Сердце сокола - Вера Эн

Глаза у Перлы метали молнии, но этим оружием Алехо было не пробить. Удар по колену и разлившаяся по ноге боль, как ни странно, вытравили из его груди безумие и напомнили, что мертвая Перла будет ему совершенно бесполезна. Нет, он должен действовать хладнокровно и выпытать всю ее подноготную. Тогда, быть может, он наконец найдет на регента управу и избавит близких людей от его подлостей.

Поняв наконец, что ей действительно никто не придет на помощь, Перла кивнула и еще раз прожгла Алехо ненавидящим взглядом. Но ее ненависть и беспомощность лишь придавали ему силы: наконец-то она была в его руках, а не наоборот! И уж он ее не выпустит!

Он убрал ладонь с ее губ и тут же услышал взбешенный голос сеньориты Марино.

— Вы спятили, капитан, и вы ответите за свое нападение! И даже ваше полоумие не избавит вас от петли — поверьте, я об этом позабочусь!

Казнь через повешенье применялась в Эленсии исключительно для простолюдинов, и Алехо вспомнил о шантаже Перлы и ее издевательствах. Пальцы сомкнулись сами.

— Неверный ответ, сеньорита Марино! — проговорил он. — Я спрашивал, какие отношения вас связывают с регентом. Какие поручения он вам давал. И какую роль вы играли в сегодняшнем нападении на инфанту и герцога Веларде.

Перла икнула, и глаза ее стали вдвое больше обычных.

— К-какое нападение? — сквозь сдавленное горло прохрипела она. Алехо нахмурился, не понимая, почему в сердце застучала тревога.

— Вот вы мне и скажите, сеньорита Марино! — раздражаясь на самого себя, потребовал он. — Кто хочет убить инфанту? С какой целью? Каким образом ваш человек проник сегодня в ее комнату и там ударил ножом герцога Веларде? У меня после этих событий почти закончилось терпение, и я не уверен, что сумею простить хоть одну вашу ложь.

В чем Перле нельзя было отказать, так это в сообразительности. Алехо прямо видел, как заметались в ее голове мысли, ища лазейку в безвыходной ситуации, и услышал ровно то, на что и рассчитывал.

— С чего вы взяли, что я имею ко всему этому отношение? — выдавила она, уже не дергаясь и только буравя Алехо черными глазами. Умная девочка. Но только на него ее приемы уже не действовали.

— Я видел вашу переписку с Керрилларом! — понимая, что придется раскрывать и свои карты, сообщил Алехо. — Собственными глазами! — тут уже приврал он. — Надо лучше прятать свой дневник, сеньорита Марино, если не желаете, чтобы другие могли ознакомиться с вашим богатым внутренним миром.

Перла дернулась с такой силой, что едва не вырвалась из плена. Отвесила Алехо пощечину и разразилась ругательствами, какие не каждая портовая шлюха знает.

Алехо дал ей возможность выплеснуть свою злость, потом тряхнул, словно тряпичную куклу. Глаза у сеньориты Марино после такого воспитательного действа застекленели, а рот наконец закрылся, позволив Алехо повторить свой вопрос о ее связи с регентом.

Однако ответ его совсем не порадовал.

— Вы кретин, капитан; впрочем, что еще можно было ожидать от помойной крысы, подобной вам? Вас научили читать, но на большее вашего ума не хватило! Иначе вы в первую очередь задались бы вопросом, по какой причине я решила сохранить именно эту записку, избавившись от всех остальных! Вероятно, вы решили, что я любуюсь ею при свете луны? Или, быть может, украдкой целую, тоскуя о Кинтине Керрилларе в объятиях его величества?

В душе у Алехо заскреблись сомнения. Они и раньше там были, но случившееся с Сантьяго несчастье вынудило его отринуть здравый смысл и найти виноватого немедленно. Вопреки тому, что лежало на поверхности и чем Перла сейчас так легко побила все его козыри.

Глупо хранить улику против себя, а Перла не была глупой. И тогда по всему выходило…

— Это не ваша записка, — выдохнул Алехо, разжимая палыды. Сеньорита Марино хмыкнула, но мужественно не двинулась с места.

— Браво, капитан, первая разумная мысль за время нашего с вами знакомства, — заявила она, и Алехо вдруг подумал, что безумно устап от подобного тона и экзерсисов в остроумии. Во дворце словно бы существовало негласное правило, согласно которому общаться друг с другом можно было исключительно языком сарказма и уничижения. Сеньорита Марино, едва поступив на службу, выгодно отличалась ото всех, изображая из себя наивную восторженную простушку. Алехо на нее и клюнул, желая хоть немного передохнуть от постоянной враждебности. Ошибся. И сейчас ошибся снова. И кажется, этот промах станет для него последним. — Хотела бы пожалеть вас, но вы слабы, а я не люблю слабых мужчин, — продолжила между тем закреплять свою победу Перла. — Буду рада избавиться от вас раз и навсегда. Впрочем, я не столь кровожадна, как вы, а потому дам вам возможность спастись. Убирайтесь из замка, капитан Руис Дельгадо, — прямо сейчас, немедленно! Смените имя, а лучше и страну! Потому что завтра с утра я расскажу его величеству обо всех ваших прегрешениях, и тогда…

Она подавилась последними словами, поскольку Алехо снова сжал ее горло, не давая вдохнуть. Злости в его душе уже не было, только решимость.

— Откуда у вас эта записка, сеньорита Марино? — почти добродушно поинтересовался он, но вряд ли Перла могла обмануться относительно его намерений. — Только не стоит мне лгать: вы же сами понимаете, сеньорита Марино, что мне нечего терять, а значит, я не откажу себе в удовольствии рассчитаться напоследок и с вами. Ну же, смелее, я жду от вас правду!

— Алехо! Алехо! Ну что ты, мальчик! — до предела взволнованный голос, раздавшийся от двери, мог принадлежать только падре Овидио. Алехо мысленно чертыхнулся, не желая ничего объяснять, и даже стряхнул с плеча положенную на него старческую руку. Падре покачал головой и, снова коснувшись его руки, заговорил о спасении души, но Алехо впервые в жизни отказался его слушать.

— Вы выполнили свою миссию, падре, когда привели меня к Сантьяго! — жестко ответил он и кивнул в знак благодарности. — Так не мешайте же мне исполнить мою и получить от этого демона в женском обличье хоть какую-то пользу!

Он снова обернулся к Перле, которая явно увидела в лице появившегося священника спасение. Но спасение для нее могло быть только одно, и оно столь явно отразилось в лице Алехо, что Перла не стала больше сопротивляться.

— Я нашла эту записку в томе «Айвенго», взятом в библиотеке! — быстро выговорила она и прищурилась. — Сомневаюсь, что вы знаете, что это и где это, капитан, но больше мне нечего вам сказать. Будьте любезны убрать свои отвратительные пальцы от моей шеи, иначе мне придется усомниться в том, что вы вообще мужчина!

Алехо отдернул руку так, словно в той неожиданно оказалась ядовитая змея. Внутри возникло почти непреодолимое желание вытереть ее, но Алехо только признательно улыбнулся и с почти незаметной издевкой пожелал сеньорите Марино доброй ночи.

— Уверена, она будет куда добрее вашей! — усмехнулась ему в спину Перла, но это ее заявление взволновало Алехо куда меньше, чем встреча с поджидавшей его за дверью Эстерситой.

— Сеньорита Флорес помогла мне подняться по лестнице, — объяснил падре Овидио ее здесь появление. — Мне показалось, что тебе может понадобиться мое участие. Ты был так расстроен.