Евангелие от Зверя - Василий Головачев

— Опустите оружие! — продолжал Пашин. — Произошло недоразумение. Я Илья Пашин, президент Школы выживания и журналист, а также путешественник, если кто меня еще не знает. В чем дело?

— Отпусти его! — мрачно потребовал в ответ старший лейтенант. — За сопротивление я буду вынужден…

Ратников уловил взгляд придвинувшегося ближе Славика, отрицательно качнул головой, но вдруг, поддаваясь внутреннему голосу, шагнул к старшему омоновцу и негромко, скороговоркой, произнес, показывая ему свое удостоверение:

— Отзови своих волкодавов, старшой! Это мои люди. Ты срываешь мне операцию. Узнаю, кто эту кашу заварил, башку отверну! Сделай вид, что это все разыграно!

Несмотря на дебильно-атлетический вид, командир ОМОНа думать умел. Помолчав мгновение, он вскинул вверх кулак и зычно скомандовал:

— Отбой! Учебное задание выполнено. Прошу прощения за некоторые неудобства и грубость моих ребят, они отрабатывали вводную по заданию «захват террористов». Приятного всем отдыха.

Омоновцы расслабились, попятились и исчезли так же неожиданно, как и появились.

— Извини, капитан, я не знал, — буркнул их командир, лицо которого осталось угрюмовато-тупым. — Нас вызвали по тревоге, дали наводку, ну, мы и пошли.

— Кто вызвал?

— Таких вопросов мне задавать не положено.

— Ладно, я сам разберусь. Эх, служба, все-таки изгадил ты мне сегодня вечер.

— Я лицо подневольное, так что извиняй, чекист.

Лейтенант козырнул и ушел вслед за своими подчиненными. Зал клуба наполнился шумом, смехом, возгласами, посетители отходили от шока и начинали обсуждать происшествие.

К Ратникову подошли Пашин и Громов, их жены.

— Спасибо, добрый человек, — сказал Пашин с тонкой усмешкой. — Кажется, вы здесь далеко не случайно. Эти болваны действительно испортили вечер не только нам, но и вам. Хотелось бы знать, кто их вызвал.

— Мне тоже, — сказал Терентий. — Хотя я догадываюсь, кто именно. Извините за доставленные неприятности. Но вы сами виноваты, не надо было демонстрировать свои возможности тем молокососам.

— Вы правы, — смущенно огладил бородку Пашин. — Можно было решить проблему иным путем. А вы случайно не из Управления «А» ФСБ? Мне кое-кто оттуда знаком.

— Нет, — качнул головой Ратников.

— А книжечка у вас такая же… Давайте познакомимся. Илья. А это мой друг Антон. Моя жена Владислава. Жена Антона Валерия.

— Терентий. — Ратников пожал руки всем четверым, чувствуя себя в глупейшем положении; они не знали, что он здесь находится ради новых знакомых. Подозвал спутницу. — Это Ира, моя невеста.

— Может, присоединитесь к нам? Вместе приятно проведем вечер.

— К сожалению, мне пора уходить. — Ратников уловил удивленный взгляд Ирины, но остановиться уже не мог. — Приятно было познакомиться. Однако будьте осторожны. Ваши доброжелатели, очевидно, дети каких-то очень больших шишек, коль вызвали ОМОН, и могут доставить массу неприятностей.

— Мы учтем, — пообещал Пашин.

— До свидания.

Ратников взял Иру под локоть и повел к выходу, отмечая боковым зрением движение группы.

— Мы уже уходим? — с понимающей гримаской проговорила Ира.

— Извини, — тихо сказал Терентий, поворачивая ее к себе. — Так получилось. Не сердись. Я не могу остаться.

— Вы пришли сюда… из-за них? — догадалась девушка.

— Да, — признался он, не отводя взгляда, ожидая негативной реакции спутницы, презрительного взгляда и даже, может быть, пощечины. — Мы следим за этими людьми. Это моя работа. Прости, что я тебе не…

— Мы уже перешли на «ты»?

— Есть возражения?

— Нет. А невестой вы… ты назвал меня тоже для конспирации?

Он смутился.

— Если честно, то…

— Лучше не честно.

Ратников засмеялся.

— Тогда давай больше не будем на эту тему. Пошли, я отвезу тебя домой.

— Я бы хотела погулять по набережной. Или тебе надо остаться здесь?

— Не надо. Гулять, так гулять.

Ратников движением брови подозвал прогуливающегося неподалеку с индифферентным выражением лица Славика.

— Посмотрите тут за ними.

Славик прошествовал мимо по коридору и скрылся в боулинг-зале клуба.

— Я помню его, он был с тобой тогда, на ВВЦ, — прищурилась Ира.

— Никому не говори, — прижал палец к губам Ратников, снова беря девушку под руку и радуясь, что не ошибся в ней. Она все поняла и не обиделась.