Двор драконов - Фрост Кей

Куда ее отвезти?

Рен осенило: бабушка и дедушка Роуэна.

Они, как и Алек много лет назад, занимались пастушьим делом. Они любят Бритту. И защитят ее. Спасут. Живи она с ними на холмах, скрытая от посторонних глаз, ее никогда не смогут отыскать.

Бритта слишком мала и слаба, чтобы самостоятельно пробираться через вересковые пустоши, отделявшие окраину города от холмов, поэтому Рен снова взяла ее на руки, пускай мышцы и болели, возмущенные весом младшей сестры, которая ранее казалась почти невесомой. Как же Рен устала!..

– Я могу идти, – настаивала Бритта, очевидно, чувствуя, как сестре тяжело. – Я могу, так что…

– Ты упадешь в трясину, и я тебя больше не увижу, – возразила Рен, крепче прижала сестру к себе, и спор сошел на нет. – Я отказываюсь отдавать тебя на съедение жабам, – беспечно заявила она.

Они молча пересекали пустошь, и Рен пожалела, что у нее нет тяжелого плаща, которым она могла бы укрыть себя и Бритту от дождя. Сестренка в очередной раз начала плакать, но в конце концов заснула и стала обдавать шею Рен теплым дыханием. Бедняжке сегодня пришлось пережить слишком многое. И она еще не скоро сможет осознать произошедшее.

Звезды, большую часть случившегося не удавалось переварить даже Рен, но Бритта, несомненно, поняла, что стряслось нечто ужасное и непоправимое. Ее родители ушли – что бы это ни значило для шестилетней девочки – и уже не вернутся.

Рен тоже заплакала.

Пускай она не чувствовала слезы на щеках, они текли.

Каждый раз, когда в воздухе гремел глухой взрыв, она вздрагивала. Бежать от драки – неправильно, она чувствовала это всем нутром, но семья важнее. Их королевство важнее. Если Бритта погибнет, Острова навсегда останутся в руках эльфов.

Из-за скорбного рева дракона ее слезы полились с новой силой.

То был звук смерти и сердечной боли.

Скольких они потеряли?

Слишком много.

Над ними пролетел дракон, и Рен посмотрела вверх, успев заметить темно-зеленую чешую до того, как зверь растворился в шторме. Ей нравилось тешить себя мыслью, что он защищает принцесс Драконьих Островов, хотя на самом деле, скорее всего, был выбит из колеи суматохой – или тем, что его седлали воины, желавшие нанести ответный удар по верлантийским солдатам.

Пока она шла по лесу, направляясь к маленькому домику, ютившемуся на опушке, ее грудь поднималась и опускалась в такт тяжелому дыханию. Справа от дома возвышался холм, укрывавший его от непогоды. Рен рассчитывала устроить Бритту, затем подняться на него и позвать Аврору.

Собравшись с силами, которых почти не осталось, она должна защитить королевство – возглавить флот вместо своего отца. Это все, что она могла сделать.

Что мог бы сделать кто угодно.

В одном из окон появилось лицо, и дверь коттеджа распахнулась.

– Неужели… Ну и ну! Рен! Бритта! – кричала бабушка Роуэна, Эйлин, стоявшая в проеме. – Так и умереть недолго. Заходите внутрь!

Рен, пошатываясь, добралась до домика, и Эйлин захлопнула дверь, убедившись, что та надежно заперта. Она повернулась к сестрам, и на ее лице читались надежда и тревога. Схватив одеяло, пожилая женщина накинула его на спину Бритты.

– Что случилось? – потребовала Эйлин.

– Вторжение.

– Где ваши родители?

– Мертвы, – выпалила Рен, не в силах смягчить слова. – Все мертвы. Верлантийцы… они напали на нас. На свадьбе. О, бабушка, я так рада, что вас двоих там не было.

При этих словах дедушка Роуэна, Кэл, встал рядом со своей женой, его морщинистое и обветренное лицо побледнело от беспокойства. Рен и Роуэн и не надеялись, что бабушка и дедушка смогут добраться до замка, невзирая на непогоду. Они собирались после торжества прилететь к ним на Авроре и отпраздновать свадьбу в тесном кругу. Они живы благодаря преклонному возрасту.

– Мой внук! Где он? – спросил старик, хотя по выражению его лица было ясно, что он уже знал ответ.

– Он сражался, чтобы мы смогли спастись, – вот и все, что выдавила Рен. Бритта проснулась и снова заплакала.

Эйлин уронила шаль, которую держала в руках, и закрыла рот руками, ее глаза наполнились слезами. Но она ничего не сказала – не разрыдалась от горя и отчаяния и не накричала на Рен за то, что она не сделала все возможное, чтобы спасти их драгоценного внука. Вместо этого бабушка подняла шаль и накинула ее на дрожащие плечи Рен.

– Давай разогреем тебя, – прохрипела Эйлин. – Кэл, ты не мог бы подогреть воды? Кроха продрогла.

Кэл и Эйлин занялись поиском одеял и чистой одежды для Бритты и поставили разогреваться на плиту суп. Старики, по всей видимости, понимали – крайне важно, чтобы девочка была в хорошем настроении. Насколько это возможно, учитывая обстоятельства. Они заварили чай, но Рен не могла его пить. А от мыслей о еде ее начинало воротить.

– Вы должны остаться здесь, – сказала Эйлин, пробуя суп, прежде чем разлить его по четырем деревянным мискам. Рен молча взяла свою и благодарно кивнула, после чего поставила миску на пол, а Бритта прижалась к ее правому боку, наконец согреваясь. – Здесь мы будем в безопасности. Если все… если, как ты сказала, вся наша семья погибла, ни один верлантийский солдат не узнает о нашем с Кэлом существовании. Они не догадаются искать вас здесь.

– Да, и мы дадим отпор любому, кто осмелится постучать в нашу дверь, – кряхтя, вмешался Кэл, устроившийся в кресле у окна с луком на коленях. Не отрывая взгляда от окна, он взъерошил волосы Бритты, но она никак не отреагировала. – Мы отобьемся, не так ли, девочка? Мы бойцы. Здесь нам никто не причинит вреда.

И только сейчас Бритта как будто испытала облегчение и принялась яростно поглощать суп. Похоже, мысль о том, что все четверо будут находиться в маленьком домике, который она так любила посещать с Реном и Роуэн, ее приободрила. Здесь было тепло, ее здесь смешили и кормили.

Бритта кивнула. На ее бледных щеках заиграл румянец.

– Бойцы. Мы их не впустим.

Рен понаблюдала за общением Кэла и Бритты, и ее сердце растаяло. Бабушка и дедушка Роуэна о ней позаботятся. Ее сестра обретет здесь счастье… когда справится со своим горем.

Она перевела взгляд налево, на Эйлин, и заметила, что пожилая женщина не сводит с нее глаз. Прочитав на лице Рен решительность, она нахмурилась и покачала головой.

– Нет, – твердо произнесла Эйлин, от ее острого ума ничего не укрылось. – Нет. Не смей туда возвращаться, Рен. Ты должна остаться. Ты должна…

– Я должна защитить королевство, – заявила Рен. – Таков мой долг.

Бритта медленно поставила свою миску и обняла Рен за талию:

– Не уходи! – Она маленькими ручками стискивала свадебное платье Рен, будто у нее хватило бы сил не дать сестре уйти, все ее тельце дрожало. – Не уходи, как все остальные. Останься здесь. Я не хочу, чтобы ты уходила.