Путь домой. Четыре близнеца - Наталья Щёголева

– И часто тебе доводится носить на руках девушек?

– Что!?! – тут же возмущённо встрепенулся юноша и всё его смущение, как ветром сдуло. Взгляд стал пытливее. Но нет, не похоже, чтобы Марианна в самом деле рассердилась. Придя к такому выводу, Жан чуть расслабился и виновато развёл руки, – Я не хотел тебя оскорбить. Но если это всё-таки случилось, прошу прощения. Просто здесь очень сыро… – попробовал он оправдаться.

Но да у Марианны не было ни малейшего желания сердиться, и она не стала это скрывать. Увидев её благосклонную улыбку, Жан окончательно успокоился и, наконец, вспомнил, ради чего всё это затеял:

– Я хочу показать тебе кое-что… Присядь.

И сам Жан тут же присел на корточки. Марианна едва не рассмеялась, но всё же последовала его примеру, но уже в следующий миг её дыхание перехватило.

Она оказалась под туманом! Именно под, а не в тумане. Его редеющая, но всё ещё густая пелена бурлила над головой, но под ней воздух уже был совершенно чист и прозрачен, видна каждая умытая им травинка, каждый камушек. Марианна перевела восхищённый взгляд на Жана и обнаружила, что он тем временем любуется ею. Поймав её взгляд, он тут же смущённо отвернулся, и уже как бы между прочим заметил:

– Ещё несколько минут, и можно будет выпрямиться, и не пройдёт и получаса, как от всей этой сказки не останется и следа.

– Ты так уверен…

– Так бывает у нас…

– В Бетенгтоне?

Жан согласно улыбнулся.

– Это всё же потрясающе, как вы Лаганы умеете улыбаться!

– Что? Как-то особенно? – не понял и потому насторожился Жан.

Марианна кивнула:

– Улыбайся чаще.

В ответ Жан напротив, стал печальным. Он ещё раз окинул взглядом мистический пейзаж и выпрямился. К удивлению Марианны, его голова при этом не скрылась в тумане, оказывается, этот облачный потолок уже достаточно приподнялся. Тогда девушка тоже распрямила колени.

– От сказки не останется и следа… – вслух повторила Марианна, – Как грустно это звучит… Жан, можно задать тебе один вопрос?

– Конечно. Задавай, – кивнул в ответ Жан, но в душу его закралась тревога, он почувствовал, что Марианна хочет коснуться щекотливой для неё, а значит и для него темы, и он угадал.

– Мне очень печально видеть, как вы с Виктором не можете найти общий язык. Вы братья, но такие чужие друг для друга. Скажи, в чём причина?

Во взгляде Жана появилась досада:

– Мы слишком похожи, чтобы спокойно принять существование друг друга. Представь, появилась бы здесь твоя сестра-близнец.

– Это было бы замечательно!

– И так же замечательно, если бы вы полюбили одного человека? – и взгляд Жана стал прямо-таки нестерпимо пытливым, словно вознамерился проникнуть в самую сердцевину души Марианны и там найти ответ.

При таких его словах девушка невольно залилась краской смущения. Вот получается, как он признался! Но это прозвучало с таким сожалением в голосе… Или ей это только показалось?.. Марианна нуждалась в ответе, как в воздухе, и потому даже чуть подалась ближе к Жану:

– Значит проблема во мне?

Юноша нехотя кивнул и отвёл взгляд.

– Ясно! – эхом отозвалась девушка.

Нельзя сказать, что она ожидала услышать что-то другое, но всё-таки… Впрочем:

– А если я решу эту проблему? Сделаю выбор. Тогда вы сможете подружиться? – вдруг выпалила Марианна.

В первый момент Жану показалось, что он ослышался, так сильно его удивили эти слова девушки.

– Решишь?!

– Да… Почему нет? Или я ошиблась, не я… – реакция Жана снова смутила Марианну.

В ответ юноша качнул головой и вдруг рассмеялся:

– Какое же ты чудо, прямо жар птица! Во истину ты так же искромётна, как и твоя музыка! Ради такой девушки можно и горы свернуть! – Жан говорил так искренне, так просто, что Марианна растерялась, у неё даже мелькнула мысль «Ты взялся пошутить надо мной?», а он уже продолжал, – Но, Марианна, не бери на себя труд решить нашу с Виктором проблему, не надо…

– Почему? – сердце темпераментной испайронки жаждало ясности, – Что может быть хуже неопределенности? Так я могу вас от неё избавить. Думаю, чем скорее я это сделаю, тем быстрее всё перегорит, успокоится, сложится… Верно? Или ты не согласен? Ты не признаёшь за мной право выбора?

Жан сокрушённо вздохнул и… решился:

– Марианна, поверь, я только об этом и мечтаю. Мне правда очень хочется, чтобы ты разрешила наш спор. Я уверен, тот, кого ты выберешь, станет для тебя вернейшей опорой, а другой – другом для вас обоих. И в любом случае мы ради тебя жизни не пожалеем…

– Ты всё время говоришь за двоих… – заметила вслух Марианна.

В ответ Жан пожал плечами:

– Я сужу по себе… Ведь мы похожи…

– Как-то уж очень сложно получается, – нахмурилась девушка, – Я предлагаю решение. Ты даже сказал, что очень хочешь, чтобы я сделала выбор, и в то же время ты возражаешь… Прошу, объясни так, чтобы я поняла!

Жан перевёл дыхание, подошёл к Марианне чуть поближе, и казалось, его взгляд проник в самое её сердце:

– На самом деле ты всё поняла верно, за исключением одного – ещё не пришло время выбирать!

– Я так не думаю. Мне… мне всё ясно! – и девушка упрямо поджала губу.

– В самом деле?.. – и в глазах Жана снова заиграл лукавый огонёк, – А мне кажется, что, если бы всё было ясно, ты бы об этом говорила иначе.

– Я тебя не понимаю… – совсем смешалась девушка.

И Жан не сдержал-таки тяжёлый вздох досады:

– Ты просто требуешь, чтобы я сказал тебе кое-что для тебя неприятное.

– Говори! – тут же вскинулась Марианна.

Что ж, Жан перевёл дыхание и решился:

– Проблема в том, что пока ты просто не готова сделать этот выбор! Ты не любишь никого из нас.

– Что?! – Марианна даже отступила от юноши, и её рука сама собой поднялась и упёрлась в бок, – Ты заявляешь это так уверенно. Хотела бы я знать, что даёт тебе на это право? Думаешь, я для тебя открытая книга?

– Напротив! – совершенно искренне запротестовал юноша, – Я каждое мгновение делаю всё новые и новые открытия, и был бы рад заниматься этим до конца моих дней. Просто…

– Я уже сказала – говори прямо, как есть! – снова потребовала Марианна.

Что ж, Жан покорно кивнул, и взгляд его стал очень печальным:

– Я всё-таки дерзну предположить, что мы с Виктором тебе небезразличны… И то, что ты испытываешь к нам, возможно было бы назвать… влюблённостью. Да, пожалуй, так. Это ещё не любовь. Это разные чувства, теперь я знаю.

– Позволь, что ты знаешь?! – против воли ожесточилась Марианна, – Ты намекаешь на то, что я вас не различаю?