Роза Иллиана - Ричард Швартц

В ответ Зокора наклонилась и вынула из эфеса свой черный клинок.

Он со звоном упал на землю, и эльфийка Дорин отрывисто кивнула.

— Да будет так. Она прочертила посохом вертикальную линию в воздухе и раздвинула его. Другие эльфы схватили Зокору и лучника и шагнули через черные ворота, появившиеся из разлома.

Осталась только эльфийка Дорин и теперь посмотрела на Яноша горящими глазами.

— Сегодня твой счастливый день, человек, — презрительно сказала она. — Если ты выживешь, то сможешь рассказать своим сородичам, что между нашими народами не будет союза. — На ее тонких губах заиграла едва заметная улыбка. — Или ты захотел бы сражаться вместе с волосатыми животными?

Затем она тоже шагнула через черный разлом, который бесшумно закрылся и исчез.

Янош лежал под столбом и тихо ругался. Сквозь ледяную воду он видел Ледяную Защитницу, лежащую всего в футе от его руки. Он снова попытался убрать камень, но, кроме кровавого кашля, это ничего не принесло.

— Проклятые темные эльфы, — прорычал он. — Предательство — это все, что вы умеете… Клянусь тебе, ведьма, ты еще пожалеешь об этом! — Он снова закашлялся и мрачно покачал головой. — Я поклялся, что передам тебя Зиглинде! — заявил он бледному клинку. — И, клянусь богами, я это сделаю! Я просто должен… убрать этот… проклятый… камень!

Задыхаясь, он обмяк.

— Я здесь не умру!

— Я с вами согласен, капитан, — сказал Одгар, нагибаясь, чтобы поднять Ледяную Защитницу. — Проклятье, — облегченно вздохнул Янош. — Откуда ты появился?

— Я лежал вон там, — ответил неведимка, глядя на собранные мечи. Он тоже выглядел так, словно попал под телегу, и кровь лилась из зияющей раны в его боку.

— Что скажете, капитан? Какой меч лучше всего режет камень: Каменное Сердце, Ледяная Защитница или черный клинок Зокоры? — Он изумленно покачал головой. — А ведь я так и не научился пользоваться такими клинками.

— Выбери любой и начинай, — проворчал Янош. — У нас есть ещё работа.

Что-то заслонило разрушенные ворота храма. Бронзовый клюв, достаточно большой, чтобы разрубить человека надвое одним махом, проник в зал и выплюнул остатки солдата. Сверкающие золотые глаза возвестили о суде богов, когда мифическое существо ступило в разрушенный зал на своих острых когтях.

В его боках застряли десятки болтов, а на левом крыле виднелись обугленные перья. Чудовище неумолимо приближалось, его взгляд был прикован к Каменному Сердцу, который теперь выскользнул из обессиленных рук Одгара.

Его вид был настолько ужасающим, что Одгар и капитан застыли на месте, а затем чудовище приблизилось и протянуло когти, чтобы без труда снять с капитана тяжелый обломок колонны и небрежно отбросить его в сторону.

Вода брызнула фонтаном, когда клюв опустился вниз и выловил клинок Каменного Сердца. Каждая лапа схватила Яноша и невидимку, который все еще прижимал к себе два других меча.

С добычей в когтях грифон неуклюже выбрался из храма на львиных лапах, расправил крылья, издал пронзительный крик и взмыл в воздух.

Янош еще увидел, как старый храм удаляется от них, и различал холм позади него, который обрушился и теперь образовал затопленный кратер, а потом он потерял сознание… и был благодарен за это.

Поэтому он больше не смог увидеть ворона, который поднялся с крыши разрушенного храма, кружа над черными войсками.

Глава 40. Там, где стоим…

Когда грифон приземлился в лагере со своей ношей, Бликс как раз читал последнюю молитву своим солдатам. Он окинул взглядом слишком редкие ряды в доспехах, стоящие на коленях перед солнцем, и произнес последние слова.

— …и так Сольтар вознесёт наши души, взвесит и рассудит с другими богами и в новый день даст нам новую жизнь.

По своей милости он дарует нам это утешение, даже если мы сегодня падем.

— Аминь, — раздалось ему навстречу, и коленопреклоненные солдаты осенили себя крестным знамением троицы.

Майор Меча с громким стуком закрыл тяжелую книгу.

— Только не поймите меня не правильно, вы бестолочи, — громко крикнул он, чтобы его услышал даже последний человек. — Я не потерплю, чтобы хоть один из вас вот так сбежал! Вы — солдаты Второго легиона, и если придется здесь умереть, пусть это будут наши черные друзья!

— Есть, сэр, майор Меча, сэр! — хором крикнули солдаты, и Гренски шагнула вперед.

— Теперь вы достаточно долго бездельничали, — крикнула она, что заставило солдат застонать. — Поспать вы сможете и на своих позициях, пока не придет враг и не разбудит вас! Двигайте своими ленивыми булками и делайте то, для чего вы были рождены! Вы слышали майора Меча: сражайтесь за легион, умирают пусть другие! За легион, за Аскир, за императора и за богов!

— За легион, за Аскир, за императора и за богов! — услышали они в ответ, и солдаты в доспехах рысью побежали прочь.

— Учитывая, что они почти спят стоя, это было достаточно громко, — заметила Гренски, когда они смотрели вслед солдатам, которые поспешно заняли свои позиции. — Никто из них не спал последние две ночи.

— Да, — сказал Бликс. — Я слышал, ты их здорово загоняла. — Он покачал головой, пока они оба шли к грифону. Там санитар уже с недоумением рассматривал множество болтов, а капрал Лоска уже ухаживал за двумя ранеными, которых грифон бросил перед собой.

— Как он? — спросил Бликс у солдата, ухаживавшего за грифоном, который все еще держал в клюве меч Лиандры.

— Она, — поправил солдат, не отрывая взгляда от Каменного Облака. — Болты едва могли пробить перья, большинство из них застряли в ее коже, мне придется проверить, есть ли более глубокие раны. Все, что я могу сказать, это то, что она ужасно зла. Дайте ей овцу, а лучше корову, и не подходите слишком близко, пока она не успокоится.

— Кто эти двое? — спросила Гренски, указывая на раненых, которых клали на носилки.

— Высокий — Янос, капитан, с которым хотела встретиться Лиандра, — ответил Бликс и нахмурился, глядя на невидимку. — Этого я тоже откуда-то знаю, но не могу сказать, кто он. Только то, что он прижимает к себе Ледяную Защитницу и меч темной эльфийки.

— Янош! — закричала Зиглинда, подбегая к ним и с грохотом падая на колени рядом с высоким мужчиной.

«Боги», — подумал Бликс с благоговением. Он ещё никогда не видел, чтобы кто-то так бегал в первый день в легионерских доспехах. Она носила доспехи так, словно привыкла к ним за долгие годы.

— Янош, — крикнула она со слезами на глазах. — Скажи мне, что ты еще жив! — Она затрясла его так