Мы - есть! Вера - Иар Эльтеррус

Гварды, принадлежащие, судя по узорам кожи на лицах, всем четырем Гнездам, выстроились длинными рядами, встречая делегацию ордена Аарн. Дварх-адмирал Кир-Ванег удивленно приоткрыл пасть, не понимая, что здесь вообще происходит. С какой стати в главном гнездовом зале Стасского Гнезда собрались высшие управленцы четырех Гнезд? Да и старшие офицеры флота тоже здесь.

Какая-то мрачная торжественность висела в воздухе, казалось, все вокруг застыло в ожидании чего-то непонятного. Непонятного, но изменяющего саму суть жизни Гнезд Гвард. Кир переглянулся с Семеном, тоже изумленно смотрящим на выстроившихся рядами ящеров. Все они чего-то ждали, эмпаты ощущали это ожидание, и им было несколько не по себе.

«Что происходит, Кир?» – мрачно спросил Семен, внимательно оглядывая бесконечные ряды гвардов.

«Не знаю… – растерянно ответил дварх-адмирал, то и дело выпуская когти. – Мне это не нравится».

На этот раз представителей ордена было только двое, и они не думали, что может случиться что-нибудь необычное. Однако, случилось. Вот только что именно? Даже ехидные обычно двархи растерянно взирали с крейсеров и боевых станций на застывших по стойке смирно гвардов. Они, конечно, начали считывать память кое-кого из высших офицеров Гнезд и управленцев, но те и сами не знали, с какой стати им приказали собраться в гнездовом зале.

Семен размышлял. После неудачи с захватом базы темных отцов орден начал давить на Родителей Гнезд, надеясь, что они не станут вмешиваться в дальнейший конфликт. Однако те не говорили ничего, только потребовали доказать возможность излечения бесплодия. Кир-Ванег согласился.

Двенадцать бесплодных молодых гвардов, по трое от каждого Гнезда, отправились на «Белую Зарю», где Целители уложили их в ти-анх. Правда, запрограммированный только на исправление генетического дефекта, из-за которого те оказались не способны на размножение. Только после этого не понимающий причины такой заинтересованности Кир-Ванег ознакомился со статистикой рождаемости в Гнездах за последние сто лет.

Дварх-адмирал пришел в ужас – за столетие количество его сородичей уменьшилось почти втрое, они стояли на грани демографической катастрофы. На множестве планет осталось всего по нескольку тысяч населения. Над каждым способным к размножению родителем буквально тряслись. Генетики Гнезд работали, как безумные, пытаясь понять причину своих бед, но ни одному из них не удалось даже разобраться в сути происходящих генетических изменений. Кир попросил Марсарха объяснить ему, в чем дело. Как оказалось, дефект скрывался на столь глубинном уровне ДНК, что до него сумели добраться только ученые ордена. Да и то с помощью двархов, разумных биокомпов и нанотехнологий.

После возвращения исцеленных гвардов домой их проверили и поняли, что орден не обманул. Вместо двенадцати бесплодных в Гнезда вернулись двенадцать молодых родителей. Ванег-Саар попросил у дварх-адмирала пять стандартных дней на размышления. Кир-Ванег, которому очень не хотелось новой войны, дал их. И вот, наконец, долгожданная встреча на высшем уровне. Не только с Ванег-Сааром, но и с Родителями остальных трех Гнезд. Транспортные корабли в эти дни прибывали к Ранка-Даа тысячами, такого столпотворения на орбите здесь не видели сотни лет.

– Родители Гнезд Гвард приветствуют посланников ордена Аарн! – прогремел над гнездовым залом голос Ванег-Саара.

– Орден Аарн в нашем лице приветствует Гнезда и их Родителей! – поклонился дварх-адмирал. – Вы просили на размышления пять стандартных дней. Эти дни миновали. Мы ждем вашего ответа.

– Ответ сейчас будет дан, – заговорил Павен-Марет, новый Родитель Оринского Гнезда. – Перед тем мы хотим поблагодарить орден за то, что вы дали нам надежду. Знакомы ли вы со статистикой рождаемости, дварх-адмирал?

– Знаком, – тяжело вздохнул Кир-Ванег. – Теперь уже знаком. К сожалению, ни один из гвардов ордена не задумывался над происходящим, а то помощь была бы оказана давно. Проблема решена нашими генетиками почти тысячу лет назад.

– Почти тысячу лет… – мрачно повторил за ним очень толстый гвард, Родитель Роемского Гнезда.

– Вы знаете, что в орден попадают в основном изгои, – вступил в разговор Семен. – Мы считали, что вам просто выгодно держать нас бесплодными и в черном теле. Потому не особо задумывались о ваших проблемах, не могли простить.

– Это я способен понять, – иронично приоткрыл пасть Ванег-Саар. – Но теперь вы знаете, что у нас происходит, и почему наше общество столь жестко организовано.

– Да, – кивнул дварх-адмирал. – Теперь знаем. Гнезда на грани вымирания. Согласно расчетам социоматиков, до полного разрушения общественной инфраструктуры вам осталось не больше ста двадцати стандартных лет. Если, конечно, не будет принято никаких радикальных мер.

– Вы уверены в этой цифре? – спросил молчавший до того Родитель Сееванского Гнезда, Фараш-Чарен, одновременно мрачно покосившись на какого-то средних лет гварда.

– Мы могли и ошибиться в расчетах, – поморщился тот. – Но даже если и ошиблись, то всего на тридцать циклов. Нам казалось, что у Гнезд есть еще как минимум сто пятьдесят средних циклов…

– Это уже не имеет значения! – резко махнул рукой Кир-Ванег. – Мы можем вам помочь. Но наша помощь имеет свою цену, и вы ее знаете. Ждем вашего ответа.

Все четверо Родителей одним движением поднялись на ноги и отошли в сторону. Откуда-то из-за их скамей начали выходить старые гварды. Очень и очень старые. Единственным, что отличало их от других ящеров преклонных лет, оказалась расцветка лиц. Кожа на них была черной!

– Я – Тесеш-Вагрин, глава клана Темных Отцов, – проскрипел почти высохший от старости гвард, которого поддерживали под руки два ящера помоложе. – Мы сдаемся и сдаем ордену Аарн все наши базы, поселения, верфи и флоты в обмен на решение проблемы бесплодия. Прошу оставить в распоряжении Гнезд наши научные лаборатории. Насколько я понимаю, мы будем казнены?

– С какой стати? – изумленно приоткрыл пасть Кир-Ванег. – За кого вы нас принимаете? Мы требуем только сдать боевые корабли и верфи, все остальное можете оставить себе. И казнить вас никто не собирается, вы верно служили своему народу, так служите ему и дальше.