Элрик из Мелнибонэ - Майкл Муркок

Когда Элрик сообщил эти сведения герцогу Авану, тот расхохотался. Он откинул назад голову и принялся весело гоготать, тогда как другие по-прежнему с тревогой поглядывали вокруг. Мрачное выражение, не сходившее с лица герцога в последние дни, внезапно исчезло, и он снова стал таким, каким его впервые увидел Элрик.

Улыбнулся и Смиорган. Даже Элрик признал иронию в том, что с ними случилось.

— Эти кристаллы упали с его лица, словно слезы, и произошло это вскоре после того, как отсюда удалились Высшие,— продолжил Дж’осуи К’релн Реир.

— Значит, Владыки Высших Миров все же приходили сюда?

— Да... Нефритовый человек появился здесь, предупредил жителей, и все они ушли, заключив с ним договор.

~ Так значит, Нефритовый человек был сделан не твоим народом?

— Нефритовый человек — это герцог Ада Ариох. В один прекрасный день он пришел сюда из леса, встал на площади и рассказал людям, что должно произойти: мол, наш город лежит на пересечении каких-то особых линий, и Владыки Высших Миров могут встретиться только здесь.

— А договор?

— За оставленный город наш королевский род получал покровительство Ариоха и в будущем должен был расширить свою власть. Ариох обещал им великое знание и средства для строительства города в другом месте.

— И они приняли этот договор без всяких условий?

— Выбора у них почти не было, брат.

Элрик опустил глаза на пыльный пол.

— Вот так и началось их падение,— пробормотал он.

— Только я отказался признать эту сделку. Я не хотел покидать город и не доверял Ариоху. Когда все остальные отправились вниз по реке, я остался здесь — где мы сейчас находимся — и слышал, как прибыли Владыки, слышал их переговоры, слышал, как они обговаривали правила, по которым должны будут сражаться Закон и Хаос. Когда они покинули город, я вышел из укрытия. Но Ариох — Нефритовый человек — все еще оставался здесь. Он посмотрел на меня своими кристаллическими глазами и проклял. После этого кристаллы упали туда, где вы их видели. Дух Ариоха удалился, но его нефритовое изображение осталось здесь.

— И ты все еще помнишь то, что происходило между Владыками Закона и Хаоса?

— Такова моя судьба.

— Может быть, она легче судьбы тех, кто покинул город,— тихо сказал Элрик.— Я — последний наследник той злосчастной судьбы...

Вид у Дж’осуи К’релн Реира был недоумевающий, потом он заглянул в глаза Элрика, и выражение сочувствия появилось на его лице.

— Я не думал, что возможна судьба, которая хуже моей, но теперь я верю в это...

Элрик с волнением сказал:

— Но ты можешь хоть немного облегчить мою участь. Ты, вероятно, знаешь, что произошло в те дни между Высшими Владыками. Я должен понять природу своего существования, по крайней мере, так, как ты понимаешь свою. Прошу тебя, расскажи мне!

Дж’осуи К’релн Реир нахмурился и заглянул в глаза Элрику.

— Значит, тебе не до конца известна моя история?

— Есть что-то еще?

— Я могу только помнить, что произошло между Владыками Высших Миров, но если я пытаюсь передать свои знания или записать их, у меня ничего не получается...

Элрик схватил Дж’осуи К’релн Реира за плечо.

— Ты должен попытаться! Должен попробовать!

— Я знаю, что не могу.

Видя муку на лице Элрика, Смиорган подошел к нему.

— В чем дело, Элрик?

Элрик обхватил руками голову.

— Наше путешествие было напрасным.— Он бессознательно произнес это слово на старом мелнибонийском.

— Совсем не обязательно,— сказал Дж’осуи К’релн Реир.— По крайней мере, для меня.— Он помедлил.— Скажи мне, как вы нашли этот город. Где карта?

Элрик достал карту.

— Вот она.

— Да, это она самая. Много веков назад я положил ее в шкатулку, которую поместил в небольшой ларец. Я пустил ларец по реке, надеясь, что его прибьет течением туда, где оказался мой народ, и они поймут, что это такое.

— Эта шкатулка оказалась в Мелнибонэ, но никто не удосужился открыть ее,— сказал Элрик.— Это дает тебе представление о том, во что превратился народ, покинувший этот город...

Странный человек мрачно кивнул.

— А печать на карте была?

— Была. Она у меня.

— Изображение одной из ипостасей Ариоха, запечатленное в маленьком рубине?

— Да, мне показалось, что я узнал это изображение, но не мог вспомнить, что оно значит.

— Образ в камне,— пробормотал Дж’осуи К’релн Реир.— Он вернулся так, как я и молил об этом: его принес тот, в ком течет королевская кровь!

— И каков его смысл?

В разговор вмешался Смиорган:

— Так он поможет нам бежать отсюда, Элрик? Хорошо бы поскорей...

— Не спеши,— сказал альбинос.— Я вам все расскажу чуть позже.

— Образ в камне может стать инструментом моего освобождения,— сказало Существо, Обреченное Жить.— Если в том, кто им владеет, течет королевская кровь, то он сможет повелевать Нефритовым человеком.

— Но почему ты сам не воспользовался этим камнем?

— Из-за наложенного на меня проклятия. Я мог повелевать, но не имел власти вызвать этого демона. Насколько я понимаю, такова была шутка Владык Высших Миров.

Элрик увидел горькую тоску в глазах Дж’осуи К’релн Реира. Он посмотрел на его белую обнаженную плоть, белые волосы, на тело, которое было не молодым и не старым, на обломок стрелы, торчащий из его левого бока.

— И что я должен сделать? — спросил Элрик.

— Ты должен вызвать Ариоха, а потом приказать ему снова вернуться в это тело, вернуть на место глаза, чтобы он мог видеть, и уйти из Р’лин К’рен А’а.

— И что будет, когда он уйдет?

— Вместе с ними уйдет и проклятие.

Элрик задумался. Если он вызовет Ариоха — который, несомненно, не хочет сюда являться,— а потом заставит его сделать то, что тот не хочет делать, то это могущественное и к тому же непредсказуемое существо вполне может превратиться в его врага. Но, с другой стороны, они здесь в ловушке, в окружении воинственных олабов, и не имеют никаких средств вырваться. Если Нефритовый человек тронется с места, то олабы разбегутся, и Элрик с товарищами сможет вернуться к кораблю и добраться до моря.