Утраченный трон - Эд Гринвуд

— Это хорошо, — сухо ответил голос.

Правая рука правителя Гончих Псов сжала дарующую спокойствие рукоять короткого меча, который он носил под одеждой.

— Снять колпак с фонаря? — спросил он.

— Да, — раздалось в ответ, и, когда вспыхнул свет, барон обнаружил перед собой человека, закутанного в плащ.

Гость стоял, наклонив голову, чтобы полностью скрыть под капюшоном лицо, широкие рукава его одеяния складками ниспадали на руки, так что их нельзя было рассмотреть. Взгляд посетителя — хотя об этом можно было лишь догадываться — был прикован к предмету, который находился между ним и бароном: к шару из прозрачного зеленоватого стекла, размером больше человеческой головы.

Этот шар барон увидеть не ожидал. Он мог быть только чем-то магическим и не сулил ничего хорошего, но Бериас, правитель баронства Гончие Псы, сохранил безмятежное выражение лица и промолчал, а его таинственный посетитель в это время совершал какие-то движения пальцами, скрытыми в рукаве, потом несколько мгновений напряженно прислушивался и наконец заключил странно хрипловатым голосом:

— Мы одни. Это хорошо. У меня не было сомнений в вашей честности, господин барон, но были опасения, что этот идиот, ваш наместник, станет шпионить за нами.

Бериас слабо улыбнулся.

— Он бы и шпионил, если бы я не отослал его в дальние пределы, отражать бандитский налет.

Посетитель удовлетворенно кивнул и быстро шагнул вперед, на яркий свет фонаря. Потом вскинул голову, капюшон упал на спину, и барон обнаружил, что смотрит в смуглое, красивое женское лицо. Никакой чешуи, и, несомненно, это не мужчина.

— Вы не… — резко выдохнул Бериас, одной рукой схватив шнурок звонка, а другой — вцепившись в рукоять меча.

Женщина не пошевелилась, даже когда кончик клинка очутился у ее груди. Сигнал тревоги не прозвучал; барон еще раз дернул шнур, в его руке остался кусок обрезанной веревки с кистью на конце. Гостья улыбнулась.

Барон прищурил глаза:

— Кто вы такая?

— Тот, кого вы ждали, — в другом месте. Я тоже служу Змее, — ответила она, теперь ее низкий голос звучал более естественно.

Изящная рука медленно распахнула одежду и открыла обнаженное тело. Она неспешно показала ему всю себя, от шеи до щиколоток.

— Смотрите хорошенько: я не принесла никакого оружия, кроме правды. Вам не понадобятся стражники и маги. Барон с трудом глотнул, у него вдруг пересохло в горле. Темные, блестящие глаза таили невысказанное обещание. Красавица отошла немного назад и прислонилась к шкафчику с графинами вина в такой позе, что одежда оказалась у нее за спиной, открыв все… Она улыбалась.

— Пока что, — промурлыкала она, — я прошу вас только смотреть.

Почти ленивым жестом она подбросила стеклянный шар в воздух. С бесшумной вспышкой магической силы он превратился в мерцающее зеркало. Огоньки в нем постепенно приобретали форму — это были силуэты людей. Бериас подался вперед и пригляделся.

Взору его открылась комната, обшитая темными панелями, очень похожая на его собственную. В ней находились двое знакомых ему людей. Один был его старый соперник, барон Элдаг Орнентар, а другой — тот самый человек, которого он ожидал у себя сегодня ночью…

— Так изложите мне ваш-ш-ши с-с-соображ-ж-же-ния, — странным шипящим голосом приказал человек под капюшоном.

Пресловутое каменное лицо барона Орнентара потеряло неизменно спокойное выражение. Унизанная кольцами рука, которой он махнул в сторону своего парящего в воздухе волшебного шара, заметно дрожала.

— Все мои маги погибли! — Его крик отразился от потолка и полированных щитов на стенах. — Теперь Орнентар беззащитен против армий Серебряного Древа и всех остальных мятежных баронов!

— С-с-спокойно, — прошипел змеиный жрец. — Я тож-ж-же наблюдал за битвой в Индраевине и в других местах. В эти пос-с-следние дни ряды магов в Долине так с-с-сильно поредели, что вам не с-с-стоит с-с-слиш-ш-шком волноватьс-с-ся. С-с-серьезнее то, что маги из многих з-з-земель с-с-собрались в С-с-силп-таре, чтобы реш-ш-шить, что делать в с-с-связи с гибелью беглых магов С-с-серебряного Древа.

Барон замер в своем высоком кресле. После долгого, неловкого молчания он прошептал:

— Нас не пригласили. Орнентар даже не известили об этом.

Жрец кивнул головой в капюшоне.

— Ах даж-ж-же так, — заметил он спокойным и ровным голосом.

— Все бароны объединились против меня, — горестно проговорил барон Орнентар. — Мы обречены.

Жрец пожал плечами.

— Нет, ес-с-сли вы получите помощ-щ-щь.

— Помощь? — Барон уставился на него. — Откуда?

Жрец Змеи величественно повел рукой. Барон широко раскрыл глаза.

— От вас? Да, да, — торопливо забормотал он, его речь от облегчения стала почти нечленораздельной. Потом он замолчал. — А ваша цена?

— Вы получите помощ-щ-щь Змеи, — торжественно произнес человек в капюшоне, — в обмен на обра-щ-щ-щение Орнентара в веру Змеи.

Барон долгое мгновение сидел молча, потом чуть кивнул. Жрец отошел от стены и приблизился к правителю Орнентара, медленно раскачиваясь.

— Надо пройти церемонию. С-с-снимите тунику и з-з-золотые цепи.

Барон прищурился, но повиновался, медленно, со все возрастающей неохотой.

Когда Элдаг обнажил белый и очень волосатый торс, жрец вытянул руку. На первый взгляд казалось, что в ней ничего нет, но когда жрец прикоснулся одним пальцем к обвисшей груди барона и животу под ней, прикосновение было неприятно холодным. Влажный и скользкий палец начертил сложную фигуру на груди барона, оставляя блестящий слизистый след, который начал светиться зеленовато-белым светом.

Жрец задул лампу, теперь помещение было лишь слабо озарено настенными светильниками, и в полумраке мерцание, которое излучала начертанная жрецом фигура, стало казаться более ярким. Правитель Орнентара в ужасе посмотрел на свою грудь.

— Вс-с-станьте на колени, — прошипел жрец Змеи.

Барон долго молча смотрел на него, но жрец застыл, подобно каменной статуе.

Элдаг нахмурился, потом медленно сполз с кресла и опустился на колени. Тогда гобелены между щитами по всей комнате зашевелились, и фигуры в плащах плавно скользнули в комнату и выстроились вокруг барона. Они молчали, пряча лица под опущенными капюшонами, а руки — в широких рукавах, но он чувствовал на себе взгляды множества глаз.

Барон смотрел на них снизу вверх, и в его глазах разгорался безумный огонь страха и подозрения, а потом знак у него на груди вспыхнул белым сиянием, и в его ярком свете он увидел, как все жрецы закатили один рукав и резко протянули к нему обнаженные руки. Они одновременно сделали один шаг, и их пальцы со всех сторон прикоснулись к стоящему на коленях.

На двадцати плечах что-то зашевелилось, и по каждой из рук заскользили вниз змеи. Барон в ужасе смотрел, как они извиваются, потом поднял взгляд, пытаясь рассмотреть лица под капюшонами, но тут змеиные зубы стали вонзаться и вонзаться в его плоть.