Лилии на ветру - Лана Ежова

Кирилл невозмутимо слушал Полину, как будто ее слова его не касались.

– В том, что Лиля росла в изоляции, виноваты вы, – наконец произнес мужчина. – Объясните, зачем душили ее своей опекой, поили транквилизаторами? Не проще было показать целителю?

Как игрок в покер, ведьма хорошо скрывала свои эмоции. Лишь какая-то неуловимая печаль, мелькнув, быстро ушла из ее глаз, оставив там холод.

– На то была причина. Сейчас это уже неважно, поэтому не требую беречь ее тайну. У моей внучки от рождения задатки по двум направлениям – пиромагия и некромантия. Но когда в семнадцать лет Лиля спалила людей и стала бояться огненного Дара, перед ней остался лишь один путь. Если бы я показала ее целителю, Совет узнал бы о задатках некромантки и заставил бы развивать способности. Я не хотела, чтобы наследница рода пошла дорогой деда-некроманта, и сделала все, чтобы не допустить этого.

– Мы не в Средневековье, сейчас работа темных уважаема и хорошо оплачивается. Но вы все равно на долгие шесть лет обрекли внучку на несчастье?

Услышав удивление в голосе Кирилла, девушка с интересом на него взглянула. Он был бы не против, стань она некроманткой? А как же тот факт, что оборотни плохо переносят темную магию, не уважая и побаиваясь ее носителей? Хотя Кир, если бы о нем стало известно широкому кругу, и сам в некотором роде был бы если не парией, то объектом пристального и не всегда доброжелательного интереса традиционных магов.

Полина Ивановна вздохнула и поставила нетронутый чай обратно на поднос.

– Темных мало, они вечные «затычки», когда какая-нибудь гадость прорывается в наш мир из других измерений. И при этом они одиноки, не поняты окружающими, да и умирают раньше стихийников. И умирают отнюдь не в постели. – Ведьма помолчала, добиваясь эффекта напряженного внимания. – К примеру, мой муж, дед Лили, отправился в горное село упокаивать восставшее кладбище. И угодил в ловушку, избежать которой ему не помог ни Дар, ни темные сущности, состоящие у него на службе. Сутки его пожирала нежить. Живьем. Я похоронила одни кости, да и то часть потерялась.

Бабушка рассказывала о семейной трагедии, как о чем-то банальном, далеком и забытом. Но Лиля знала, как она любила деда, как поседела за одну ночь, когда пришло известие, что муж мертв. С того момента ее больше не заботила внешность, а уж когда погибла единственная дочь, старость окончательно наложила на нее свою лапу. И если полчаса назад, открыв двери похорошевшей бабушке, Лиля испытала досаду и возмущение, то теперь ей было стыдно. Полина имела право на личное счастье, и, если пошла на риск, проведя ритуал второй молодости, внучка станет последней, кто осудит ее за это.

– Ты не рассказывала, как погиб дед. – Голос младшей Макаровой дрогнул. – Теперь понимаю, почему ангел Смерти считает себя его должником. Он не смог помочь деду, когда тот в нем нуждался. Ужасная смерть…

И вот тут хозяйка квартиры впервые утратила контроль над эмоциями. Она испугалась.

– Ты снова общалась с прислужниками Смерти? Но как? Ты выбрала свое призвание и больше им неинтересна!

– Ангел сказал, что задолжал деду три жизни и я, как его наследница, имею на них право.

– Долг ли это? Вдруг ловушка? – усомнилась бабушка и горько добавила: – Подобные подарки делают не просто так. Боюсь, детка, когда-нибудь тебе придется за них расплачиваться.

Лиле стало не по себе. Ей и в голову не приходило, что древний мог с ней играть. Шесть лет назад нежданный спаситель, принявший облик деда, целиком завоевал ее доверие. Разве можно заподозрить в коварстве того, кто подарил жизнь?

– Зачем вы снова ее пугаете? – неодобрительно произнес Кир. – Хотите сделать из внучки параноика? Зачем искать подвох, где его нет?

– Вы не понимаете, о чем говорите, Кирилл. Но раз у нас откровенный разговор, то посвящу вас в тайну Лилиного рождения. Она не только внучка темного мага, но и дочь.

Девушка подалась вперед, впившись взглядом в бабушку. О чем она? Ее отец был простым человеком без малейшей капли магии, и она до сих пор билась в догадках, как мамины родители разрешили дочери выйти замуж не за полуночника. А теперь Полина Ивановна вдруг заявляет, что ее родитель – темный маг?!

– Да, детка, твой биологический отец – некромант из рода не менее древнего, чем род Савельевых. Ты – дитя договорного брака двух семей, решивших усилить кровь.

Лиля почувствовала, как реальность затрещала по швам. Нет, голова у нее не кружилась, в обморок падать ей не хотелось. Просто возникло странное чувство, что все вокруг фальшь. Все ее детские воспоминания об отце в один миг перечеркнула бабушкина откровенность. Человек, который совершал с ней вечерами длинные пешие прогулки и засыпал подарками, когда возвращался из очередной командировки, не ее отец? Но ведь она помнила его радость, когда бросалась ему на шею после разлуки, помнила искренность, с которой он заботился о ней. Разве таким может быть отчим?! Мысль, что ее обманывают, придумав историю с папашкой-темным, даже не пришла ей в голову. Бабушка никогда ей не лгала, умалчивала о чем-то – да, но никогда не лгала.

Видя, что внучка ошарашена и не спешит с вопросами, Полина продолжила:

– Я была против брака единственной дочери с непутевым магом, который даже не оценил, какое сокровище ему досталось. Но что я могла, когда Инга легко поддалась уговорам и приняла свою судьбу? – Ведьма пожала плечами. – После заключения брака прошло около двух недель, когда молодой супруг неожиданно стал самым сильным магом среди своих родных – его отец-тиран умер. Подумав, он предложил жене разойтись, ведь нежные чувства между ними так и не возникли.

Вскоре Инга поняла, что находится в доброй надежде. Сообщать о беременности бывшему супругу не стала – тот уже готовился к свадьбе с подругой детства, и твой дед одобрил решение дочери. Согласно брачному договору мальчик, родившийся от заключенного союза первым, доставался роду отца. Уступать внука дед не хотел, поэтому и не препятствовал новому замужеству Инги. Его даже не смущало, что избранник дочери не принадлежал к миру Полуночи.

– Прямо бразильский сериал, – съехидничала Лиля. – Ба, не хочешь назвать фамилию моего настоящего отца? А то начинаю нервничать, вдруг сейчас заявишь, что Кир – мой брат?

Данилевский хмыкнул:

– За это не переживай, солнышко. Мой отец, даю гарантию, не темный маг.

– Велигор. – Ведьма с интересом наблюдала за реакцией молодых людей: Лилино лицо отобразило смущение и неприязнь, оборотень не мог скрыть удивления и недоумения.

– Велигоры – жгучие брюнеты, Лиля совсем на них не похожа.

Девушка благодарно улыбнулась Кириллу. Об этой фамилии даже она слышала немало непривлекательных сплетен. Эдакая семейка Адамс в роли родни ее не прельщала.

– Лиля внешностью пошла в Макаровых, в мой род, а вот способности могли достаться от Велигоров и Савельевых.

– Вы думали, что подобной историей отпугнете меня? Напрасно. Неважно, кто Лилины родители, важно, кто она сама. Да будь ее отец хоть демоном, я все равно сделал бы ей предложение. Полина Ивановна, вы благословите наш союз? – Кирилл поднялся с кресла.