Агентство магических катастроф - Ольга Мяхар

Сидя перед зеркалом и расчесывая послушно ложащиеся под руки волосы, которым любое проявление заботы ну очень нравилось, я размышляла над тем, как бы взять незаметно крупную сумму на обновление гардероба. Дело в том, что уже неделю мне напрочь отказывались выдавать деньги, аргументируя это простым и доводящим до зубовного скрежета словом «потом».

Я устало потянулась, и правый рукав с треском вновь оторвался. Внимательно изучив данное явление и критически осмотрев замарашку в зеркале еще раз, я вскипела и решительно направилась вниз.

Уську я нашла на кухне – он опять кашеварил, что, кстати, у него великолепно получалось. Я даже немного поправилась, о чем совершенно не жалела.

Обойдя кота, стоящего на плите и усиленно размешивающего поварешкой суп, я целенаправленно пошла к двери в погреб, где стоял сундук, куда Клин и высыпал все деньги.

– Суп сейчас будет готов.

Я остановилась и глубоко вздохнула.

– Уська.

– Чего?

– Посмотри на меня! – Я добавила нотку трагизма и потрясла перед мордочкой удивленного кота оторванным рукавом. Тот невозмутимо отодвинул рукав и сложил лапки на пузе.

– Примагичь.

Я запыхтела.

– Примагичь?! Да у меня уже вся одежда состоит из смагиченных вместе лоскутков!

Нахал не повел и бровью. Ну ладно. Развернувшись и резко открыв заветную дверь, я целенаправленно пошла по спускавшимся в погреб ступеням. Уська тут же засуетился.

– Элечка! – заверещал он, бросаясь мне под ноги, отчего я чуть в этот самый погреб и не рухнула. – Ну зачем тебе тратить деньги, их и так мало. Ну походи еще так. Ну клиентов же нет, зачем нам лишние траты. Я вот, например, и вовсе без костюма обхожусь.

Я прожгла его возмущенным взглядом, и кот сообразил, что сморозил что-то не то, но упорно продолжал, буквально повиснув на крышке сундука, которую я как раз хотела поднять. Тяжелый, блин.

– Ну, Элечка, ну давай потом...

Это меня доконало. Я взмахом правой руки телепортировала пушистика в угол, подняла крышку, нагло хапнула под стон кота целую горсть монет и, гордо задрав нос, потопала к выходу. Кот уныло шел сзади.

Внезапно мне в голову пришла светлая мысль. Я резко затормозила и, обернувшись, увидела настолько убитого горем кота, который, опустив мордочку и волоча хвост, медленно поднимался наверх, что, наверное, даже самый закоренелый вор немедленно бы раскаялся и бегом вернул все награбленное у несчастного Уськи. Но я была не вор и этого проходимца знала вдоль и поперек.

– Усь, слушай, давай и тебе чего-нибудь купим, а то ты ведь тоже заработал отдых и какой-нибудь подарок. Или даже подарки.

Есть. Правое ухо поднялось, а мордочка из горестной стала просто задумчивой.

– Ты так считаешь?

Рыбка поймана, надо подсекать.

– Конечно. – Я села рядом с ним на ступеньку и почесала кота за ухом (нечестно, но очень действенно). Уська сразу размяк и плюхнулся ко мне на колени, подставляя толстое пузо. Кстати, я была единственной, кому позволялось его чесать. – Ну подумай, чего бы тебе хотелось?

По загоревшимся глазам я поняла, что он со мной.

– Ладно, я щас.

И пушистик снова скрылся внизу, а я удивленно осталась его ждать. Недолго. Вскоре он с пыхтением забрался обратно, неся на спине объемистый мешочек с чем-то звякающим. На мой вопросительный взгляд он ответил кратко:

– А вдруг не хватит.

Я утвердительно закивала и потопала наверх. К счастью, на пути к свободе нам никто не попался. Клин опять куда-то пропал, а Филин умотал на очередное свидание. Так что мы незамеченными скрылись из дома.

Сначала мы решили приодеть меня, так как котик еще и сам толком не знал, чего ему надо. На огромном, бурлящем водоворотами людей и животных рынке среди мелькания пестрых палаток, разнообразных товаров и красивых безделушек мы с Уськой чуть не потерялись, и мне пришлось взять его на руки, перед этим магически убрав его вес до минимума. Палатку с подходящей одеждой мы нашли не сразу, но когда я вошла под навес и взглянула на все те наряды, которые добродушный продавец выложил передо мною на прилавок, то поняла, что отсюда не уйду еще долго. К счастью, рынок находился в той же части города, что и порт, а на кораблях порой приплывали настолько удивительные создания, что на мой облик здесь почти не обращали внимания, хвост же я предусмотрительно спрятала под плащом.

Кот сидел на том же прилавке и критиковал каждый примеряемый мною костюм, но даже у этого зануды не нашлось ровным счетом никаких возражений против черных обтягивающих штанов из шароса, который, по уверению хозяина, был крепче кольчуги и тоньше шелка, плюс шарос холодил тело летом и согревал не хуже меха зимой. К ним прилагалась столь же обтягивающая рубашка без рукавов, но с высоким воротом, как уверил продавец, для сохранности шеи. И теперь я была вся затянута в черную бархатистую ткань и беспрестанно вертелась перед зеркалом.

– Странно, что молодая девушка выбрала наряд воина, – задумчиво сказал продавец и погладил свою длинную гномью бороду.

Кстати, именно то, что купец оказался гномом, убедило меня в подлинности товара. Сверху я накинула еще мягкую кожаную куртку, сшитую как на меня, и с удовольствием отметила взгляд одобрения со стороны гнома.

– Сколько?

– Двадцать золотых.

Кот схватился за голову и громко заверещал, что его ограбили. Я только улыбнулась, переспорить гнома было почти невозможно, но кот явно об этом не знал. Тут же завязался яростный спор, в ходе которого кот доказывал, что за эти тряпки одного золотого много, а медленно багровеющий гном убеждал кота, что тот и сам стоит не больше двух грошей, а потому нечего тут орать.

Я пока отошла в сторону, рассматривая пестрые переливающиеся ткани и думая о том, что надо будет потом прикупить себе что-нибудь попроще, в конце концов, кто сказал, что платье мне теперь не подойдет.

Внезапно полог палатки поднялся, и в нее медленно и степенно вошли трое эльфов. Я замерла, боясь пошевелиться и глядя на них во все глаза. Сердце защемило от боли, отчаянно захотелось принять свой прежний облик, искупаться в радостном и любящем свете самых прекрасных глаз в этом мире, рассказать обо всех своих приключениях и обидах и наконец-то почувствовать ту защиту, которая окружает тебя стеной и никогда не пропустит зла.

Эльф с длинными, спускающимися до плеч золотыми волосами и яркими фиалковыми глазами задумчиво посмотрел на меня, прошелся взглядом по моей фигурке и, брезгливо сморщившись, отвернулся. Я стояла, чувствуя себя так, словно только что на меня вылили ведро помоев, а потом спокойно прошли мимо. Кулаки сжались, впиваясь ногтями в ладони.

– Ну что, пойдем, я выторговал целых две монеты, – похвастался пушистик, уже сидяший у моих ног. Я медленно кивнула, но, уже выходя, услышала за спиной певучий знакомый язык. Эльфийское наречие, его знали немногие.