Кинетик - Маргарита Резник

— Да. И она вот-вот отправит пилота Ансат за нами сюда.

— Нам нужно бежать.

— Ты считаешь, что мои люди хотят убить меня?

— Не знаю. Но меня они точно уже попытались убить. Лев, пожалуйста, поверь мне. Миссис Пен была там, причем не одна. Когда я убегала, мне пришлось ранить одного антикинетика, он был в форме твоих охранников, ну или в чем-то похожем.

— Это все очень странно, но, конечно, я верю тебе. София, нам нужна помощь, одним нам не справиться.

— Я не знаю, кому вообще сейчас можно верить. Вокруг одни предатели.

Сомов берет меня за плечи и смотрит так проникновенно, что вся паника куда-то исчезает.

— Предателями не могут быть все. Зла в мире меньше, чем добра. Исаак Авраамович, миссис Пен, Олег Бергольц, Анна Ильинична и, возможно один из моих охранников, сейчас главные подозреваемые. Пять человек против Тайного Ордена кинетиков. Мы не одни. Я звоню Пасабану.

Он прав. Не нужно впадать в паранойю, тем более, каким бы подозрительным не казался мне Пьер Пасабан, ни одной улики против него не найдено.

— Добрый вечер, София Аганесовна. — Рыжеволосый мужчина открывает мне заднюю дверцу его спортивного авто. Сомов садится впереди рядом с Пьером.

— Добрый вечер, Пьер. Рада Вас видеть. — А ведь и вправду рада.

— Мы едем к моей подруге в Санкт-Петербург.

— Госпоже Кристине? — любопытствую я.

— Как она узнала? Это ты ей рассказал, Лев?

— Тише. Только ей, никому больше. София — моя женщина, я ничего от нее не скрываю. Можешь доверять ей. — Сомов улыбается и смотрит на меня.

— А Кристина — моя женщина. И я обещал ей молчать о нашей связи. — неприятная тишина повисает в воздухе — Ладно. София, прошу тебя, никому не говори. — Пьер похоже остывает, его руки перестали так сильно сжимать кожаный руль. Да и переход на “ты” прилично разряжает обстановку.

Дорога от Старого Холма до Петербурга заняла почти всю ночь. Подъезжая к дому подруги Пасабана, на часах было уже семь.

Милая квартирка у этой дамы, да и она сама приятная на вид. Бирюзовый шелковый халат в пол, с гусиным пухом на манжетах и лацканах прозаично подтверждает мои представления об оперных певицах. Белые завитые локоны собраны в высокую прическу— невероятной красоты женщина, к счастью, не является моей соперницей.

— Ох, милый Пьер, я так хочу помочь тебе и твоим бедным друзьям, но чем, скажи? — ну, мы точно не бедные, хотя мне нужно прекратить возмущаться, она ведь дала нам убежище.

— Дорогая Кристина — такого Пасабана мне еще не довелось наблюдать, он словно покорный рыжий кот, обвивающийся вокруг своей хозяйки — ты невероятно добра к нам, приютила как родных, но могу ли я еще просить тебя об одной услуге?

— Конечно, милый Пьер.

— Устрой нам встречу с Радник Исааком Авраамовичем.

— Это не легкая задача, но я попробую. — целует Пьера. — А сейчас я предлагаю вам позавтракать и немного поспать с дороги.

Да, отдых нам бы сейчас не помешал. На моем мобильнике несколько пропущенных звонков от бывшего мужа, от мамы и даже от школьной подруги. Наверняка мама и ее приплела к поиску пропавшей преступницы. Как она могла? До сих пор в голове не укладывается предательство от самого родного на свете человека. Почему она так поступила? Может, ей промыли мозги, загипнотизировали? Я обязательно найду ответ.

Я проснулась к обеду от того, что провалилась вглубь космоса и меня снова начало тошнить. Как будто ударило током и я вскакиваю с постели в холодном липком поту.

На соседней кровати спит мой Учитель, мой великий и добрый гуру.

— Лев, мне снова нужен детоксикационный пакет.

Из сонного этот невероятный человек тут же превращается в бодрого мужчину, заботящегося о своей женщине. Он быстро натягивает рубашку и брюки и протягивает мне пластиковый мешочек.

Я набираю горячую ванну и проглатываю тридцать капсул одновременно. Два часа тошноты и галлюцинаций, и я полностью очистилась. Прилив сил заставляет меня вздохнуть с облегчением. Наконец-то я избавилась от галоперидола в моей жировой ткани.

Горячие круассаны и чай с имбирем в четыре часа дня пробуждают во мне новое желание жить.

— А где госпожа Кристина?

— Она отлучилась ненадолго часа два назад, просила дождаться ее прибытия. — Пьер видимо дневал в ее спальне, раз осведомлен о ее отсутствии.

— София, ты была права, мои ребята из пентхауса сегодня сообщили, что Дорис Пен и два английских секьюрити сбежали ночью, прихватив десять тысяч долларов из моего сейфа. За ними уже ведется погоня. Полиция и ФБР пока не в курсе, я дал указание действовать тихо.

— Насчет ФБР я согласен, но почему бы нам не привлечь помощь майора Амозова? Он смышленый малый и по-моему у него сильная команда.

— Это так, но синкопа, которая с ним случается эпизодически— не самостоятельное явление, он находится под контролем антикинетиков, сам того не подозревая. Поэтому обойдемся без его помощи, чтобы не навредить ему еще больше, он ведь мой друг. Я должна его защитить, а не подвергнуть опасности.

— А почему мы думаем, что ФБР — наш враг? — Сомов смотрит на Пьера. — Амозов же сказал, что убийством Жибарецки теперь занимается ФБР, также он был уверен, что они забрали дело себе, однако мы нашли его в архиве. Смею предположить, что ФБР к нему не приходили, ведь он не видел их значков.

— Да точно. Я и забыла. Значит, мы можем обратиться за помощью к государственным агентам?

— Можем. А еще лучше познакомить их с Тайным Орденом кинетиков, и пойдем всей армией на Радника, а он тем временем скинет на нас атомную бомбу, как только мы себя выдадим. — сарказм рыжеволосого кинетика приводит меня в чувства, грубо конечно, но он прав.

— Пьер. Я бы попросил тебя впредь не грубить Софие Аганесовне. Никогда. И мы на самом деле не будем обращаться к ФБР, разве что только к одному их служащему.

— Я тебя предельно понял. Простите меня, София. — с неподдельной вежливостью произносит Пасабан. Я не в обиде. Киваю ему в ответ.

— А о каком служащем идет речь?

— О матери его сына — Лизе, она командир бригады специального назначения. — на лице рыжеволосого мужчины хитрая ухмылка, Сомов в восторге от своей идеи, а мне все это жутко не нравится. Женщина из прошлого моего Учителя — только ее в этой истории еще не хватает. Да уж, родственные связи пересекаются с рабочими, дружеские со школьными, родители становятся врагами, а группа единомышленников встает на второй план.

Лиза— какое девичье имя, почему не Елизавета Петровна, или мадам Лиза? Неужели у них сохранились нежные отношения?

— Лев, я считаю, что нам нужно прибегнуть к помощи кинетиков из Старого Холма, они ведь обладают способностями куда более мощными, чем ФБР. — попытка, но неудачная.