Чёрная пантера с бирюзовыми глазами - Оксана Чекменёва

– Это однажды едва не стоило жизни моей кузине Энжи, – сказал Коул. – Плохие люди узнали, к какой семье она принадлежит. Последствия могли быть фатальными. Хотя, как мы позже поняли – даже это было запланировано судьбой, чтобы свести её со своей половинкой.

– Кстати, о половинках, – воскликнула я. – Коул, ты не дорассказал, как вы встретились с Элли. Столкнулись в колледже?

– Можно и так сказать, – кивнул он. – Я ведь и не собирался туда приходить, просто связался по телефону с деканом, перечислил деньги и забыл об этом. Мы вообще-то поддерживаем многие благотворительные проекты, так что этот был для меня одним из многих.

– Тогда как же вы встретились?

– Меня пригласили на открытие стадиона. Вручили какую-то «верительную грамоту», декан произнёс речь, я перерезал ленточку, девушка-черлидер поднесла мне букет цветов... Вот тогда-то всё и произошло. Когда она передавала мне букет, наши пальцы соприкоснулись, и я пропал.

– Ты была в команде черлидеров? – я в восхищении взглянула на Элли.

– Вовсе нет, – рассмеялась она. – Тут-то и начинается самое удивительное. И странное. В то утро ни одна из девушек из команды черлидеров не пришла в колледж. Ни одна из семи! Когда позже выясняли, в чём дело, оказалось, что у всех были уважительные причины. Одна проколола колесо и не смогла приехать вовремя, другую родители заперли дома, пока она спала, случайно унеся её ключи, и она не смогла выбраться наружу, пока они не вернулись. Третью оса ужалила в щеку, и она решила не ездить в колледж с перекошенным лицом, у четвертой кот неудачно спрыгнул с крыши веранды, и она возила его к ветеринару. И у остальных тоже что-то подобное произошло, я уже и не помню.

– Ничего себе, совпаденьице, – покачал головой Ричард.

– Да, – кивнула Элли. – Там уже Большой Гость приехал, ленточку перерезает, а запланированной девушки-черлидера – ни одной в наличии. Вот тренер за голову-то и схватился. А я о той церемонии ни сном, ни духом, я вообще-то серой мышкой тогда была, первокурсницей, весьма далёкой от спорта. Меня больше предстоящий зачёт волновал, вот и засела на весь день в библиотеке, раз уж занятия отменили. И вышла из неё всего один раз. Извиняюсь – в туалет. И на обратном пути, в пустом коридоре, на меня набрасывается совершенно невменяемый тренер, куда-то тащит, что-то бормочет про честь колледжа и «на тебя вся надежда». Я в шоке, ошарашена, перепугана, тренер затаскивает меня в женскую раздевалку, суёт в руки охапку одежды, как позже выяснилось – форму, и убегает с криком, что у меня тридцать секунд или он меня сам переоденет. Я уложилась. Только кеды зашнуровать не успела.

– Вам вполне можно было поступать в пожарную дружину, – рассмеялся Ричард. – В норматив укладываетесь.

– В общем, да. Когда я всё же завязала шнурки, тренер снова потащил меня куда-то, доро́гой сунул мне в руки огромный букет и велел вручить его Дорогому Спонсору. Потом протащил сквозь толпу, раздвигая её плечами и волоча меня на буксире, и, спустя несколько секунд, я уже протягивала Коулу букет. А потом я увидела его глаза... И всё. Я пропала.

– Я пропал первым, – покачал головой Коул.

– Ты хотя бы понимал, что с тобой происходит. А я была просто в шоке. Ещё десять минут назад я спокойно сидела в библиотеке, стараясь игнорировать шум за окном, на открытии нового стадиона, и вдруг меня подхватывает торнадо и оставляет в совершенно растрёпанных чувствах перед тем, за кем я была готова идти хоть на край света.

– А разве нельзя было взять какую-нибудь другую девушку? – удивился Ричард.

– Практически все студенты были в тот момент на стадионе, слушали речь декана. Не мог же тренер на глазах Высокого Гостя выводить кого-то с трибун. Вот и помчался наудачу по коридорам, заглядывая во все двери. И на меня наткнулся.

– Тебе ещё повезло, – покачала я головой. – Ты эти невероятные и непонятные чувства хотя бы к человеку испытала. Ну, к тому, кто в тот момент выглядел, как человек.

Я с улыбкой пихнула локтём Гейба в бок, предлагая вместе поулыбаться над нашей первой встречей, но он, нахмурившись, разглядывал потолок.

– Почему они так долго. И почему притихли?

Я прислушалась. Из детской доносилось невнятное бормотание одной из близняшек, что то про чай и какую-то Джинни. Я нахмурилась, пытаясь уловить в этом хоть какой-то смысл, но тут Дэн вдруг забился в конвульсиях и рухнул головой на стол, сотрясаясь от беззвучного смеха. Рядом с ним упал Коул, а Роб расхохотался в голос, откинувшись назад и едва не свалившись со стула. Тут же раздался заливистый смех Джереми.

– Да что там происходит? – не выдержала я.

– А ты сама взгляни, – сквозь смех выдавил Роб. – Ты это можешь. Просто попробуй!

Ладно, я попытаюсь. Конечно, можно было бы просто сбегать наверх, но раз Роб уверен, что у меня получится...

Я зажмурилась, и представила, что нахожусь в голове у Гила. Ничего. Я разочарованно открыла глаза и поняла, что нахожусь уже не здесь, а в детской. Картина, представшая перед моими глазами, заставила меня привалиться к Гейбу и захихикать.

Гил сидел на полу, устроившись перед маленьким столиком, и, держа в руках крохотную чашечку из детской посудки, с благоговейным восторгом наблюдал, как Кэтти «наливает» несуществующий чай в такую же чашечку, стоящую перед большой куклой, сидящей напротив. Похоже, это и была та самая Джинни, поскольку именно так к ней обращалась Кэтти, уговаривая попробовать чаю.

Но не это вызвало мою истерику. Когда Гил ненадолго отвёл глаза от малышки, то в поле его, а значит и моего, зрения попал Герб, так же сидящий неподалёку на полу. А за его спиной, на детском стульчике, поскольку иначе не дотягивалась, стояла Кристи и, по-видимому, играла в салон красоты. Поскольку в данный момент она делала на голове Герба как минимум двадцатый хвостик, используя разноцветные резинки и заколки, найденные мною утром в одном из ящиков. Эти запасы я использовала, делая близняшкам хвостики, и именно ими решила воспользоваться сейчас Кристи.

Причём на лице Герба, которого неумелые ручки малышки явно немилосердно драли за волосы в процессе создания причёски, было написано такое блаженство, что я едва не прослезилась сквозь смех.

– Вы на Гила взгляните! – воскликнул вдруг Роб, разражаясь новым приступом хохота.

Уже более уверенно, я вошла в сознание Герба, дождалась, когда его взгляд упадёт на брата, и моё веселье разгорелось заново. Потому что на голове Гила красовалась маленькая кукольная шляпка, с цветами и вуалькой, ярко-розовая, причём, судя по фасону, явно одолженная у куклы Джинни.

При этом сам Гил старательно прихлёбывал «чай» из чашечки и старался не трясти головой, чтобы шляпка с неё не слетела.

Судя по мелькающим в голове парней мыслям, оба были невероятно счастливы от того, что малышки получают удовольствие от игры. И они готовы были без возражений и малейшего намёка на скуку играть в эти детские игры часами, лишь бы малышки были счастливы.