Клинком и сердцем. Том 3 - Ирина Успенская

- Необычно, — признал Грегор. - И… пожалуй, довольно красиво…

Он заново оценил золотые изгибы, словно напоенные светом камни и резную листву. Айлин это должно пойти! Она такая же… сияющая, солнечная…

- Благодарю, — слегка поклонился фраганец. - Однако это еще не все. Прошу взглянуть…

Его взгляд блеснул лукавинкой, и Грегор нахмурился, а ди Амбруаз приподнял коробку, щелкнул чем-то на ее дне, и у него в руках оказались две одинаковые плоские шкатулки вместо одной высокой!

Бережно отставив ту, где виноградные гроздья купались в лучах света, фраганец открыл вторую.

На бархатной подушке сидели бабочки! Такой же поразительно тонкой работы, как и лоза, с прозрачными крыльями, похожими, как показалось Грегору, на витраж с переплетом из тонкой золотой нити. У самого тельца крылья отливали бледно-розовым, а дальше темнели, становясь сиреневыми, играя всеми оттенками лилового и, наконец, превращаясь в роскошно пурпурные у самых краев. При этом изящно вырезанные крылья трепетали, словно бабочки и в самом деле готовились взлететь. Грегор присмотрелся - и едва не ахнул!

Тело каждой бабочки представляло собой миниатюрную золотую фигурку женщины, одетой только в легчайшую тунику. Мастерство ювелира было таково, что каждая складка на ткани отчетливо выделялась, а сама туника невероятным образом казалась прозрачной, не скрывающей прелесть совершенных форм. Вместо усиков бабочки женщина держала в поднятых над головой руках две тончайшие цветочные ветви, усыпанные крошечными бутонами.

- Поразительно! - выдохнул Грегор, касаясь кончиком пальца одной из бабочек, рассевшихся по черному бархату. Одна, самая крупная, в центре, снизу две маленькие, а наверху еще три среднего размера. И все немного разные! Конечно, оттенки повторялись, но не полностью, отличаясь густотой и переливами. - Они как живые! Только… красивее!

И отдернул палец, потому что бабочка от его прикосновения всплеснула ими еще заметнее, и стало видно, что кайма крыльев усыпана чем-то вроде тончайшей алмазной пыли, сверкающей на солнце.

- Крылья подвижно закреплены, — сообщил ди Амбруаз со сдержанной гордостью. — Как видите, они трепещут при движении… Очень редкая альвийская техника, которую до сих пор никому из человеческих ювелиров не удавалось повторить. Единственный экземпляр такой бабочки, имеющийся в Эдоре, принадлежит ее величеству Лауренсии Фраганской. Мне удалось ознакомиться с ним несколько лет назад, и все это время я мечтал воспроизвести знаменитую альвийскую бабочку. Здесь, как изволите видеть, их целая… хм, стайка. Вот это - указал он на самую крупную - брошь. Эти три предназначены для прически, демуазель может прикрепить их по одной или все вместе. А эти две - съемные пряжки для туфелек!

- Для туфелек? - растерянно повторил Грегор. - Но ведь…

Он хотел сказать, что подол платья всегда закрывает туфельки, показывая разве что самые носки, да и то у смелых кокеток.

- Месьор! - снисходительно посмотрел на него ювелир, уловив невысказанное возражение. - Ведь бывают и танцы! А в них подолы приподнимаются! Уверяю вас, от ножки, украшенной туфелькой с такой пряжкой, не сможет отвести глаз вообще никто! Мужчины - от восхищения, женщины - из зависти!

Грегор представил себе двух альвийских бабочек, легонько бьющих крылышками на… туфельках Айлин. И его бросило в жар. Он даже сглотнул внезапно пересохшим ртом, когда словно наяву увидел это. И еще трех бабочек, запутавшихся в ее волосах… Совсем как та проклятая пчела…

- Прекрасная работа… — повторил он, лишь бы хоть что-то сказать. - Месьор, вы… превзошли мои надежды. Я только не понимаю… Ведь я заказывал один гарнитур… О нет, это не упрек! Просто…

- Но ведь в палате, к которой вы меня столь любезно привели, было две девушки! - невозмутимо заявил ювелир. - Месьор Бастельеро, не мог же я выяснять, какой из двух прекрасных демуазель предназначается подарок. Это было бы невежливо!

