воспользовавшись услугами Тимура. Пусть болтливый до ужаса, зато брал недорого и приезжал быстро.

В супермаркете недалеко от дома я купила пачку макарон и сосиски, чтобы накормить детей. Под конец дня я так вымоталась, что уснула, едва положила голову на подушку.

* * *

Миша и Маша не хотели рано вставать, капризничали, хныкали. С утра было очень холодно, валил снег, пришлось возвращаться за их кофтами, я побоялась, что в одних курточках дети замерзнут.

Потом я вспомнила, что так и не оплатила долг. Так что перед тем, как отправить детей в садик, пришлось срочно искать отделение банка или банкомат, принимающий наличные.

В итоге, когда я к девяти утра все успела и дети весело убежали играть со своими сверстниками, я чувствовала себя выжатым лимоном. И как мамочки справляются с этим ежедневно, а потом еще работают полный день? А вечером занимаются с детьми, возят их на кружки, готовят ужин, наводят порядок дома… Это же просто сверхлюди!

Мне сейчас на работу идти не надо, но стояла задача куда более важная.

Открыв браузер в телефоне, я набрала: «Тренинг личностного роста Мирослава Барса». Нужно было поехать разобраться с тем, что Люся там визуализировала.

Как показала информация в сети, занятия по личному росту проходили совсем рядом с детским садиком, в обычном офисном здании, где, кроме этих курсов, располагалось еще и много других фирм и образовательных организаций. Курсы английского, ремонт принтеров и бытовой техники, офис строительной компании, адвокатская контора, билетная касса… Барс арендовал офис на последнем восьмом этаже.

Поднявшись на лифте, я на несколько секунд замерла перед дверью.

Самого тренера я нисколько не боялась, но меня пугало то, что я могла там узнать. Вот только времени собраться с духом мне не дали — дверь распахнулась перед самым носом, чудом не задев меня.

— Людмила Владимировна, — этот гнусавый женский голос я узнала сразу. — Проходите, Мирослав Мстиславович ждет вас у себя в кабинете…

Девица выглядела как… секретарша. Вот именно такими их рисуют в фильмах и любовных романах. К таким уходят мужья. Да что там — мой бывший сам променял меня на подобного рода девицу: ноги от ушей, мини-юбка, огромные шпильки, длиннющие ногти с красным лаком, косметика, за которой не видно лица.

Смотря на нее, я в первое мгновение опешила. Откуда она узнала, что я за дверью? Но быстро сообразила, что наверняка тут установлено видеонаблюдение.

— …Проходите, проходите… — недовольно протянула она, зацокав по паркету.

Я осторожно вошла. Обычно я всегда себя уверенно чувствовала в любой одежде, не стеснялась выходить без косметики. Да и вообще считала себя очень даже привлекательной, но тут словно все страхи и сомнения разом обрушились.

Невольно стала присматриваться к тому, в чем я, и с ужасом поняла, что, кажется, не расчесывалась сегодня, из-за того, что в спешке собирала детей в садик.

Расстегнула курточку, стянула ее, не решаясь куда-либо положить.

Секретарше, очевидно, надоело ждать, пока я соображу и сама пойду за ней. Девушка подхватила меня под руку, забрала мою курточку и буквально впихнула в кабинет своего начальника.

Когда я оказалась внутри, дверь за мной захлопнулась.

Комната была огромной, метров сорок, не меньше, и вся пропахшей какими-то благовониями. Стильный ремонт, дорогая мебель, окно во всю стену. Несмотря на то, что этаж всего восьмой, с него открывался живописный вид на какой-то парк.

— Люсенькая, девочка моя! — стоящий у окна мужчина повернулся ко мне.

— З… зд… здравствуйте, — я нервно улыбнулась, чувствуя непонятную робость.

Передо мной стоял мой бывший.

— С…лава? — мне показалось, что земля уходит из-под ног, и пришлось схватиться за стену, чтобы просто не рухнуть.

Мирослав Мстиславович Барс. Мой бывший был Владиславом, но все его всегда звали Славиком. А ведь Слава, наверное, может быть также сокращением и от имени Мирослав.

Мужчина насмешливо приподнял левую бровь, совсем как делал в моем мире… шагнул навстречу:

— Что ты сказала? Я не расслышал.

Он? Не он? Может быть, мне показалось? Волосы гораздо длиннее, чем я помнила. Вряд ли бы за два месяца, что мы не виделись, отросли бы такие шикарные чуть вьющиеся локоны до середины шеи. Да и в целом Люсин гуру выглядел как атлет на пике формы. Белая рубашка не скрывала ни мышц, ни осанки. Но лицо, глаза, широкий длинный нос — абсолютно те же самые.

Что же это значит? Неужели меня действительно не существует, и я просто и есть сама Люся, которая вообразила себя другой личностью?

— Что такое? — мужчина выглядел слегка взволнованным, словно в самом деле за меня беспокоился. — Тебе плохо?

— Скажи мне, Людмила… — бархатный баритон действовал как гипноз. Арома масла, которыми от него пахло, кружили голову. Шаг, еще шаг. — Что ты видишь, когда смотришь на себя в зеркало?

Осторожно дотронулся до моего плеча, и на меня тут же навалилась какая-то странная слабость. В горле пересохло, сердце застучало сильнее.

Мирослав прикрыл глаза, облизнулся, словно пробовал что-то языком.

— Да, определенно, тебе есть что мне рассказать, солнышко мое, — он расплылся в удовлетворённой улыбке. — Скажи мне…

— Я вам не «солнышко»… — возразила заплетающимся языком. — Отойдите, пожалуйста.

При этом, странное дело, самая я ни оттолкнуть, ни отойти не могла. Налившиеся свинцом руки отказывались слушаться, мысли путались. А лицо бывшего перед глазами заставляло забыть о том, кто я и где нахожусь. Ведь когда-то мы были близки, я его любила… А сейчас… Что сейчас? Где я сейчас? Кто я вообще?

— О нет, ты мое солнышко. И я помогу тебе засиять. Просто разреши мне помочь тебе, — он снова улыбнулся, наклоняясь все ниже, и мне показалось, что он меня сейчас поцелует. И я уже не могла сопротивляться этому. — Скажи мне «да», — требовал он, и разве были у меня причины не подчиниться?

Приоткрыла рот, но непослушный язык не мог справиться даже с такой простой задачей с первого раза, выдох застрял в горле, заставляя сомневаться даже в своей способности дышать вообще.

Мужчина сдавил мою нижнюю губу большим пальцем, словно помогая открыть рот:

— Ну же, давай. Постарайся. Ты ведь хочешь меня порадовать? Одно маленькое «да».

За дверью послышался шум, затем крик секретарши: