Не все НПС попадают 2 - Ольга Войлошникова

— Зато я покажу тебе Норию, как никто другой!

Марина скосила глаза на его медную макушку:

— Мне нужна более серьёзная моральная компенсация, чем экскурсия под горой.

Петька потёрся щекой о восхитительную, восхитительную мягкость:

— Прямо сейчас.

Он открыл выход сразу в собственную спальню — и компенсировал своей эльфийке все неудобства, со всей страстью, на которую способен гном восемнадцати лет с двухсотсемидесятилетним жизненным опытом…

БОДРОЕ УТРО

8 июня, понедельник, день четырнадцатый из восьмидесяти четырёх.

Оказалось, что после таких интенсивных упражнений гномы спят ну просто как дрова. И он бы однозначно проспал, если бы Марина не предприняла определённых усилий по его… кхм… давайте назовём это взбадриванием и не будем распространяться о подробностях. По итогу он всё же опоздал и к тому же едва не убежал в виде гнома. А ещё у него осталось впечатление, что его безжалостно использовали. Ладно, не будем брюзжать, это было приятно…

Дрозд встретил его проницательным:

— Физкультура по утрам? — покивал, смеясь одними глазами, — Весьма полезно, — посмотрел на объём стажёрского завтрака, пошевелил бровями, в этот раз «сколько их было» спрашивать не стал — решил, видать, топить за деликатность.

А аппетит у Петьки, и правда, был зверский. Вчера они про ужин вообще забыли, а потом такой расслабон накатил, какая уж тут еда…

Дрозд побарабанил пальцами по столу:

— Евгения Васильевна тут меня видосиком пригрузила… — Петька вопросительно поднял глаза, — Со Стражем четвёртых ворот, — пояснил Дрозд, — Требует объяснений.

— М, — Петька кивнул.

Ну, так-то, имеет право. Мало ли, чит какой или вот это внешнее управление… Он вздохнул, не зная как начать, и совершенно гномским жестом потянулся почесать бороду. Мда. Что тут нового придумаешь?

— Я видел сон.

— Та-ак? — поощрительно кивнул Дрозд.

— Про гнома, который вырастил этого… — произносить слово «монстра» никак не хотелось, —…стража.

— И дальше?.. — куратор приглашающе раскрыл ладонь, — Получил подсказку?

— Да нет, — Петька пожал плечами, — Думаю, он просто меня узнал.

— Страж ворот?

— Да.

— Тебя?

— М-гм.

— Интересная концепция… — Дрозд припомнил видео, на котором монстр, очевидно, страшно радовался встрече, — Занят-но, занятно… Выходные, я надеюсь, потратил продуктивно?

— Ну, так… Нашёл в фэнтези-локации квест выходного дня. Марина взялась меня сопровождать.

Дрозд усмехнулся, дескать, знаемы мы такие сопровождения…

— Ладно, давай посмотрим, чё там у тебя со статой, а то я два дня в зомбятне просидел, некогда было за твоими свершениями следить, от слова совсем.

Петька жевал и думал, что как-то никаких стратегических ходов и дипломатических речей на этот случай не предусмотрел. Хотя, какие уж тут ходы…

Дрозд открыл браслетку, чего-то там попереключал, нахмурился…

— Это что за глюки у нас⁈ — потыкал ещё куда-то — и откинулся на спинку стула, ошарашенно уставившись на своего стажёра.

Петька вздохнул.

— Иван Андреевич. Я же говорил вам: я видел сон про гнома. Прожил его жизнь, — Дрозд смотрел на него недоверчиво, — Двести семьдесят лет. Жизнь моя была довольно размеренной… в основном. Так что по итогу уровень не слишком высок, извините.

Уважаемый куратор произнёс предложение из нескольких слов, каждое из которых было непечатным…

08. ПОНЕДЕЛЬНИК — ДЕНЬ… МДА…

КОМИТЕТ ПО ПОДДЕРЖКЕ ТЁМНОГО ВЛАСТЕЛИНА

— Прикинь, подруга, какие дела…

— Мда-а-а… Неожиданно как-то. Хотя, если она его выбрала… Он ведь мне про этого гнома рассказывал, а я чёт не догадалась стату глянуть. Вообще в голову не пришло.

— А мне, думаешь, пришло? Я как его уровень увидела, чуть не упала в кабинке этой.

— Не загнала бы она парня…

— Вот и я думаю, приглядывать за ним надо. А то сегодня рыцарь, завтра гном — так и крышей поехать недолго.

— М-м. Это хорошо, что ты с ним в квест пошла! Хоть там дров не наломает. Подскажешь, если что.

— П-ф! Будет от меня слушать.

— Будет-будет! Он парень хваткий. Или гном? Как, блин, его называть-то теперь?

— Ой, слушай, кстати про гнома…

На первый взгляд заветная поляна выглядела вполне обычно. Распахнутые окошки избушки были задёрнуты нарядными шторками с вышитыми крестиком красными павлинами. Из-за шторок доносилось двойное девчачье хихиканье.

