Третье правило стрелка - Сергей Мусаниф

— А какие у вас уже есть? — поинтересовался Фил. — Мне было бы гораздо легче рассказывать, если бы я это знал.

— У нас есть Кащеево яйцо из Триодиннадцатого царства, амфора с нектаром богов Древней Греции, главный рубильник из города Зион и проклятый моргульский клинок из Средиземья, и мы потратили много сил и пролили реки крови, добывая все это, — сказал Мэнни, никуда дальше рыбалки с Горлогориусом не отлучавшийся.

— Это только цветочки, — пообещал ему Фил. — Пятым ключом является Молот Тора.

— О нет, — сказал Горлогориус.

— Кто такой Тор? — спросил Гарри.

— Мелкий божок, покровитель грома, бури и плодородия, — сказал Горлогориус.

— Странный набор, — заметил Гарри. — Какое отношение гром с бурей имеют к плодородию?

— Очевидно, имеется в виду, чем меньше громов и бурь, тем лучше для плодородия, — объяснил Горлогориус.

— И… насколько он мелкий? — поинтересовался Гарри.

— Не настолько, чтобы я заявил ему это прямо в лицо, — признался Горлогориус. — С такими типами надо держать ухо востро. Очень воинственный божок подобрался.

— Здорово, — сказал Гарри. — И теперь вы пошлете нас сцепиться с этим воинственным божком рогами?

— Признаться честно, мне было бы любопытно на это посмотреть, — сказал Горлогориус. — Но стать богоборцем тебе явно не суждено. В данный момент Молот находится не у Тора.

— А у кого?

— Он отдал Молот почитающему его народу и строго приказал хранить, — сказал Мэнни. — Это же «Оккультные и религиозные символы», третий курс. Стыдно, молодой человек, такие вещи надо знать.

Третий курс, третий курс… Тогда Гарри впервые открыл для себя наличие в окружающем мире алкоголя и предпочитал проводить время не на занятиях по таким скучным предметам, как оккультные и религиозные символы, а в ближайшей таверне. Но одно он знал точно. Народ, которому бог поручил хранить какой-то предмет, принадлежащий ему лично, вряд ли согласится расстаться с этим предметом за просто так.

— Шестой ключ — это Серебряный Серп, — продолжил Фил, с сомнением глядя на пустой стакан.

Сей предмет тоже не был знаком Гарри. Зато по тяжелому вздоху старого волшебника он понял, что Горлогориус знает, о чем идет речь.

— Серп, молот… — пробормотал Мэнни. — Решил пройтись по инструментам?

— Это такой прикол, — объяснил Фил.

— Что прикольного может быть в серпе и молоте? — удивился Гарри.

— Ничего, если они поодиночке. Но два этих предмета, собранные вместе, имеют у меня дома не менее сакральный смысл, чем индийские коровы.

— Что сакрального в коровах? — тут же спросил Гарри.

Джек Смит-Вессон закатил глаза. Интересы Гарри ограничивались десятью метрами пространства вокруг его башни, и порой стрелка это здорово раздражало. Он не был волшебником, но знал об окружающем его мире в десять раз больше Гарри.

— А где последний ключ? — спросил Горлогориус.

— Что? — спросил Фил, отрываясь от созерцания дна своего стакана. — А, седьмой… Ребята, по-моему, вы тут немного волшебники, так?

— Не все, — сказал Горлогориус, при этом глядя почему-то не на стрелка, а на Гарри.

— Мне и парочки хватит. Наколдуйте чего-нибудь выпить, — попросил Фил.

— А ты не путаешь волшебников с официантами? — спросил Горлогориус.

— А вы не путаете меня с Борисом Бурдой? — непонятно парировал Фил. — Вам вообще повезло, что я не джинн. Они иногда исполняют желания того, кто их призвал, а иногда разрывают на части. Это у них от настроения зависит. Только я не могу быть джинном — у меня бутылки нет. А не наколдуете мне выпить, я вам больше ничего не скажу.

И Фил замолк, гордо сложив руки на груди и повернувшись к волшебникам профилем.

Гарвин был прав, творец явно не всемогущий, подумал Гарри. Если он даже выпивку себе сотворить не может…

— Ладно, что тебе сделать? — пошел на уступки Горлогориус.

— А ты чего можешь? — спросил Фил.

— Все.

— Все? Хм… Чего бы заказать при таком многообразии… Ладно, не буду выпендриваться, сделай мне коктейль «манхэттен».

Горлогориус щелкнул пальцами — позерство чистой воды — и в руке Фила вместо пустого стакана оказался полный. И тоже с трубочкой.

Горлогориус был сильным волшебником. Он мог наколдовать даже то, о чем раньше никогда не слышал.

Фил недоверчиво понюхал содержимое стакана, осторожно глотнул и, признав напиток вполне сносным, сделал второй, уже нормальный глоток.

— Вы бы тоже чего-нибудь выпили, парни, — посоветовал он. — Потому что информация о седьмом ключе вам очень не понравится. Особенно тебе. — Фил указал пальцем на Джека. Поскольку пить никто не захотел, Фил продолжил: — Потому что седьмой ключ — это как раз по твоей части. И добыть его можно только последним. После того как остальные шесть будут у вас в руках.

— Почему так? — спросил Горлогориус.

— Потому что так задумано, — отрезал Фил. — Если вы спросите, кем задумано, таки я вам отвечу — мной. Если вы спросите, почему я так задумал, я вам скажу — надо было. И вообще, вы задаете слишком много вопросов.

— Да мы вообще молчим, — сказал Горлогориус. — Что там по поводу седьмого ключа?

— А говорите, что вообще молчите, — укоризненно сказал Фил. По мере поглощения сотворенного Горлогориусом пойла его настроение ухудшалось. — И вообще, почему вы не выказываете никакого уважения моей персоне? Я вас, понимаешь, сотворил, а вы со мной на «ты» разговариваете и какой-то бурдой поите? Почему никто не падает ниц и не славит мое имя в веках?

— Времени нет, — отрезал Горлогориус.

— Скоты, — сказал Фил. — Я вас сотворил, я вас и… растворю. Вот не скажу вам, где седьмой ключ, и кранты вашей вселенной. С Большим Бо шутки плохи, это я по себе знаю.

Только сейчас Гарри осознал, что этот с виду молодой и не очень серьезный парень имеет прямое отношение к опасности, угрожающей их вселенной, и что Большой Бо, в просторечии — Большой Бодун, является не чем иным, как похмельем этого тщедушного типа, которого Гарри видел второй раз в жизни. И оба раза, когда они встречались, Фил пребывал в не слишком адекватном состоянии.

В голове сей факт не укладывался.

Гарри были известны случаи, когда с похмелья творились весьма странные вещи, он даже мог допустить, что похмелье может быть убийственным… Но в качестве оружия массового поражения он себе похмелье все-таки не представлял.

— Хамы, — продолжал Фил. — Быдло. Это разве «манхэттен»? Кто так делает «манхэттены»? Волшебники нашлись. Вы небось такую «отвертку» сотворите, что ей только болты закручивать!

— Винты, — машинально поправил стрелок. — Болты гаечным ключом закручивают.