Наемники фортуны - Алексей Бобл

Он уже потянул на себя дверную ручку, когда сбоку стремительно придвинулась темная фигура, занося автомат. Незнакомец с хриплым выдохом ударил прикладом, Альб едва успел пригнуться. Его сильно толкнули в спину, ударили но ногам, Альбинос больно стукнулся плечом о косяк, развернулся в падении и отмахнулся ножом. Лезвие полоснуло нападавшего по предплечью. Тот вскрикнул, выронив оружие, прыгнул на Альба и врезал кулаком в челюсть. Маска смягчила удар, но перед глазами все поплыло. Альбинос думал, что охранник позовет остальных, но этого не случилось — нападавший дрался молча. Он наподдал Альбу в бок, сорвал маску и… отпустил.

Альбинос поморгал, приходя в себя, приподнялся на локтях. Перед ним стоял Туран, с всклокоченной шевелюрой, в перепачканном комбинезоне он прижимался ухом к закрытой двери.

Альб тряхнул головой, зажмурился — не веря своим глазам. Когда открыл их, услышал:

— Я тебя чуть не прибил, Музыкант!

Туран опустился на корточки рядом с Альбом, подобрал автомат. На левом предплечье у него виднелся порез, из которого бежала кровь.

— Почему у тебя волосы белые? — спросил он.

Альб опять заморгал. Лицо Турана над ним плыло и раскачивалось.

— Ну и разит же от тебя. Где это ты был?

Потянув носом, Альбинос сел. Он уже приходил в себя.

— Ну чего ты глазами хлопаешь? — спросил Туран. — Вставай. Пойдем Белоруса с Разиным искать.

— Ты знаешь где они? — наконец произнес Альбинос.

— Нет, — Туран уже стоял возле двери, снова прислушиваясь к звукам в коридоре. — Но знаю, где Губерт.

— А я знаю, — Альбинос встал, протягивая маску Турану, — что Разина и Белоруса сейчас приведут к Губерту на допрос.

— Откуда? — Туран скривился, вытирая кровь с рукава.

— Долго рассказывать. Я пойду первым… Ты маску надень, — он сунул Турану противогаз. — Надень, говорю! И не о чем не спрашивай, но запомни: я теперь доминант Ил'хак. Ты ведешь меня на встречу в комнату Губерта. Ничему не удивляйся. Нас пропустят.

— Доминант Ил… чего?

— Ил'хак.

— Ага, — Туран надел маску и снова вытер кровь с рукава. — Хотя я не понимаю, что…

— Я же сказал — вопросов не задавать! Может, тебе рану перетянуть? А то подозрения могут быть…

— Нет времени, — Туран отступил в сторону, пропуская его к двери, — если спросят, скажу: пулей зацепило, когда с напавшими на базу столкнулись.

— Ну ладно.

Альбинос открыл дверь и шагнул в коридор.

— Куда нам теперь?

— За поворотом лестница, — шепнул Туран, — по ней два пролета вверх, на третий. Дальше в длинный коридор с глухими стенами, доминант Ил'хак.

Альбинос улыбнулся — Туран быстро вжился в роль охранника базы.

* * *

Разин пришел в себя под громкие выкрики Белоруса:

— Ублюдки, сволочи! А ну снимите наручники, быстро!

Тим охнул, застонал, но не успокоился:

— Боитесь, гады?! У меня всего одна рука, другая ж прострелена, чего боитесь? Ну ладно, ну я сейчас… Только дверь откройте, только подойдите, мутафаги вонючие! Знаете какой у меня удар с правой? У–у… Я вам устрою, когда у Губерта свой нож отберу!

Разин открыл глаза. В голове гудело, вокруг все плыло. Он никак не мог понять, на чем лежит, где находится, что происходит.

— Куда нас притащили? — прохрипел Разин.

Перед глазами появилось какое–то рыжее пятно.

Тим склонился над Егором, лежащим на полу, и сочувственно покачал головой.

— Плохо выглядишь. Я ж тебя тогда спрашивал, сможешь ли ты дверь к Губерту снести? Так и надо было. И поделом, если б он сдох… Ну, чего мы болтать с ним поперлись? Не послушался старину Белоруса… Я ж предупреждал, что врет он нам, сволочь, и…

— Да не ори ты. — Разин кое–как повернулся на бок и понял, что руки его скованы за спиной. — Где мы? Помоги сесть.

— Чего?

— Сесть, говорю, — рявкнул Разин, — помоги!

— А, понял…

Белорус опустился рядом, взялся за цепочку между браслетами Егора и потянул.

— Слышу плохо, — пожаловался Тим. — Контузило.

Когда они привалились к стене, он добавил:

— Нужно отсюда выбираться, да только как?

Разин помолчал, уставившись на дверь. Над притолокой ее помигивал зрачок видеокамеры.

— Давно мы здесь?

— А некроз его знает, — забыв про рану, Тим пожал плечами и сморщился. — Нас охрана притащила. Ну… не так давно.

— Значит, до комнаты Губерта недалеко?

— Что? А, да.

— А почему я вырубился?

Помнишь, у Губерта на столе колпак такой был, блестючий? Ты его еще излучателем обозвал.

Егор кивнул.

Так он его включил как–то, ты и шваркнулся на пол. Я думал все, помер наш здоровяк. После свет погас, я стрелять… а потом как шарахнуло!

— Понятно.

Челюсть саднило, и Егор склонил голову, чтобы почесать подбородок о плечо. Взгляд упал на закатанный рукав…

— Сингулятор где?!

Так и не почесав ссадину, Разин сдвинулся в сторону и показал рыжему свои руки с наручниками.

— Вот тут, у меня, на запястье, такая штука была…

— А… — Белорус хмыкнул и указал кивком на дверь. — Так этот, блондин, забрал. Губерт ему сказал, чтоб у тебя симбулятор достал из рукава и ему отдал. Еще говорил, что без перчаток его трогать нельзя. Потом он мой нож из кармана вынул… Представляешь, Разин, у него мой нож, мой… В кармане его таскает, как будто…

— Стоп, — Разин нахмурился. — А где Туран?

Белорус долго не отвечал. Помрачнел, как небо в сезон дождей, закусил губу.

— Ну, — не выдержал Егор.

— Сгорел Тур! — выдохнул Тим.

— Где? Ты труп видел?

— Чего там видел?! — вскинулся Белорус. — Ты ж сам ему приказал снаружи быть. Там полыхнуло огнем так, что… Эх… Хотя, может, и успел отбежать, отпрыгнуть.

Он отвернулся.

— Хотя блондин этот, — помолчав, начал Белорус угрюмо, — который у тебя симбулятор из рукава достал, сказал, что сгорел Туран. Я видел, что сталось с комнатой, перед входом к Губерту. Там стены в саже, будто в кузнечном горне затушенном. Нас когда сюда тащили, я все смотрел…

Он тяжело вздохнул.

— Раз далеко не потащили и не расстреляли, значит, допрашивать скоро будут, — заметил Егор.

— Почему так решил?

— Опыт.

— Ну–ну…

Лязгнул засов, дверь раскрылась, и на пороге появился блондин в бронежилете.