Дитя Стужи - Олег Шелонин

Холодный душ окончательно привел стажера в себя. Выскочив из ванны, он обтерся махровым полотенцем, оделся, оценил цвет своего лица в зеркале и, заметив на щеках здоровый румянец, удовлетворенно кивнул и даже весело подмигнул своему отражению. Теперь он был готов к труду и обороне. Однако прежде чем идти на дело (пьянку с чересчур общительным лейтенантом, поджидавшим их с Дашкой в ресторане внизу), он тщательно обыскал свой пиджак. Огромное количество вшитых в него амулетов, назначений которых юноша в упор не знал, так как этой темы со своей кураторшей еще не проходил, его не интересовали. Стажер искал склянку с антивампирином, так как прекрасно знал, что все запасы подруги уже вылакал. Маленький флакончик с нужным лекарством он обнаружил в потайном кармашке напротив сердца. Затолкав его обратно, парень покинул номер, запер его на ключ и начал барабанить в номер по соседству.

— Сова, открывай, медведь пришел!

— Сейчас я этому медведю под куцый хвостик пендюлей навешаю, — сердито откликнулась его подруга, открывая дверь.

— Ух ты!

Судя по мокрым волосам, Дашка, видать, тоже только что вылезла из ванны. Она была так соблазнительна в своем элегантном розовом халатике, что глазки у стажера сразу замаслились.

— Слюни подбери, — приказала девица, пропуская его в номер, закрыла за ним дверь и взяла со стола мобильный телефон. — Папа, мы на месте.

Валентин привычно напряг слух, чтобы услышать ответ шефа.

— На месте — это, надо полагать, в отеле? — донесся до него из трубки голос Стаса.

— Да. Наши номера, надеюсь, защищены от прослушки?

— От посторонней — да.

— Это хорошо. Значит, так: маньяк стопроцентно наш клиент, но что он собой представляет, мы с Валентином пока не можем определить. Так что, как договаривались, продолжаем работать под прикрытием.

— Понял.

— Тогда записывай.

— Сейчас, ручку возьму… так, что там у вас еще?

— Нам нужны данные на следующих товарищей: Том Келли. Криминальная полиция Лос-Анджелеса. Прибыл в Рамодановск по обмену опытом. Его переводчица Наталья Вербицкая. Эта мадам, по ее словам, из Москвы.

— Записал. Что тебя в них насторожило?

— То, что этот американец сразу прилепился к делу по этому маньяку и просто жаждет поближе познакомиться с рашен-экстрасенсами. Я в такие совпадения не верю.

— Я тоже. Что еще?

— Все, что найдется в нашей базе на капитана Борейко и генерала Чернышева. Какие-то странные у них отношения…

— Ничего странного, — неожиданно для себя вмешался в разговор Валентин. — Для тестя с зятем вполне нормальные отношения.

— А ты откуда об этом знаешь? — изумилась Дашка.

— Разговор их подслушал. Они там и про председателя контрольно-счетной комиссии говорили. Это дядюшка нашего лейтенанта. По его протекции Нехлюдова в отдел Борейко и засунули. Он своему тестю жаловался, что от этого урода весь отдел уже стонет.

— Что ж ты раньше-то мне не сказал? — рассердилась Дашка. — Мне носик пришлось пудрить, чтоб эти данные через нашу контору выяснить.

— Да ты так быстро свой носик в сортир унесла, что я слова сказать не успел. Опять же этот нарцисс постоянно рядом крутился.

В телефонной трубке раздался ехидный смешок Стаса:

— Однако сделал тебя стажер.

— Этого Нехлюдова все равно по базе пробей, — сердито откликнулась его сестренка, — уж больно нагло он себя вел с обслуживающим персоналом на Гоголя, восемнадцать, где вчера убийство произошло, а те подозрительно покорно все его выходки терпели.

— А куда им деваться, если этот персонал на него работает? — хмыкнул Стас. — Все это здание вашему лейтенанту принадлежит, и за аренду помещений неслабая денежка каждый месяц капает. Разумеется, настоящий хозяин не он, а его дядюшка, да и само здание на третье лицо оформлено, но делами там племянник крутит, и ему, надо полагать, от этой кормушки немало на вино и женщин перепадает. Но раз уж он попал в поле вашего зрения, постараемся копнуть поглубже.

— Копните. А то что-то я его не пойму, — честно призналась девушка. — Чувствую же, что неглупый парень, но почему-то старательно косит под дурака.

— А почему косит? — опять вмешался в разговор Валентин. — По-моему, он и есть самый натуральный дурак. Дурак с честно наворованными его родственником деньгами. Вот он и выпендривается перед тобой по-дурацки. У него ж все на лице написано. Он когда на тебя смотрит, слюной захлебываться начинает.

— В точности как ты, — сердито буркнула Дашка.

— Я слюни не пускаю!

— А то я не вижу. Нет, Папа, — обратилась она опять к Стасу, — я же чувствую: он именно косит под дурака. Причем косит неумело. Артист из него паршивый. Практически признался незнакомым людям в том, что какие-то темные дела на прежнем месте работы крутил. А перевели его к Борейко, между прочим, из отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, как я поняла.

— Да врал он, поди! Веса себе придать пытался, — продолжал настаивать на своей версии Валентин.

— Так, кончайте пустой треп, — распорядился Стас, — этим товарищем мы займемся. А вы, друзья мои, давайте-ка спецсвязь на себя нацепите.

— Зачем? — опешила Дашка.

— Мне так спокойнее будет. Слишком много в этом деле вокруг вас подозрительных личностей крутиться стало. Все, работайте. Отбой.

Дашка отключила телефон, затолкала его в свою сумочку и взамен извлекла оттуда две капсулы телесного цвета на липучках и одну из них пристроила себе за мочку уха.

— Иди сюда.

Валентин подошел.

— Нагнись.

Стажер нагнулся, и пока подруга пристраивала на него вторую капсулу, попытался сграбастать ее в охапку, за что сразу же получил по рукам.