Арбан Саеш. (Трилогия) - Сергей Вацлавович Малицкий

— Значит, так оно и есть, — пожал плечами Дан.

— Шаи не могут просто так уйти, — объяснил воин. — Шаи обязательно должны благодарить вас.

— Ну что тут делать? — взглянул Хейграст на Саша. — Как им объяснить, что благодарности нам не нужно?

— Мы должны отблагодарить хотя бы его, — показал на Саша воин. — Шаи всегда отдают долги.

— Хорошо, — неожиданно сказал Саш. — Я знаю, как нас можно отблагодарить. Только отойдем в сторону.

Воин последовал за ним, выслушал слова Саша, просиял и что-то крикнул остальным. Шаи поднялись, чинно поклонились, взяли под узду подаренных лошадей и пошли на восток. Маленький шаи, которого посадили в седло, махал рукою, оборачиваясь, пока высокая трава не скрыла воинов.

— Как ты их сумел спровадить? — удивился Хейграст. — Что ты им пообещал?

— Ничего, — улыбнулся Саш. — Я дал им возможность сделать доброе дело. Неужели тебя не прельщает нечаянная радость?

— Прельщает, — буркнул Хейграст. — Но она никогда не приходит. Вместо радости опять боль, — он кивнул в сторону полосы леса. — В одном дне пути. И где-то там рядом с врагом Леганд. Надо спешить. Едим и выходим. Линга! Растолкай священника!

— И вовсе необязательно, — скинул с головы одеяло Ангес. — Я уже и по запаху чувствую, что скоро завтрак. И это меня очень радует.

— Почему они не поехали верхом? — удивленно спросил Дан у Лукуса.

— Воин шаи не может взять в руки чужое оружие, сесть на чужую лошадь, съесть чужую пищу, — объяснил Лукус. — Этих лошадок ждет долгий и утомительный обряд очищения. По представлениям лесного народа зло не пристает только к детям. Тепло привечаемые путники и друзья могут не догадываться, что после прощания с ними добросердечные хозяева начинают долгий обряд очищения жилища, постелей, посуды. Что делать. Шаи чтят традиции. И, несмотря на то, что от мяса не отказываются, их обряды и обычаи строже и сложней, чем у белу.

— Заал был не таким, — покачал головой Хейграст. — Он с уважением относился к любым верованиям, но не следовал обрядам слепо.

— Ничто не остается неизменным, — заметил Лукус. — Тот, кто не может измениться — умирает. Когда я скрывался от погони в Мраморных Горах, мне приходилось есть летучих мышей и насекомых. Я мог бы следовать своим традициям, и тогда бы сейчас с вами шел кто-то другой.

— Я чувствую, что лес на горизонте осквернен, — Саш поднял голову от чашки с бульоном, оглядел спутников. — И все-таки. Хейграст, Лукус, Дан, Тиир, Линга, Ангес! Как бы не было иногда гадко, всякий раз, когда мы встречаем таких элбанов, как Негос, Свагор, Швар, Агнран, Тремба, Визрул, как эти шаи, дышать становится легче.

— Да, — кивнул, поднимаясь Хейграст. — И именно поэтому мы куда-то все еще идем, и во что-то верим.

— Эй, белу! — раздался возмущенный крик Ангеса. — Так это был не мясной бульон? Как ты сумел меня обмануть? Эл не простит тебе!

99.

Отряд вошел в лес возле огромного эрна, расщепленного до половины молнией.

— Старое дерево, склонившееся перед огнем Эла, — назвала его Линга и спросила, обернувшись к Хейграсту. — Три дороги ведут к Мерсилванду. Первая вдоль русла Силаулиса, там много деревень шаи, и тропа неприметная, но это лишняя дюжина ли. Еще одна дорога — заброшенный тракт, заросший горным кустарником. Вдоль волчьих холмов к Урд-Ану. И здесь лишняя дюжина ли. Это оттуда, — девушка подняла руку и встряхнула клыками арха. — Есть и прямая дорога. Шаи поддерживали ее в порядке. На ней две деревни шаи, в которых, скорее всего, сейчас никого уже нет. Она идет к Мерсилванду по прямой, но если враг остается в этих лесах, именно там он и будет.

— Но и Леганд, если он уже миновал Мерсилванд, пойдет этой дорогой, — задумался Хейграст. — Идем коротким путем. Нам есть, на кого надеяться. С нами Саш, да и пес чутьем не обделен. Сделаем так. Обойдемся без дозора. Впереди поедете втроем. Ты — Линга, Саш, и Дан с Аенором. Мы будем держаться за вами. Лукус, я, Ангес, Тиир. Между нами не более дюжины шагов. В случае опасности замирайте. И тихо! Все понятно?

— Да, — тронул лошадь Саш.

— Дан, — позвал Хейграст мальчишку. — Не забывай, парень, если мы ведем в Мерсилванд Саша, это не значит, что остальные имеют право глупо и безрассудно погибнуть в дороге. Понятно?

— Понятно, — кивнул Дан.

— Ну, и действуй, чтобы я видел твою понятливость, — улыбнулся Хейграст и добавил вслед. — И давай, учись договариваться с собачкой. А то мне иногда кажется, что Аенор пристал к тебе, потому что надеется сам тобой покомандовать. Вперед.

Друзья прошли по кромке лесной чащи около шести ли. Дюжину раз узкие тропы выскальзывали из леса, но Линга продолжала вести отряд к востоку. Наконец девушка остановила Эсона возле куста можжевельника, осмотрелась и направила коня по узкому прогалу в кустарнике, усыпанном блестящими черными ягодами.

— Винные ягоды, — предупредил Лукус. — Смотрите за лошадьми, чтобы ни одна не ухватила ни ветви. А то кому-то придется идти пешком.

— Линга, — догнал девушку Хейграст, когда высоченные деревья закрыли своими кронами небо, а тропинка потерялась среди опавшей хвои и прелых листьев. — Что-то это не похоже на центральный тракт. Мы не заблудились?

Девушка остановила коня, внимательно посмотрела в глаза Хейграсту, затем гордо улыбнулась:

— Ты не сможешь обидеть меня, нари. Отец часто проверял меня. Он завязывал мне глаза, два дня вез через лес, петлял, затем предлагал вывести нас. Я ни разу не заблудилась. Но это было в незнакомом лесу. Здесь я бывала не раз. Мы идем вдоль тракта. Он по правую руку от нас в полуварме шагов. Идти по тракту опасно. Саш сказал, что оттуда пахнет смертью. Там может быть враг.

— Смертью? Что это значит?

— Не преувеличивай мои возможности, Линга, — вмешался Саш. — Я чувствую следы зла, которые давят на меня с той стороны. Но запах смерти — ощущения пса. Он чувствует смерть. И ему это не нравится.

— Опасность?

— Нет, только запах смерти, который дурманит голову, — объяснил Саш. — Но я не смогу предупредить об опасности. Зло забивает все ощущения. Единственное, на что