Дорога Воина - Софья Шевцова

— У каждого свои долги — он кивнул, — Я не скажу ничего ребятам, и возьму на работу, но от тебя уроки для моих сыновей, когда еще выпадет шанс поучиться у такого мастера. Захочешь рассказать больше, я всегда готов выслушать. Ах да, клятву о не причинении нам вреда, все же попрошу тебя дать.

После клятвы, они вернулись в зал.

— Ребята, это Дар. Наш новый вышибала. Это Зак, — кивок на коллегу, — и Брен, — кивок на второго угрюмого мужика.

— Уил?

— Все нормально, у мальца свои секреты, но нам нечего бояться, я бы сказал, даже наоборот. — Он улыбнулся в усы, и, насвистывая, ушел на кухню.

— Ну что ж, раз ты у нас остаешься, то слушай сюда. Ты мне не нравишься, мутный ты, но если Уил тебе доверяет, то так тому и быть, но запомни, я слежу за тобой. — Вышибала Зак поднялся и тоже ушел.

— Итак, я Брен, твои смены будут по четным, Зака — по нечетным. И раз уж сегодня четное, то сегодня работаешь ты. Наплыв начнется через час, иди, умойся и садись за стойку, вон туда. — Он показал в угол. — Там обзор на весь зал, да и бежать недалеко, где бы ни началась драка. Удачи тебе сегодня. Первая смена — это всегда испытание, наши посетители настороженно относятся к новичкам, так что будут тебя проверять на прочность.

— Спасибо, я учту.

— Учти, но это вряд ли поможет. — Брен все-таки улыбнулся и ушел вслед за остальными.

И вот вечер начался, гости потихоньку наполняли заведение, уже был слышен смех и звон посуды. Все, кто заходил, первым делом осматривал нового работника, пристально так, долго. От этих взглядов становилось не по себе, но выхода не было. Градус в зале постепенно набирал высоту, нет-нет, да и слышались крики и пьяный смех. Дара понимала, что скоро вспомнят и про нее, и захотят проверить. Это же такая забава, новый вышибала, который, к тому же не подходил под все классические каноны. Прошло еще немного времени, когда один из гостей не выдержал. Темноволосый двухметровый детина встал и обратился к хозяину.

— Уил, а что, дела у трактира совсем плохи, раз вы детей набираете в вышибалы?

Уил ухмыльнулся.

— Ты знаешь процедуру принятия, ты, к слову сказать, ее не прошел.

— Ты хочешь сказать, что этот прыщ лучше меня?

— Все что я хотел, я сказал. Напоминаю, драки в заведении запрещены.

— Ну конечно, иначе я бы убил его одной левой.

Дара судорожно соображала, как доказать свою состоятельность, как сильного, при этом сохранив трактир и не ввязываясь в драку. Ведь этот гость, не первый и не последний, а ей тут работать в ближайшее время.

— У меня идея, как мы можем решить наш вопрос мирно.

— И как же? Я, вот не вижу вариантов, кроме как побить тебя.

— У вас есть короткая лавка? — она обратилась к Уилу.

— Есть, что ты задумал?

— Где лавка? Сейчас все будет.

Уил махнул в сторону кладовой, там, среди припасов и старой рухляди, Дара действительно нашла недлинную и узкую лавку, то, что надо. Она взяла лавочку, и вернулась в зал.

Уил растерянно смотрел на девушку.

— У вас же есть ставки? — спросила она у того шепотом.

— Да.

— И мне за сегодня будет положена плата?

— Да, но не понимаю…

— Хочу поставить всю причитающуюся зарплату на свою победу. Пока я буду объяснять правила, принимайте ставки, но как только начнется состязание, сразу останавливайте прием ставок. Уил растерянно кивнул, но все же, под шумок, стал быстренько, еще и на пару с подоспевшим Бреном, собирать ставки. Они ловко и незаметно скользили по залу, собирая деньги. В ее победу не верил никто, кроме нее самой и Уила.

— Итак, условие состязания. Мы садимся на лавку, вот так. — Она села в позу лотоса поперек лавки. — Ты садишься напротив. Затем я прикрываю руками правую сторону головы. Ты бьешь меня, если я падаю с лавки — я проиграл, но если падаешь ты, то соответственно я выиграл.

— Чудн о, да ладно, я тебя смахну только так. — Сказал здоровяк, кряхтя и умащиваясь на второй край лавки.

Из-за шаткого положения, и постоянной концентрации сила удара падала. Чем неуклюжее человек, тем сложнее сделать удар. Верзила размахнулся и ударил, однако, удар получился смазанным и слабым, выдержать такой не стоило больших усилий. Тогда черед настал девушки бить в ответ. Большого замаха не потребовалось, однако удар получился хлестким и достаточно сильным, чтобы детина кубарем слетел с лавки на пол.

— Так не честно, я не был готов.

— Хорошо, садись обратно, скажешь мне, как будешь готов.

Мужик вернулся обратно и умостился на лавку вновь. Было видно, как сложно ему держать равновесие. В такой простой забаве, можно сказать древней и деревенской, выиграть мог не сильнейший, а более умелый, только мастерство давало возможность и бить и держать удар, быть сосредоточенным и держать в поле зрения все нюансы.

Противник собрался, оторвал руки от лавки и прикрыл правую сторону головы.

— Готов? — с улыбкой спросила Дара.

— Да. — угрюмо ответил тот.

И снова, без замаха, четко и хлестко. Грохот падающего тела, и последовавшее за ним улюлюканье.

— Да ты, братец, совсем плох. — Проревел, смеясь, рыжебородый поджарый воин. — Уже подросткам проигрываешь.

О, уже не ребенок, уже подросток, подумала про себя Дара. Еще немного и воином стану.

— Сам попробуй, раз умный такой.

— А и попробую! Ведь наш новый вышибала не против?

— Нет. Прошу.

Она сделала приглашающий жест рукой.

— Буду рад сразиться и с вами.

Бородач сел, он улыбался, но глаза были крайне серьезными и сосредоточенными. Девушка поняла, что тут так просто не будет. Бородач ударил неожиданно без замаха, но концентрации было не достаточно, чтобы сбить ее. И она ударила в ответ, ровно в то мгновение, когда рыжебородый лишь на секунду покачнулся. Мужчина попытался удержать равновесие, но все, же свалился. Зал заулюлюкал. Черноволосый мстительно закричал.

— Что-то у тебя тоже не очень получается с детьми драться.

Ну, вот…только до подростка доросла, и опять ребенок, да что ж это такое. Однако, после этого в трактире, как прорвало, каждый хотел посостязаться с новым вышибалой в борьбе на лавочке. Через час, Дара поднялась с лавки и сказала.

— Господа, вас много, а я один. Если хотите, можете побиться друг против друга, а мне пора возвращаться на свое рабочее место.

Народ заметно расстроился, но возмущаться никто не стал. Дара устало опустилась на барный стул, наблюдая, как народ продолжает толпиться у лавочки, продолжая состязания между собой. Слышался смех, улюлюканье, споры.

— Молодец. — Уил поставил перед ним огромную дымящуюся кружку. — И денег заработал, и трактир не разрушил, еще и авторитет получил. Может