Нарушая ПОРЯДОК (Альфа-8) - Артем Каменистый

в любой момент. Только даже бежать постарайся достойно. Помни: ты имперец, и все в этих землях это знают. Имперцы не бегут без оглядки, они отступают с честью, чтобы затем ударить с новой силой. Именно так все должны считать, глядя на тебя. А теперь оставь нас. Мы с Аммо должны обсудить кое-что сами, после чего он объяснит тебе, что будет дальше.

* * *

Главу миссии пришлось прождать за дверью целых полчаса. Я даже начал жалеть, что не удосужился обзавестись навыком, позволяющим подслушивать беседы за толстенными преградами.

Мне, своему деснице, император всего-то несколько минут уделил, а с этим толстяком вон сколько треплется. Вот о чём можно столько болтать с главой миссии, что располагается в стране настолько занюханной, что здесь даже самой слабенькой аристократии нет?

Вряд ли они о чём-то личном беседуют. Несмотря на то, что император явно Аммо Раллеса хорошо знает, это не означает, что тот «его детей крестил». Тут, скорее, дело в том, что толстяк его доверенный человек, успевший себя хорошо зарекомендовать. Ценный сотрудник. К таким, зачастую, относятся куда теплее, чем к прочим.

В таком случае мне ещё больше интересно: что столь драгоценный тессэриец позабыл в этом глухом углу? Разумеется, я догадываюсь, что ответ скрывается в рудниках. Трудно не додуматься до очевидного, ведь в здешних краях нет ничего другого, что способно заинтересовать таких людей. Однако этим шахтам и карьерам тысячи лет, а зашевелились вокруг них только сейчас.

Непонятно.

Выйдя, наконец, из самой охраняемой комнаты, Аммо Раллес приблизился и виновато произнёс:

— Господин десница, простите, что заставил вас ждать.

Я не стал говорить, что заставил ждать меня вовсе не он, и спросил:

— Ну так что же будет дальше?

— Дальше?.. Дальше, как мы и говорили при вас, будет плохо. Для нас плохо, и для Мудавии тоже. Для Мудавии, конечно, хуже… гораздо хуже. Господин Гедар, что, по-вашему, заставляет нас поддерживать эту, скажем откровенно, не самую симпатичную страну?

— Месторождения ценных руд, — ответил я.

— Абсолютно верно. На данный момент нам интересно исключительно местное сырьё. Припоминаю, в былые времена поговаривали о проекте организации торгового тракта через Мудавию и дальше через сухие степи, вдоль пустыни. Это могло существенно поднять ценность выгодно расположенного союзника. Однако при нынешней политической ситуации о таком даже думать нечего, ведь торговать через Тхат не получится, а зачистка проклятых территорий может невероятно дорого обойтись и при этом оказаться безуспешной. С каждым годом на нашего союзника давят всё сильнее и сильнее. Дипломатия здесь давно уже бессильна, давить в ответ на южан мы можем исключительно своей армией. Однако последние цифры приводят нашу столицу в ужас, даже одно содержание экспедиционного корпуса в последние годы тянет из казны гораздо больше средств, чем поступает от эксплуатации рудников. А ведь на подачки семейке Ицхима уходят сопоставимые суммы, причём это не единственная статья побочных расходов. Тхат опасно усилился, и вести с ним полноценную войну на таком удалении от метрополии сложно даже будь здесь хорошие дороги по суше или воде. И пока Тхат продолжает усиливаться, прибыли от лунной руды продолжают падать. Всей добычей этого года не наполнить даже один мешок. Да, дело ближе к середине года, чем к его концу, но всё равно несерьёзно. Мудавийцы сей печальный факт объясняют модернизацией рудников. Дескать, нарезают подготовительные выработки в глубоких горизонтах. По-вашему это нормальные оправдания?

Я покачал головой:

— Сомневаюсь. То, что они лезут в глубокие горизонты месторождения, не должно мешать продолжать добычу в вышележащих выработках. Если там, конечно, есть что добывать.

— Вот-вот, у всех умных людей схожие мысли. Ролло — один из лучших горняков империи. Да, он всего лишь простолюдин, но из славной семьи с давними традициями. Таких умельцев полагается уважать без оглядки на происхождение. Его сюда прислали, чтобы прояснил обстановку на рудниках. И он, несмотря на противодействие мудавийцев, сумел многое узнать. По его словам, верхние горизонты рудников выработаны подчистую, а попытки вести разведку вглубь сталкиваются с непреодолимыми трудностями. Тот, упомянутый мною мешок, главным образом наполнили из самых древних отвалов. Их отсыпали в те благодатные времена, когда всем хватало богатой руды, и мелкие крупицы мало кого интересовали. Получается, сейчас мудавицы всех работников выгнали из-под земли и отправили просеивать заросшие деревьями кучи почти пустой породы. Добыча выходит ничтожная, но это хоть что-то. Без древних отвалов её не станет вовсе, а они, между прочим, уже почти все разобраны начисто. Как вы сами прекрасно понимаете, мешка руды нам мало. Империи и ста мешков мало будет. Получается, про здешние рудники можно забыть.

— А если помочь мудавийцам с глубокими горизонтами? — спросил я. — Имперские горняки получше местных будут, возможно, сумеют справиться с проблемами.

— Эх, молодой господин, я сильно в этом сомневаюсь. Вам не надо знать все детали, просто поверьте на слово, там ловить нечего. Впрочем, даже будь иначе, окажись где-нибудь в глубинах богатые залежи, сколько лет их придётся выискивать и затем подготавливать к добыче? И всё это при скверном снабжении через безводную степь, мимо разбойников, насылаемых врагами империи. Да и Тхат просто так развернуться не позволит, он уже сейчас интерес к рудникам проявляет. Нас ждут расходы, расходы и ещё раз расходы. И это на фоне накаляющегося политического обострения. Наши вечные южные «друзья» почти полностью парализовали морскую торговлю и нешуточно угрожают юго-восточному побережью. Нам вот-вот придётся воевать с ними всерьёз, не имея при этом сопоставимого по качеству флота и обладая в разы меньшими людскими ресурсами. Содержать при этом ещё и Мудавию бессмысленно, это пустое распыление сил в то время, когда нам потребуется каждый солдат. Так что забудьте. Всё: рудников у мудавийцев больше нет, и не будет. А раз так, то нам нечего здесь делать. Остаётся лишь уйти отсюда, постаравшись хоть как-то сохранить лицо. Именно об этом вам и говорил напоследок наш великий император.

— Я не совсем его понял…

— Я объясню, господин десница. По давнему соглашению о дружбе и взаимной помощи Рава обязалась содержать в Мудавии экспедиционный корпус. Ядро корпуса, или около десятой части его списочного состава, должны составлять профессиональные военные Равы, включая, так называемых, «меченых» — часть внутренней гвардии. Остальные девять десятых набираются из местных, обучаются нашими военными, мы обеспечиваем их всем необходимым и выплачиваем достойное по здешним меркам жалование. При всём этом ситуация с мудавийскими рекрутами катастрофическая, лишь немногие из них дотягивают до самой нижней планки требований, что