Сердце волка - Анна Шнайдер

— Достаточно. — Он махнул рукой на свободный стул. — Эллейн разрешила. Мне нужно место, чтобы работать. Отдельное.

И тут мне впервые пришла в голову мысль…

— А где ты живёшь?

Да, действительно, почему раньше я об этом не задумывалась? Ведь Рат живёт во дворце, хотя у него вроде есть квартира и в городе, а вот Дрейка я никогда не видела в замке…

Эльф обернулся и, ехидно ухмыльнувшись, спросил:

— В гости хочешь?

Я вздохнула.

— Нет. Просто…

— Я понял. Нигде я не живу. Раньше жил во дворце, но четыре года назад ушёл оттуда. Точнее, уехал. Вместе с родителями и старшим братом. Мы отправились в Эйм, к Повелителю тёмных эльфов. Родители и Мирей так там и остались, а меня позвала Элли. Сюда, в школу. Я живу в одной из городских гостиниц, если тебя это интересует. Во дворец возвращаться не хочу.

— Почему? И почему вы уехали четыре года назад?

— Ронни, — Дрейк усмехнулся, но совсем иначе, нежели раньше, — тебе никто не говорил об этом, я знаю. Не специально… Просто мы почти не разговариваем про Лил между собой.

— Лил…

— Она была моей младшей сестрой.

Я молчала несколько секунд, не зная, что сказать.

Как много изменила одна маленькая смерть, по сути оказавшаяся испытанием для их дружбы, которая, кажется, так до сих пор до конца и не склеилась.

— Она была очень доброй. Мирей считает, что даже слишком доброй. Он полагает, она зря пожертвовала собой ради Эдвина.

— А ты? Ты тоже так думаешь?

— Нет. — Дрейк покачал головой. — Лил и Грэй пытались завести ребёнка очень долго. Так всегда случается, если у человека и эльфа рождается не эльф, а человек. Наша мама — человек, Ронни. И Лил тоже была человеком. Самым обычным, без магии. Поэтому и не могла забеременеть почти десять лет. Чего она только не перепробовала… — Дрейк прикрыл глаза и отвернулся, словно не хотел, чтобы я видела его слабость. — Я помню… Эдвин значил для Лил очень много, даже когда был просто червячком в её животе. Она с ним разговаривала, читала сказки, представляла, каким он вырастет. Сестра не могла поступить иначе. Я объяснял это Грэю, но он ничего не хотел слушать и обвинял в случившемся Эллейн.

— Они помирились. Ты знаешь?

— Знаю, — Дрейк кивнул. — Четыре года до него доходило… и дошло только благодаря тебе. Надеюсь, что в случае с тобой он не будет таким тугодумом.

Я почему-то смутилась и медленно опустилась на один из стульев. Села полубоком, чтобы эльф не видел моего лица, но не очень помогало — кожей я ощущала его взгляд, который колол меня сотнями маленьких иголочек.

— Я слышал, что ты сказала Рату.

Дрейк словно ждал моего ответа — но я молчала.

— Не обижайся на него, Рат просто беспокоится о друге… как и все мы. Грэй заслуживает счастья. И я верю — ты можешь сделать его счастливым. Потому что любишь именно его, а не его отношение к тебе.

Я кивнула и решила срочно переменить тему — обсуждение нашего с Грэем будущего меня смущало.

— Дрейк… Я хотела сказать тебе кое-что, — я закусила губу. — Это касается ритуала…

— Да?

— У меня есть шанс погибнуть. Во время ритуала мне придется задействовать не только магию Разума, но и остальные свои ресурсы. Поэтому…

— Не тяни, Ронни, — Дрейк поморщился. — Что я должен сделать?

— Не должен. Если ты согласишься… Есть одно средство. Но оно свяжет нас навсегда. Мы будем чувствовать друг друга, какое бы расстояние нас ни разделяло. И если мне станет очень плохо, я смогу утянуть у тебя немного сил — как раз для того, чтобы остаться живой. Если ты согласишься… мы станем побратимами.

Несколько секунд Дрейк молчал, а затем вдруг запрокинул голову и расхохотался. Только его смех весёлым мне почему-то не показался. Было в этом жесте что-то театральное.

— Побратимами, значит… — отхохотавшись, процедил эльф. — Что ж, ладно. Я согласен. Надеюсь, это не значит, что я умру, если умрёшь ты?

— Нет, конечно. Тогда я сегодня всё приготовлю, завтра побратимся, — я улыбнулась. — А ещё через несколько дней проведём ритуал.

— Какой тебе ритуал?! Ты недавно только с постели начала приподниматься! Сдурела?!

Я поморщилась.

Н-да, Рональда, а ты уверена, что хочешь приобрести братца с таким жутким характером? В конце концов, у тебя уже был Джерард…

— Дрейк… Не кричи так, пожалуйста. Ничего со мной не случится. Я полностью восстановилась. А если мы не поторопимся, то вся подготовка пойдет насмарку.

— Да и кхаррт с ней!

— Дрейк!

Я не выдержала и рассмеялась. Почему-то, чем больше я с ним общалась, тем меньше опасалась. И на смену напряжённости приходила лёгкость.

— Ну и что ты ржёшь? Если тебе станет плохо, Эллейн и император с меня шкуру сдерут. Я уж не говорю о Грэе…

— Плохо мне станет в любом случае, сколько бы времени ни прошло. Так что… не стоит тянуть.

Дрейк вздохнул и покачал головой.

— Тебе никто не говорил, что ты переупрямишь самую рогатую козу на свете?

Я фыркнула.

— Никто. Говорить такие вещи — твоя прерогатива, Дрейк.

Я увидела, что уголки его губ дрогнули в подобии улыбки, и улыбнулась сама, стараясь не показывать свой страх перед будущим ритуалом.

Страх — не то чувство, которое нужно показывать.

Я вернулась во дворец в хорошем настроении — хорошо, что мы с эльфом всё же смогли договориться насчёт ритуала. И, поднимаясь по лестнице, изо всех сил старалась не обращать внимания на стражников, что двигались за мной по пятам, словно преданные тени.

Как Эдигор так живёт?..

На одной из лестничных площадок, у окна, стояли три молоденькие служанки. Они привлекли моё внимание, потому что хихикали и возбуждённо шушукались, глядя во двор.

— Ух ты!

— Ах!

— Нет, посмотри, какой… А какая…

— Что — какая? Ну! — и звонкий смех.

— Грудь! — выпалила одна из служанок и покраснела. — Ой! Он же его чуть не убил!

— Скажешь тоже! Станет император убивать сына! Они просто тренируются!

Сына?

Я заинтересованно развернулась к окну, несколько мгновений прислушивалась к взволнованному щебету на тему «ах, какой мужчина», а затем решительно зашагала вперёд, намереваясь собственными глазами увидеть принца Интамара.

Служанки обернулись и уставились на меня сначала с недовольным недоумением, а затем почему-то — со страхом.

И почтительно присели.

— Леди, — произнесли хором, мучительно покраснев.