Повелитель Теней - Петр Верещагин

– Шао Кан – Император – в облике Рожденного Бурей.

Рэйден усмехнулся:

– По-моему, это моя часть работы.

– Еще бы. Ты же у нас Бог Грома и Молнии, – улыбнулась Айра. – Ладно, беру Сталкаора на себя.

– Я давно хотел встретиться с Джелераком, – сказал Джек. – Если никто не возражает…

– Никто, – кивнул Серый Рыцарь. – Я покончу со Схиавхеем, а там посмотрим. Каковы местные правила в отношении поединков?

– Правило здесь всего одно, но очень важное, – с непроницаемым лицом произнес Инеррен. – Звучит оно примерно так: законы Теневой Тропы таковы, какими ты хочешь их видеть.

– Короче говоря, законов нет, – подытожил Рэйден. – Тогда Хаос все-таки имеет преимущество.

– Нет. Правила существуют, – возразил чародей, – и обеспечивают преимущество только для того, кто их выдумал.

– То есть для тебя, и только для тебя.

– Для Посвященного Теневой Тропы, Айра. Не нужно преувеличивать моих возможностей. Я не претендую на большее, чем то, что имею.

Рэйден едва удержался от соответствующего замечания…

Зима в этом году выдалась в Амбере ясная и на удивление спокойная. Ни единого шторма, какими порой «радовал» океан, не было. Не беспокоили жителей Вечного Города и ураганы, начисто «выглаживавшие» все побережье.

Но этим утром солнце словно поблекло, с большим трудом пробиваясь сквозь тончайшую пелену, застлавшую темно-синее небо. На юге сгущалась грозная черная стена – надвигалась буря.

Даже королевская семья Амбера не подозревала об истинной причине возникающего ненастья…

Записка была написана на абсолютно незнакомом языке. Это удивило Бранда, однако не разбудило особых подозрений. В конце концов, мало ли какой жаргон в ходу у этих драматургов и театралов. Скорее всего, в записке шла речь о том, что кто-то начал проявлять интерес к имени автора пьесы… а следовательно, решил Бранд, сей автор обитает во Дворце. Интересная информация. Но ее подтверждение или опровержение не имеет никакой важности. Значит, нужно отбросить все эти подозрения и заняться основным делом.

Бранд неслышно скользнул мимо комнаты стражи как раз в момент смены караула, так что его не заметили. Со злорадной ухмылкой он двинулся в сумраке к дальней стене пещеры, где располагался пока невидимый проход.

Войдя в туннель, Бранд уверенно пропустил шесть боковых коридоров и свернул в седьмой. Здесь. Та же тяжелая дверь с металлической обивкой, тот же ключ, висящий на крючке напротив нее. Никогда не бывало так, чтобы дверь оставалась открытой – почему, никто не знал. Или же предпочитал не задумываться над этим.

А действительно, если находящийся по ту сторону двери Лабиринт необходимо запирать за столь прочной дверью, значит ли это, что он может быть опасен? Странный вопрос. Разумеется. Лабиринт – это одно из самых опасных мест во Вселенной. Или самых прекрасных. То же может быть сказано о Логрусе, скрытом где-то внутри Двора Хаоса… Но довольно.

Бранд отбросил воспоминания, снял ключ, легко отпер замок и повесил ключ на место. Затем потянул дверь на себя, открыл ее и закрыл за собой. Даже не глядя, он чувствовал колоссальное давление со стороны Лабиринта.

– Не многие могут вернуться из Ниоткуда, – тихо сказал кто-то. – И уж совсем единицы – после столь близкого знакомства с Бездной.

Бранд резко повернулся на голос. Около крошечного пруда со слепыми рыбами стоял незнакомый ему человек. Ничего примечательного не было ни в его одежде, ни в лице. Потом Бранд поймал взгляд незнакомца и изменил свое мнение. Таких глаз – усталых, всезнающих и пронизывающих насквозь – он не видел даже у Лордов Хаоса.

– Незачем платить за то, чем уже обладаешь, – продолжил человек прежним тоном. – Незачем также заставлять других делать это. Пламя ненависти сильно в тебе, а разум требует мести; однако кровь, текущая в твоих жилах, не даст тебе совершить этого.

– Кто ты, чтобы судить об этом? Разве знаешь ты…

– Знаю. Я был там, откуда ты недавно вернулся. Я испытал не меньше, чем ты. И клянусь всем, что у меня еще осталось: я не позволю тебе стереть Амбер с лица земли.

– Ха! Да как ты сможешь…

– Смогу, – произнес Роджер, снимая перчатку с левой руки. Голубой свет Лабиринта заиграл на мельчайших насечках платинового ободка. Кольцо вспыхнуло, а посаженное на него вместо печатки колесо из красноватого металла начало медленно вращаться, концентрируя энергию. Бранд вскинул руки, привычно отражая волну обжигающего холода, – и ощутил невероятную мощь противника, напрочь сметающую все его защитные заслоны…

– Здесь нам нужно разойтись, – хмуро сообщил Шао Кан, прочитав надпись на камне-указателе. – Мне это не по душе, но иначе мы не сможем пройти дальше. Таковы правила.

– Ладно, – отмахнулся Сталкаор, – каждый из нас достаточно силен для подобных испытаний. Не в первый раз.

– Точно, – согласился Джелерак. – Итак, кто двинется по какому пути? Тут их шесть. Имеется на указателе какая-нибудь информация о дальнейших препятствиях, Император?

– Я прочту, а вы решайте, верить этому или нет.

Белая дорога —

Слава у порога,

Лень и грех на ней подстерегают;

Алая тропинка

Уведет в пучину,

Где живут изгнанники из рая;

Путь Огня – запретный,

И ему не смеет

Следовать никто из Обреченных;

Желтый тракт – в могилу

Приведет сквозь Силы,

Что пугают даже адских гончих;

Синим коридором

Над Долиной Шторма

Можно выйти к цели (после схватки);

Черная пещера —

Испытанье веры

В самого себя и в свой порядок.

Странный, глухой ритм стихов унял развеселившегося Сталкаора, которому все происходящее пока казалось лишь игрой.

– Иди по алой тропе, Схиавхей, – приказал наконец Хаос. – Джелерак, ты бери желтую; Сталкаор…

– Беру Огненную, – прервал его чернокнижник, – мне она нравится больше. Точнее, не нравится меньше.

– Хорошо, – кивнул Император, – я возьму на себя Долину Шторма. Нет возражений?

– Мне, конечно же, досталась Пещера, – проговорил Отец Богов. – Как и положено. Что ж, вперед! Встречаемся в конце Пути.

Сталкаор прошел сквозь огненную пелену и медленно, проверяя надежность пылающей в бездне ленты-дороги, двинулся к едва виднеющемуся вдали выходу.

Через несколько минут он с удивлением заметил, как с той стороны кто-то вышел на дорогу – и встал. Удивление прошло быстро. Естественно, ни один важный участок Испытания не останется без внимания Стражей. И тому подобной белиберды, препятствующей кандидату пройти Посвящение.

Чернокнижник приготовился к бою. Еще несколько шагов…