Игра вслепую - Валерий Афанасьев

— Наверное, ты прав. И все же жетон предъявим твой. И сейчас, и впоследствии.

— Как скажете, мастер.

Мы подошли к небольшому зданию и заглянули внутрь.

Посетителей было немного. Услужливый хозяин с перекинутым через руку полотенцем обратился к нам вежливо и почтительно:

— Что желаете?

Сонъер бросил на меня взгляд и поспешил к стойке.

— Обед на двоих. — Охотник положил на стойку серебряную монету и рядом с ней жетон курьера.

Хозяин бросил на него быстрый взгляд и отодвинул монету от себя.

— За все заплачено. Не желаете ли пройти в отдельную комнату?

— Это было бы неплохо.

— Прошу сюда.

Мы проследовали в кабинет, находящийся в дальней части здания, хозяин появился через десять секунд.

— Обед сейчас принесут. Рад принимать вас у себя, милсдарь. — Почтарь поклонился в мою сторону. — Могли бы жетон и не предъявлять. Неужто я виконта не знаю!

Я улыбнулся: Сонъер оказался прав.

— Присаживайтесь, любезный хозяин.

— Сей момент.

В дверь постучали, и кабатчик принял поднос с едой. Поставив его на стол, он сел напротив и приготовился слушать.

— Как дела, любезный? Заведение процветает?

— Мы не на центральной дороге, посетителей немного, но дела потихоньку идут, не жалуюсь.

— Это хорошо. Что нового слышно? Курьеры давно останавливались?

— Так новости милсдарь, думаю, лучше меня знает. Последний курьер был три недели назад. Много всего рассказывал. Милсдарь, а правда, что в столице на товары гномов введен дополнительный налог?

— Правда. — Я вздохнул. Организация торгового представительства в столице империи стоила нам больших трудов. В конце концов нам удалось организовать это дело через одного из купцов. Какое-то время все шло неплохо, но полгода назад купца начали теснить: попытались выжить с рынка, городские власти хотели отобрать помещение, а затем увеличили в два раза налог. Не то чтобы трудностей не было раньше, они были постоянно. Но в последнее время их количество отчего-то увеличилось.

Все эти проделки никак не тянули на действия императора. Но они были первым звонком, сигнализирующим о том, что кто-то работает против нас. Кто-то имеющий влияние, но вынужденный действовать с оглядкой. Со всех сторон ощущалось явное противодействие: то наш караван пытались задержать на границе, то препятствовали въезду в город под каким-нибудь предлогом. Все это выглядело недоразумениями. Точнее, так выглядел каждый такой случай по отдельности, а все они вместе наводили на тревожные мысли. Теперь вот дошло до открытого нападения.

— У нас в глубинке пока все спокойно, — сказал почтарь.

— Это радует. Гвардейцы в селе не появлялись?

— Нет, у нас нет. А вот около моста выше по течению стоит сотня королевских гвардейцев.

— Откуда такие сведения? — удивился я.

— Посетители рассказывали. Кум двоюродной свояченицы проезжал через мост. Заходил сегодня с утра кружечку пива выпить, вот и поведал.

Как я и предполагал, мост был перекрыт. Значит, взялись за нас достаточно серьезно.

— Хорошо. Спасибо за обед.

— Чем еще я могу помочь вам, милсдарь? Подменные кони? Припасы в дорогу? Или останетесь? Могу приготовить комнату для ночлега.

— Остаться не можем. — Я покачал головой. — Кони — это хорошо, но в нашей ситуации лучше не привлекать к себе внимания. Организуй лучше телегу с лошадью и пару комплектов одежды, что подошла бы небогатым мастеровым. Сможешь?

Кабатчик смутился, но ненадолго. Видимо, такой просьбы он не ожидал. Но ответил он почти сразу:

— Зачем искать. Телега у меня есть, лошадь тоже. Что касается одежды, — почтарь окинул нас взглядом, — через полчаса будет нужного размера. Надо что-то еще?

— Это все. Мы уедем сразу, как только все будет готово.

— Позволите заметить, милсдарь?

— Слушаю.

— Ваши доспехи и оружие… Мастеровые не ездят с мечом на поясе.

— Я это понимаю.

Максимум, что может быть у мастерового, — это дубина или кистень. Ну и, конечно, нож на поясе, но здесь это за оружие не считается.

— Тогда мне больше нечего сказать.

— Есть у тебя сундук побольше?

— Как не быть.

— Сложим доспехи и оружие на дно, а сверху положим инструменты. Вряд ли кто станет рыться в сундуке.

Гвардейцы — это все-таки не сыщики. Не будут они останавливать каждую крестьянскую подводу. А если все же будут? Тогда наш нехитрый маскарад не поможет.

Через полчаса мы с Сонъером выехали из подворья, примыкающего к кабачку. Панцири нам пришлось снять — под одеждой они были слишком заметны. Я проводил тоскливым взглядом сделанный гномами и идеально подогнанный доспех и их же работы полуторный меч, которые Сонъер укладывал в сундук. Туда же отправилось и оружие охотника. Чтобы не оставаться совсем без защиты, мы надели под куртки короткие кольчуги. Защита неравноценная, мой панцирь выдерживает выстрел в упор из лучшего лука, от кольчуги при использовании бронебойных стрел такого сложно ожидать. Но от удара меча среднего качества она защитит.

При чем здесь качество? Соревнование качества брони и оружия — извечная проблема. Лучшим мечам, сделанным гномами, могут противостоять только очень немногие доспехи. Естественно, все хотели бы иметь лучшую броню и лучшее оружие, но такие броня и оружие дороги. Вот и приходится довольствоваться разумным компромиссом. Мои панцирь и меч стоят дороже того золота, что у меня в кошеле на поясе. Не знаю, стал бы я покупать такие дорогие вещи или нет, но покупать их не пришлось. Это подарок гномов. Броня и меч Сонъера тоже хороши. В свободную продажу изделия такого качества гномы не пускают.

Дорога извивалась вдоль реки. Лошадка бежала шустро. До темноты оставалось не более пары часов, можно было остаться на ночлег и в Верта на нашей почтовой станции. Лучше, чем там, нам не устроиться. Но, не дождавшись нас у моста, гвардейцы наверняка начнут прочесывать берег. Не хотел я оставаться там, где затонули наши сани.

— И все-таки почему мы поехали в эту сторону? — спросил Сонъер. — До Абудага не так далеко, и Найя с Лесли туда подались. Там имперские гвардейцы нам не страшны. А через ничейные земли переправились бы к гномам. Коротышки пусть и задаваки, но друзья верные.

Я покачал головой. Дорога была неблизкой, и поговорить я был не против:

— На то, чтобы ехать именно в этом направлении, есть несколько причин: Во-первых, от нас как раз и ожидают, что мы последуем в сторону Абудага или восточной границы. Именно в том направлении нас будут искать наиболее упорно. Во-вторых, допустим, доберемся мы до долины, а что дальше? Ждать? Чего? Ситуация сама собой не разрешится.