Избушка завертелась, и Марина подскочила к двери. За порогом, задрав голову вверх, стоял нарядный эльф с лютней.

— Чего тебе?

— Э-э-э… мне бы бабу Ягу.

— Она занята!

— Как — опять⁈

Из-за Марининого плеча выглянула Яга:

— Явился, не запылился! Где в выходные-то был? Сказано ж было… — Яга сощурилась, — С лешим по лесам гулял, чтоль?

Эльф понурился и грустно шмыгнул носом. Яга усмехнулась.

— Эх вы, бестолковцы… Вон там посиди, обожди минуту. Да в лес не заходи, дурында! — эльф пошёл в сторону указанного пенька, оглядываясь через плечо; Яна понизила голос, — Ладно, Марин, труба зовёт. Ты уж нашего мальчика не оставляй. Вечерком заскочу, проведаю вас.

— В офис откроешь мне? Не опоздать бы.

— Ага. Ну, давай!

— Пока, дорогая!

РАЗНООБРАЗИЕ — НАШЕ ВСЁ

Иван Андреич был куратором с ба-а-альшим опытом, а потому в состоянии аффекта пребывал недолго.

— Ну, что ж, раз система решила нас порадовать, грех не воспользоваться её щедростью! — он расправил плечи и упёр руки в бока, глаза его заблестели в предвкушении разнообразия открывающихся перед ними вариантов, — Тэкс! Горячку пороть не будем. Пойдём по заранее намеченному плану. Только пойдём мы теперь, товарищ Сёмыч, гораздо, гораздо быстрее!

Дрозд подскочил, подхватил свои пустые подносы и устремился к столику для грязной посуды, снова напомнив Петьке фрегат под всеми парусами.

— Вперёд, камрад! Нас ждут великие дела!

Разнообразие монстров сегодня порадовало ничуть не меньше, чем в пятницу. Однако самыми неприятными почему-то оказались наги. Казалось бы — почти то же самое, что морские девы и их же морские мужики. Торс человечий. Говорить могут, опять же. А вот — нет. При взгляде в эти почти человеческие лица остро ощущалась невыразимая чуждость. Холодность какая-то. Безэмоциональность, вот! И даже то, что мимо них можно было туда-сюда ходить, стоять напротив и глазеть, чуть ли не трогать — и они не агрились (и вообще не реагировали!) на тебя до тех пор, пока ты не пытался пройти в запретную зону — воспринималось как нечто противоестественное.

Кроме монстров были двери, ловушки, запечатанные комнаты и прочая, прочая, прочая…

Под конец Дрозд всё-таки не утерпел и привёл его в зал со Стражем ворот, полюбовался на их доверительную беседу (в процессе которой Петька объяснил Стражу, что Дрозд — свой, и съедать его более никогда не следует, но наставник по-гномьи всё равно не понимал и опасливо стоял в отдалении). Затем часы пробили восемнадцать ноль-ноль, и они пошли по домам.

У ДИРЕКТОРА ОПЯТЬ ГОЛОВНАЯ БОЛЬ

— И что это такое? — Женя Васильевна тупо смотрела в цифры.

Дрозд откинулся в кресле и усмехнулся:

— Спасибо, Женечка! Теперь я приблизительно представляю, какое утром у меня было глупое лицо.

Евгения Васильевна свирепо выглянула из-за монитора:

— Ты что, издеваешься что ли, Ванька?

Он длинно вздохнул:

— Если бы, Женечка… К моей досаде, я вынужден признать, что твоя конспирологическая теория некоторым образом оказалась правдой.

Она свирепо посопела и велела:

— А ну, давай подробности!

…

РАЗВЕСЁЛАЯ КОМПАНИЯ

А Петька пошёл в столовую. И с порога услышал знакомый хохот. Парни его увидели, замахали руками:

— Сёмыч, давай к нам!

Он показал, мол — еды возьму, и сел за стол уже с подносом.

— Чего ржём?

— Да вот, — Лёха-зомбарик хлопнул вервольфа по плечу, — с нашим Вольфом леший знакомый поделился. Говорит, у бабы Яги завёлся ухажёр, напугал эльфийскую пати, вышел к ним в трусах, читал устрашающие стихи, мечом грозил. Он потом этих чубриков чуть не сутки по лесам крутил.

— Правда, я тебе говорю! — вскинулся Вольф.

— Да вы там в своих сказках…

— Господа, не ссорьтесь! — примиряюще поднял руки Андреа, — Лёша, тебе стоило бы извиниться. Случай реальный, в болталке обсуждали. Там даже пытались воспроизвести этот стих, но то ли запомнили плохо, то ли поэт напутал с рифмой…

— В висе и не должно быть рифмы, — неожиданно для себя сказал Петька, хотя, в общем-то, собирался молчать как рыба об лёд.

— В висе? — переспросил Оддгейр.

Все уставились на Петьку. Он почувствовал, что краснеет.

— Ну а чё они… Задрали избушку крутить…

Пару секунд висела тишина, превратившаяся в дружный ржач:

— Ну, ты дал!

— Чё, реально