Что?! Фраганец мог хоть на мгновение предположить, что Грегор собирается сделать предложение белокурой пышке-иллюзорнице?! Купеческой дочке?

Он уже вспыхнул ядовитым возмущением и вдруг заметил лукавую смешинку в темных глазах фраганца. Ди Амбруаз откровенно веселился! «Да он же это нарочно! - осенило Грегора. - Когда еще ему попался бы настолько щедрый клиент, вдобавок давший мастеру полную волю?! Райнгартен, можно не сомневаться, торговался, да еще и заранее наверняка выяснил про заказ все до мелочей. А я согласился оставить ювелиру свободу - и не прогадал! Альвийские бабочки? Которых больше нет ни у кого?! Даже у фраганской королевы всего одна, а здесь целый набор! Малая парюра… Всеблагая мать, это полностью стоит всего, что я заплатил, даже с лихвой!»

- Впрочем, — вкрадчиво заметил ювелир, внимательно наблюдая за его лицом, — если месьор считает, что это слишком большая роскошь… Мы можем ограничиться одним гарнитуром по вашему выбору, и я с радостью верну вам половину оплаты…

«Конечно, вернет! Потому что любой из этих гарнитуров у него с руками оторвет какой-нибудь королевский дом. Теперь, когда они готовы!»

- Ни в коем случае, —твердо сказал он вслух. - Разумеется, я забираю оба. Пожалуй, виноградный подойдет в качестве свадебного, а бабочки…

- Может быть, на рождение наследника? - подсказал ювелир. - Или просто по какому-то особенному случаю?

- Да, — убежденно выдохнул Грегор. - На рождение наследника. Разумеется!

«А если будет девочка? - спросил он сам себя и тут же решил: - Да какая разница? Это мой первый ребенок, и всех драгоценностей мира не хватит, чтобы отблагодарить Айлин за такой дар. Если родится дочь, бабочки будут очень уместным подарком, это же так… мило. А к рождению наследника я закажу фраганцу еще что-нибудь».

- Я вам очень благодарен, месьор ди Амбруаз! - сказал он, поднимаясь, и фраганец, поняв намек, поклонился, приложив руку к груди. - Надеюсь, могу и в будущем рассчитывать на ваши услуги.

«К Айлин - и немедленно! - решил он, стоило ди Амбруазу покинуть кабинет. - Боги, как дождаться момента, когда я увижу эти украшения на ней в день свадьбы? В день, когда она наконец-то станет моей…»

Он убрал коробку с альвийскими бабочками в ящик стола под замок, взял шкатулку с виноградным гарнитуром и… обругал себя болваном. А где Айлин будет хранить до свадьбы такую вещь? И вообще, нужно ведь немедленно заняться подготовкой! Деньги и положение могут почти все, но даже они не способны сделать месяц из нескольких дней. А нужно заранее пригласить гостей, украсить дом и приготовить угощение. Невесте необходимо платье и еще тысяча всяких мелочей!

Ну что ж, он займется всем этим сегодня же, но сначала - навестить Айлин. Прихватив трость, которую решил забрать домой, Грегор вышел из кабинета и сообщил секретарям, что уезжает. Спустился из башни Архимага, прошел в целительское крыло. И вот здесь его подстерегла неожиданность в виде записки. Умилительно неровным почерком на листке бумаги было написано: «Милорд Бастельеро, я покинула Академию, чтобы подготовиться к известному вам событию в доме моей тети госпожи Элоизы Арментрот. Прошу вас известить об этом милорда магистра Эддерли и остальных преподавателей. Искренне ваша, Айлин Дориан».