Будь моей парой - Алина Лис

В гневе Оуэн Маккензи никогда не бушевал. Не бил кулаком по столу, даже не повышал голос. И все же при взгляде на его закаменевшее лицо Чарли хотелось упасть на пол и заскулить.

Вожак в ярости. Быть буре.

- Итак, - медленно сказал отец. - Ты проиграл восемьсот тысяч золотых, которых у тебя не было.

- Да, - выдавил Чарли.

- Позволил волчице из своей стаи заплатить за тебя этот долг?

- Да.

- А потом наплевал на данное мне обещание и желание самой девушки и попытался заставить ее выйти за тебя.

Чарли опустил голову. Взгляд отца жег, как раскаленные угли, а слова резали хуже ножей. Но больней всего было от разочарования, которое читалось теперь на лице вожака.

А ведь Чарли так хотел, так мечтал стать достойным. Чтобы отец и клан гордились им...

"Ну кто тебя заставлял возвращаться домой с повинной? - снова занудел в голове мерзкий голосок. - Они бы ничего не узнали"

"Я должен все исправить и спасти Дженни! ", - упрямо огрызнулся наследник Маккензи.

- Посмотри на меня, сын.

Не в силах противиться приказу вожака, юноша поднял взгляд.

- Ты знаешь для чего нужен Императив? Когда его следует применять?

- В самых крайних случаях, - пробормотал он. - Для спасения всей стаи.

- Прибегнувший к Императиву в личных целях не может быть вожаком. Мне жаль, сын. Я ничего не могу сделать. Да и не стал бы, если б мог.

Оборотень кивнул. Он знал законы луны, знал своего отца и не ждал ничего другого, но в глазах все равно почему-то защипало. Будущее, которое он представлял, как широкую и светлую дорогу, обернулось непроглядным черным туннелем, по которому Чарли летел куда-то вниз, не в силах остановиться.

- Кто будет вожаком? Дерек?

- Не знаю, - отец растер ладонями лицо, а Чарли вдруг понял, что буря миновала. Не будет ни криков, ни иного наказания, кроме того, на которое он обрек себя сам. - Дерек еще мал и он не похож на лидера. Стая не пойдет за ним. И я не вижу в клане достойных молодых волчат. Быть может, муж Луизы, если мне удастся сговорить ее за второго сына Макгаррета.

Подчиняться мужу младшей сестры? Чарли скривился. Нет, Чак Макгаррет - неплохой парень, но...

Но это не его клан. Не его волки. Он не знает их так, как знает Чарли, не живет их проблемами, не рос вместе с ними. Они не признают его вожаком.

- Надо собрать совет кланов, - мрачно продолжал Оуэн. - Объявить о смене наследника.

- Отец, подожди! - осталось одно - самое важное. То, ради чего он вернулся домой, оставив академию посреди учебного года. - Дженни! Мы должны снять печать изгоя! Должен быть способ...

Оуэн медленно покачал головой.

- Если способ и есть, я его не знаю. Нужно спросить Говорящего-с-Луной.

Юноша вздрогнул. Его, родившегося в эпоху магического прогресса, шаманы-медиумы, практиковавшие прадедовские методы общения с тонким миром, скорее пугали.

Сейчас их совсем мало. Один Говорящий на десяток кланов, а то и того меньше. Косматые седые старики и старухи в одеждах из шкур. Изрезанные ритуальными шрамами щеки, татуировки по всему телу и полубезумный взгляд. Взгляд, способный видеть сотни незримых связей, соединяющих все живое и неживое на земле.

В их жилищах пахнет мескалином и отваром из мухоморов. Стены увешаны амулетами и грубыми резными масками, а вход в дом охраняют два волчьих черепа, насаженные на длинные колья.

Раньше шаманов уважали и почитали больше, чем вождя. Племя, в котором жил Говорящий-с-Луной было сильнее и удачливее соседей, в нем реже умирали дети, женщины благополучно разрешались от бремени, скотина не дохла от мора, а охотники всегда возвращались с добычей. Так было до тех пор, пока анхелос не подарили миру классическую магию, изменив жизнь всех рас к лучшему.

Нынче шаманы редки. Кому охота пить дурманящие разум зелья и часами медитировать, уставившись на луну, жить отшельником, медленно превращаться не в человека и не в зверя, во что-то третье, потустороннее, когда можно постигать магию с друзьями в чистенькой академии, разбавляя обучение вечеринками и студенческими шалостями.

И все же как ни негодовали светила магической науки на "суеверный несистемный подход", даже они не могли отрицать: шаманам доступно то, перед чем пасуют лучшие маги современности.

- Мы соберем совет кланов. Примем решение по поводу нового наследника, а потом ты отправишься на земли Маккуин и попросишь шамана о помощи, - жестко подытожил Оуэн Маккензи. - Это меньшее, что ты можешь сделать для дочери Бренды.

***

Через полчаса после того, как Дженни подписала "контракт на оказание экскорт-услуг" - так обтекаемо на бумаге назывались обязательства стать любовницей (Или почти любовницей? В пункте "интимные отношения сексуального характера" отдельно значилось, что они "происходят по взаимному согласию сторон") демона - ее выпустили под залог.

- Залог - это временно, - пообещал Раум, обнимая ее за плечи. - Мои юристы уже работают. Завтра же обвинение будет снято. В этом деле больше дырок, чем в бершадском сыре. Любой нормальный законник вытащил бы тебя за пару часов.

- То есть ты меня обманул? - угрюмо уточнила девушка.

- Почему обманул? Просто не стал информировать.

От самодовольной ухмылке на лице демона захотелось зарычать, но контракт не подразумевал расторжения. Ловушка захлопнулась.

- А что с покушением на убийство? - уточнила она, вспоминая угрозы офицера Такшери.

- С чем? - демон так искренне удивился, что Дженни задалась вопросом читал ли он вообще ее дело.

- С той женщиной, которую я покалечила. Мартой...

- А ты кого-то покалечила, детка? - он присвистнул. - Ну дела. Сейчас, погоди.

Он подозвал своего адвоката - подтянутую немолодую женщину с короткой стрижкой и взглядом акулы-людоеда.

- Нет, никакого покушения на убийство в материалах обвинения не значится, - категорически ответила дама-адвокат. - В личном деле стоит отметка о драке в камере.

- Но я видела - ее унесли на носилках...

- Деточка, - в голосе дамы зазвучали снисходительные нотки. - Драки между оборотнями за территорию - обычное дело. Донесли до лазарета, перевязали, вкололи регенератор и вернули в камеру. Никто не станет поднимать бучу из-за подобного.