Дело о неприкаянной душе - Сергей Садов

Дядя слегка подтолкнул меня в спину. Я сделал шаг. Потом еще. Что ж, сделав первый шаг, надо уже не отступать. Я решительно поднял голову и вошел в зал. Оглядел сидящих за столом старейшин.

– Здравствуйте, – громко поздоровался я. – До меня дошли слухи, что вы хотели меня видеть? Я пришел.

Мне даже не надо было поворачиваться, чтобы понять, как отреагировали на мое заявление дядя и Альена. Я и не стал, сосредоточив все внимание на старейшинах. Они переглянулись.

– Мы хотели видеть не только тебя, – наконец отозвался один из них.

– Верно. Но, как мне кажется, в основном вы хотели видеть именно меня.

– Тебе действительно кажется.

– Что ж, возможно, – не стал спорить я. – Но я пришел. Эзергиль, к вашим услугам. – Я слегка склонил голову, обозначив поклон.

– Мы знаем твое имя, – отозвался все тот же ангел.

– Возможно, – опять не стал спорить я. – Однако я посчитал, что вежливые люди всегда представляются, когда видят кого-то впервые.

Позади охнула Альена. Похоже, она уже готова упасть в обморок.

Тот ангел, что разговаривал со мной, поднялся.

– Если бы ты дал нам возможность, мы бы представились. Однако мы считаем еще более невежливым перебивать того, кто говорит.

Ха. На тебе, Эзергиль. Посчитал себя здесь самым умным? Получай. Да, с этими ангелами мне еще рано тягаться. Ну ничего. Еще посмотрим, кто кого. Первый раунд за ними, признаю. Я всегда признаю свои поражения. Только так можно чему-то научиться на них. Если их просто игнорировать, то это гарантия того, что потом можешь наступить на те же грабли. Я еще раз склонил голову.

– Извините.

Похоже, никого из здесь присутствующих не удивило извинение от черта. Правильно, это не невежественная толпа. Они прекрасно понимают, что черти вовсе не идиоты. И первый признак ума – умение признавать свои ошибки. Только полные невежды верят в грубость и хамство чертей. Кто-нибудь видел наглого и хамоватого мошенника? Я имел в виду преуспевающего мошенника. Но почему-то считается, что черти именно наглые и хамоватые. Ангел кивнул мне, принимая извинения, и продолжил:

– Я Войстрер. Старейшина Войстрер. А это мои помощники старейшина Трегор и старейшина Легенгор.

– Очень приятно, – кивнул я. – А мои спутники – мой дядя Монтирий и ангел Альена.

Войстрер улыбнулся. Похоже, этот раунд остался за мной. Только вот спина чуть-чуть побаливать стала. Блин, надо бы девчонке вежливо так объяснить, что пихаться нехорошо. Некультурно это. Ангелам так делать не полагается. Тем более не полагается пихаться с такой силой. Ага, объяснишь ей, как же. Она сама кому хочешь все объяснит. И очень убедительно объяснит. Вот как сейчас мне, например.

– Мне тоже очень приятно. Монтирий, Альена. – Войстрер слегка поклонился каждому. – Что ж, будем считать, что познакомились. – Войстрер повернулся к дяде. – Уважаемый господин Монтирий, позвольте поговорить с ребятами.

Дядя слегка поклонился и направился к выходу. Эй, куда это? Мы так не договаривались. Я вовсе не хочу, чтобы он уходил. Войстрер, похоже, заметил мое состояние.

– Не переживай, Эзергиль. Твой дядя подождет вас в коридоре. Мы же хотели поговорить именно с вами. Чтобы никто не мешал.

– Мне дядя не мешал, – буркнул я.

– Нам мешал. В конце концов, ваша идея о совместном… совместной деятельности ангелов и чертей… это ваша идея?

– Нет. Святой дух нашептал, – буркнул я. Настроение испортилось. И плевать мне теперь было на всех, кто здесь находится. Кто бы они тут ни были. Однако ангелы проявили терпение.

– Не шути так. Мы ведь хотим все выяснить…

– Хорошо, – перебил я. – Хотите выяснить? Пожалуйста. Мне дали задание, которое никогда не давали черту. Если бы не Альена, то мне вряд ли удалось бы с ним справиться. Полагаю, что ей тоже может понадобиться моя помощь. Вместе мы можем действовать очень эффективно. А на Земле сейчас настают такие времена, что если мы не хотим исчезнуть вместе с людьми, то нам надо действовать очень и очень эффективно.

– Это все? – поинтересовался Войстрер.

– Да… нет… Не все. Она мне просто нравится. И мне не хотелось бы с Альеной расставаться. Мы подружились. Этого достаточно?

– Черт, – фыркнул Трегор. – Кто бы говорил о дружбе. Господин Войстрер, он же просто хочет воспользоваться ситуацией и влезть в доверие к девочке, а потом подстроить что-нибудь.

– Вот как? – вперед выступила Альена. Я узнал знакомый блеск в глазах и посочувствовал Трегору. Несчастный. Похоже, ей сейчас, так же как и мне, было абсолютно плевать, кто перед ней. – Значит, я дурочка, которую каждый, кому не лень, может обмануть и влезть мне в доверие?

– Нет, – смутился Трегор. – Просто ты еще очень молода и не можешь…

– Я молода? – Да, похоже, Трегору всерьез удалось рассердить Альену, если она перебила собеседника. – Ну что ж, возможно. Зато коварный и подлый черт, что втерся ко мне в доверие, просто опытный соблазнитель и совсем не молодой даже. И опыт у него, конечно, не чета моему.

Трегор сморщился и покосился на меня.

– О подлости чертей известно давно и всем. Так что возраст тут ни при чем.

– Если все, то не я! – отрубила Альена. – Так, кажется, говорил Сын Божий?! Почему же вы повторяете то, что говорит толпа? Мне кажется, что я сама могу распорядиться своей жизнью и довериться тому, кому хочу, а не тому, на кого укажет мне кто-то!

– Так оно и есть, – ласково пропел Трегор. – Но для начала надо немного подрасти. Вот будешь ты совершеннолетней, тогда пожалуйста. А пока… ваше решение слишком поспешно и необдуманно. Поймите, мы же заботимся только о вас.

Все. Карты раскрыты. Трегор – наш враг. «Мы заботимся только о вас» – так обычно говорят те, кому на этих «вас» глубоко наплевать. О себе они заботятся. И только о себе.

– Прошу прощения, что вмешиваюсь, – вежливо сказал я, – но, господин Трегор, позвольте заметить, что я не давал вам права заботиться обо мне. Таким правом обладают только мои родители, дядя и друзья. Я, в свою очередь, тоже забочусь о них. Вы, насколько мне известно, не мои родители, не мой дядя и не мой друг. Поэтому прошу вас перестать обо мне заботиться. Позвольте мне совершать мои глупости, если вы считаете, что то, что мы с Альеной замыслили, глупости.

– Это уже неуважение!

– Трегор, – тихо попросил Войстрер, – не шумите. Мне тоже не понравилось бы, если бы кто-то помимо моей воли взялся определять, что для меня лучше, а что нет. Мальчик прав.

– Господин Войстрер, неужели вы поддержите эту… эту глупость?!

– Докажите мне, что это глупость, и я подержу вас.

– Но… – Трегор даже растерялся. – Но ведь ясно, что черти и ангелы не могут просто действовать вместе!