Битва титанов. Несущие смерть - Маркус Хайц

Флагур отреагировал мгновенно. Подскочив к врагу, он всадил оба альвийских клинка Нагзору в живот. Острые лезвия пробили доспех, и Бессмертный закричал от боли.

— Вот что чувствовали мои воины, альв, — с наслаждением произнес убариу, проворачивая клинки в ране. Его розовые глаза вспыхнули. — Познай же боль, ублюдок! Мучайся, пока не подохнешь!

Но чары вновь утратили силу, и Бессмертный упал на землю. Заревев, словно дикий зверь, он выдернул свои же мечи из тела и атаковал ими Флагура.

Его движения были настолько быстрыми, что невозможно было понять, что же Нагзор делает. Клинки начали вращаться, будто лопасти ветряка, и убариу осел в пыль, поглотившую его, словно вода.

— Так я и знал, — пробормотал Родарио. — И вновь я один на один с каким-то безумцем. Как тогда в Пористе…

Отпрыгнув, альв вытащил из кошеля бриллиант. Латная перчатка сомкнулась на изумительной красоты камне, послышался хруст.

— Убейте его! — завопил Тунгдил, прыгая вперед.

Он слышал, как альв что-то произносит на своем наречии, плетя заклинание. Зирка и Родарио атаковали Нагзора с двух сторон, чтобы помешать ему.

Но тут бриллиант вспыхнул.

Яркие лучи света пробились из-под латной перчатки и упали на стену туннеля. Тионий сделался прозрачным, а потом и плоть. Тунгдил увидел кости руки альва.

Подняв кулак, Бессмертный направил кулак на Лот-Ионана.

Гном не сомневался в том, что сейчас луч попадет в его приемного отца.

— Враккас, помоги! — Набычившись, он прыгнул вперед, целясь топором в запястье врага.

И он попал!

На мгновение Тунгдил почувствовал сопротивление доспеха и костей, и отрубленная рука упала в пыль. Сияние бриллианта погасло.

Завопив, Бессмертный атаковал гнома.

Тунгдил еще успел поднять топор, но лезвие легко пробило рукоять и, взрезав наруч и плоть, застряло в кости предплечья. Если бы гном не парировал вовремя, то лишился бы руки.

Вскрикнув от боли, Тунгдил отшатнулся. Пальцы сами собой разжались, и он выронил оружие.

Но Зирка не бросила его в беде. Закрыв любимого собственным телом, она напала на альва, чтобы отогнать его от Тунгдила. Тем временем Лот-Ионан и Родарио отчаянно шарили руками в пыли, пытаясь отыскать отрубленную руку с бриллиантом.

Подземная не могла сравниться с альвом. Ему достаточно было одного ложного финта, чтобы всадить ей клинок в левое плечо. Бессмертный дернул руку вверх, взрезая ключицу. Девушка, не издав ни звука, повалилась в пыль.

— Нет! — Ослепленный яростью, Тунгдил двинулся к альву.

Нагзор уже ждал его, занеся оружие для последнего, смертоносного удара.

— Я нашел! Нашел! — Родарио поднял отрубленную руку, ударил ею о стенку вагонетки, чтобы разжать пальцы, и ловко перехватил камень.

Лот-Ионан благоговейно принял волшебный бриллиант. Камень утратил былое совершенство — в нем виднелись темные и светлые пятна, и магу даже показалось, что он заметил на его поверхности трещины. Хватка альва не пошла ему на пользу.

— Паландиэль и Ситалия, прошу вас, помогите мне, — взмолился чародей, пытаясь ощутить силу, скрытую в бриллианте.

Тунгдил, добравшись до Бессмертного, обнажил кинжал и нанес удар прямо в рану. Но не попал. Альв успел отреагировать и всадил клинок гному в левый бок. Лезвие, пробив кольчугу и ребра, вошло в сердце.

Кровь Златорукого словно превратилась в горячую лаву, гнома бросило в жар, и только сердце похолодело.

— Твою смерть зовут Нагзор Инасты, — торжественно произнес альв, выдергивая меч из раны.

Темная гномья кровь хлынула по доспеху и оросила пыль на полу.

— Я отнимаю у тебя жизнь, подземыш. Не будет могилы твоему телу, не будет покоя твоей душе. И горе Потаенной Стране, когда я вернусь.

— Я… — Тунгдил упрямо опустил голову. Он успел сделать еще два шага вперед и поднять кинжал. — Зирка… — У ног альва он упал на колени, по горло погрузившись в пыль.

Холод объял все его тело, сознание гнома заполонила тьма, и альв, слившись с тенью, сделался невидимым. Златорукий повалился на землю.

Родарио видел, как пал его друг.

— Почтенный маг, вы должны что-то предпринять, — севшим ровным голосом произнес он, поднимая оружие. — Я не смогу удерживать его долго.

Лот-Ионан ощущал силу бриллианта, но камень отказывался повиноваться ему.

— Все не так просто, как кажется на первый взгляд, верно?

— Нудин? — Услышав знакомый голос, Лот-Ионан не решался повернуться. Его бросило в холодный пот.

— То, что осталось от Нудина, друг мой.

Сглотнув, волшебник посмотрел на альва, который собирался завершить дело и забрать бриллиант.

Родарио преградил Бессмертному путь, сжимая в руках меч. Он понимал, что падет быстрее, чем все остальные.

Движения обоих противников казались Лот-Ионану невероятно медленными, словно какой-то невидимый кукольник управлял их телами, неторопливо подергивая ниточки, ведущие к рукам и ногам марионеток.

— Ты должен открыться камню, — теперь голос Нудина доносился с другой стороны. — Позволь ему заглянуть в твою душу. Если он посчитает, что ты достоин его силы, то ты обретешь преимущество в бою с Бессмертным.

— Оставь меня, морок! — прошипел маг, пытаясь сосредоточиться.

— Не вполне морок, друг мой, — теперь голос мертвого волшебника доносился уже со спины. — Я продолжаю жить в тебе.

— Как такое возможно?

— Как твоя поясница, Терпеливый? — рассмеялся Нудин. — Побаливает?

Лот-Ионан все-таки оглянулся. Ему показалось, что у разрушенной машины виднеются очертания какого-то человека, но уже через мгновение наваждение развеялось.

— Откуда тебе известно об этом?

— Может, тебе лучше помочь Родарио, чем болтать с призраками из прошлого? — наставительно заметил Нудин. Сейчас его голос доносился со всех сторон. — Бедняга погибнет, а потом альв разрубит тебя на мелкие кусочки.

— Как он сумел использовать камень?

— Подумай об этом позже, Лот-Ионан. Если ты хочешь спасти Потаенную Страну, то сосредоточься, — Нудин помедлил. — Или мне помочь тебе, дружище?

— Нет, — ответ сам собой сорвался с губ волшебника. Смежив веки, Лот-Ионан сжал бриллиант обеими руками, словно пытаясь выдавить из него силу.

Но ничего не изменилось. Послышался крик Родарио, и тело актера глухо ударилось об пол.

— Ты медлишь, старый друг. Нет больше никого, кто мог бы защитить тебя от Бессмертного. Все отважные герои Потаенной Страны повержены, — заметил Нудин. — Мое предложение остается в силе, Терпеливый. Твое знаменитое терпение не пойдет тебе на пользу, в этом я уверен.