Марта - Татьяна Бродских

– Не все так плохо, вот если бы я не проходил по той улице, было бы плохо. А герою, то есть мне, даже поцелуя не досталось от прекрасной девы, – наигранно вздохнул он и подмигнул мне.

У него был такой забавный вид, что я рассмеялась, он поддержал меня и вот уже мы смеялись вместе. Где-то в душе я понимала, что это запоздала истерика, смех сквозь слезы, потом остались только слезы. Я и не заметила, как Рамиэль подхватил меня на руки, посадил на свою кровать. Обратила на его действия внимание, только когда он начал снимать мои сапожки. По-моему, я даже всхлипывать перестала от такой наглости. Он что решил, раз я плачу, то захочу утешиться в его объятиях? Я гневно посмотрела на него.

– Не бойся, ничего я тебе не сделаю, просто ты перенервничала и тебе надо поспать, – проговорил он, подталкивая мне под спину подушку и укрывая одеялом. Когда только успел их достать?

– Чтобы ты спокойно выспалась, я оставлю тебе ключ от комнаты, закроешь за мной дверь? – сказал парень, старательно отводя глаза от моей зареванной физиономии.

Наверное, страшное зрелище: глаза опухшие, нос красный. Вот что значит спасать незнакомых девиц – объела, теперь еще из комнаты выгоняю его. Мне стало стыдно. Столько раз я о нем плохо думала, а он благородный человек. Будь я трезвее, согласилась бы на предложение переночевать в его комнате, выпроводив предварительно ее хозяина. Но я уже была достаточно пьяна, чтобы возмутиться таким несправедливым решением, проникнуться симпатией и жалостью к своему спасителю и выдвинуть встречное предложение, как мне тогда показалось – очень правильное и логичное.

– Я не могу так поступить, ведь из-за меня тебе придется искать себе другое место для ночлега. Ты не подумай только ничего такого, кровать достаточно большая, чтобы на ней могли уместиться двое, – к концу тирады, я начала краснеть и немного заикаться.

А еще мне было неловко поднять на него глаза, вдруг он опять подумает обо мне какие-нибудь гадости. Где это видано, чтобы девушка сама предлагала разделить с ней постель. Да если бы служительница Алесия услышала меня сейчас, она бы покрыла бы моё имя позором. Меня всегда удивляла их, служительниц, способность даже в невинной шалости или фразе видеть пошлость и грехопадение.

– А ты не боишься, что я воспользуюсь этим, чтобы лишить тебя невинности? – задал Рамиэль провокационный вопрос, приподнимая мой подбородок, чтобы заглянуть мне в глаза.

Я тоже посмотрела ему в глаза, ожидая увидеть насмешку, предвкушение или разочарование, но нашла заботу и внимание.

– У тебя было много возможностей воспользоваться моей беззащитностью, поэтому не боюсь, – уверенно ответила я, а про себя подумала, что даже если захочет, то сил усыпить его мне хватит. За несколько часов магия немножко восстановилась, а посплю, вообще хорошо станет.

– А как же приличия? – лукаво улыбаясь, продолжил допрос молодой мужчина.

– Какие приличия, – отмахнулась я. – То, что я тут с тобой нахожусь наедине, уже неприлично, никто не поверит, что мы просто ужинали и разговаривали.

– Значит, ты можешь поцеловать меня, все равно все будут думать, что мы… хм, ну ты поняла, – в его глазах сверкали веселые искры. – Ну хотя бы в щечку, я же герой, ты еще не забыла?

– Ну ладно, только в щечку, а потом спать, – сдалась я, а еще подумала, что пить спиртное мне нельзя, поддаюсь красивым глазам и обаятельной улыбке.

А он уже присел на край кровати рядом со мной и подставил щеку, я наклонилась к нему, когда мои губы коснулись его щеки, он неуловимо быстро повернул голову и поцелуй пришелся в губы. И прежде чем я отодвинулась от него, он прошептал:

– Хочешь, я научу тебя целоваться? – я даже онемела от его слов.

Научиться мне хотелось, а с ним еще больше, но было немного страшно, ведь от поцелуев и до всего остального недалеко. Я судорожно сглотнула, не зная, что ответить. Рамиэль понял это по-своему, мягко и нежно коснулся губами моих губ, его глаза были так близко, ласковые, манящие, неосознанно я потянулась к нему. И через какое-то время мы самозабвенно целовались, лежа на кровати, и тут он несильно прикусил мою нижнюю губу, я от неожиданности ахнула, и в приоткрытый рот скользнул его язык. Я постаралась своим языком вытолкать его и даже чуть-чуть покусала, но добилась обратного: Рамиэль застонал, прижал меня к постели, и поцелуй из нежного, играющего превратился в страстный и обжигающий. По мне толпами забегали мурашки, а мозг из последних сил пытался пробиться к моему сознанию с целью прекратить это безобразие пока не поздно. Прекращать не хотелось, но мысль о том, как я буду смотреть завтра в глаза Рамиэлю, заставила оттолкнуть его. Сделать это было трудно, потому что, оторвавшись от моих губ, он пристроился к моей шее, как какой-то вампир. М-м-м, хорошо как. А может, ну её, невинность… Выгнав эту предательскую мысль, я, практически обливаясь в душе слезами, прошептала заклинание сна. Он уснул, целуя ложбинку между грудей, я же спать не могла, меня переполняла энергия и любопытство.

Осторожно выбравшись из-под его руки, отодвинулась к стене, вытащила из-под нас одеяло, собираясь укрыться. Но любопытство победило. Я перевернула Рамиэля на спину, чуть пупок не развязался. Сначала расстегнула ему рубашку, ну не видела я так близко обнаженных мужчин, а посмотреть хотелось. Долго сомневалась – лезть к нему в штаны или нет, он бы не обрадовался, если бы узнал об этом. Но я же будущий целитель, а их не стесняются, так что будем считать, что у меня чисто исследовательский интерес, убеждала свою совесть. Увиденное ввело меня в ступор. Я ожидала, что это будет иметь неприятный вид, скажем, как у животных. А тут, даже не знаю, как описать, захотелось рассмотреть поближе и потрогать. Аккуратно протянула руку и дотронулась пальцем до самого кончика – гладкий, шелковистый, немножко погладила, тут Рамиэль застонал во сне и выгнулся, прижимаясь к моей руке. Я её отдернула и стала спешно застегивать на нем штаны, но у меня получалось не очень, эта его «штука» никак не убиралась. Надавливать я не могла, боясь сделать больно, он же начинал постанывать, стоило прикоснуться к его… хм, а как оно называется? Решила оставить как есть, только укрыла его одеялом, чтобы не замерз, сама отодвинулась к самой стене, повернулась к парню спиной, натянула краешек одеяла на себя и постаралась уснуть. Засыпая, поняла, что магический резерв полностью восстановился, странно, всегда требовалось больше времени. Додумать, почему так вышло, не успела – провалилась в сон.